Страница 1 из 3
Пролог
Разрывая плотные серо-свинцовые облака спутника газового гиганта N-12V, шаттл приближался к космодрому на западной периферии Вабу.
«Радость». Легендарный корабль легендарной группы рейнджеров — Синих Дьяволов. Их командир, капитан Юнзин Маккенфи, считался профессионалом высшей категории — человеком, почти не допускавшим ошибок.
Почти.
Бледная рука пилота дёрнулась к панели управления, вводя коды допуска для диспетчерской службы космодрома «Западный».
Процедура была стандартной. Обязательной. История Нового Человечества уже знала случаи, когда пренебрежение формальностями заканчивалось катастрофой.
Шаттл начал снижение, мягко заходя на третий посадочный блок.
Репульсоры вышли из-под защитных кожухов. Потоки раскалённого воздуха взметнули пыль и песок, закручивая их в мутные вихри.
Магнитные замки щёлкнули, фиксируя корпус. Почти сразу к судну выдвинулись группы техников и биологов.
Техники — для первичного досмотра и диагностики.
Биологи — для выявления и нейтрализации возможных форм заражения, способных пережить перелёт даже через вакуум.
— У меня чисто! Открывай! — крикнул один из биологов.
Прибор в его руке уверенно пищал, мигая зелёным: значит, на внешней части корабля ничего не обнаружено.
Ответа от технической группы не последовало.
Старший техник застыл перед экраном с трюмных камер.
— Что это за… — выдавил он.
В трюме находилась команда шаттла.
Но что-то было глубоко неправильно.
Они не двигались. Не дышали. Все до единого смотрели прямо в объектив, будто глядя технику в душу. Изломанные позы, вздутые чёрные вены под мертвенно-бледной кожей, пустые, лишённые фокуса глаза.
Инфицированные.
И, судя по симптомам — в терминальной стадии.
Секунды ушли на осознание.
Система зафиксировала резкий скачок давления. Несанкционированную активацию выпускного шлюза. Мгновенную разгерметизацию секции.
Створки стыковочного модуля с шипением разошлись в стороны.
Из стального чрева «Радости» вышел Юнзин Маккенфи — и тут же открыл беспорядочный огонь из энергетического пулемёта.
А прибор, который несчастный учёный обронил, тревожно сигнализировал красным.
На западном космодроме Вабу-N-12V-II взревела тревога.
Сирены рвали слух. Аварийное освещение залило коридоры густым, почти осязаемым кроваво-красным светом. Люди метались, срывались на бег к эвакуационным узлам, сталкивались, падали, поднимались снова. Навстречу панике, с оружием наперевес, выдвигались группы боевого реагирования.
Ближе всех находилась «Дельта» — их основной задачей была оборона посадочных блоков.
Тем временем дородный мужчина — директор космодрома «Западный» — резко подался к терминалу управления. Раздражённо отодвинув контейнеры с пищей, он провёл по панели пальцами, всё ещё блестевшими от жира недавнего ужина.
— Диспетчер, что у вас происходит? — рявкнул он, перекрывая вой сирен.
— Сэр… третий посадочный блок. Шаттл «Радость». Несанкционированная разгерметизация выпускного шлюза. Группа рейнджеров под командованием Юнзина Маккенфи атаковала персонал! Мы фиксируем неопознанный объект! — голос диспетчера дрожал. — Сэр, «Дельта» вступила в контакт с противником!
В этот момент весь комплекс содрогнулся от взрыва.
Металл застонал, словно живой. Свет мигнул — раз, другой — будто колеблясь, стоит ли окончательно погаснуть.
— «Дельта» несёт потери, сэр! — выкрикнул диспетчер. — Рейнджеры продвигаются к внутренним коридорам! И… чёрт возьми… объект ушёл! Он в вентиляционных шахтах!
Директор медленно повернул голову к экранам наблюдения — и оцепенел.
Вопрос: «что здесь происходит?» — застыл на его побелевшем лице.
— Это… это что вообще такое?.. — выдохнул он.
По экрану двигалось нечто с пугающей, почти изящной грацией — цепляясь за металл, как хищный паук.
Это было не просто существо.
Не ошибка природы.
Оно выглядело так, будто его вырвали из кошмара или дешёвого фильма ужасов — но слишком реальное, слишком материальное. Оно двигалось неправильно: рваными, скачкообразными смещениями, словно нарушая саму геометрию пространства вокруг себя.
С усилием оторвав взгляд, директор ввёл код доступа и отправил сигнал бедствия на ближайшие военные аванпосты и мобильные базы Системной службы безопасности.
Очередной взрыв ударил по комплексу с такой силой, что кресло швырнуло в сторону. Мужчина едва удержался, вцепившись в подлокотники, не отрывая взгляда от телеметрии и дрожащего изображения с камер.
Тварь ворвалась в генераторную.
Сопротивление охраны оказалось тщетным — настолько, насколько это вообще возможно.
Существо рвало тяжёлые бронекостюмы как бумагу.
Игнорировало крупный калибр.
Игнорировало взрывы гранат.
И действовало без ярости — с пугающей, холодной, почти деловой методичностью.
Это было не просто насилие.
Это было абсолютное безумие, сплетённое с первобытным, животным ужасом
Комплекс содрогнулся снова: рейнджеры «Радости» уничтожали очередное гражданское судно в стыковочном секторе.
Бойня за посадочные блоки разгорелась с новой силой.
СБ комплекса поняла, что убить инфицированного не так то просто. Требовалось разрушить позвоночник, мозг или нанести телу повреждения, делающие его полностью нефункциональным.
Вирус наделял носителя аномальными силами — нечеловеческой ловкостью, скоростью и устойчивостью к повреждениям.
Аварийное освещение погасло окончательно. Автономные генераторы выходили из строя один за другим. Аккумуляторные батареи умирали. Сектора комплекса тонули во тьме. Связь обрывалась. Системы рушились. Даже центральный пункт управления начал захлёбываться тишиной и темнотой.
И тогда мужчина понял: он больше не директор.
Не администратор.
Он просто слабый, беспомощный человек.
Человек, смотрящий, как створки дверей его кабинета медленно и бесшумно расходятся в стороны.
Как из темноты шагнуло нечто высокое, изломанное, мертвенно-бледное.
Два зияющих глаза поглощали его без остатка. Человеческий разум не был предназначен для столкновения с существами столь древними и чуждыми.
Директор судорожно давил на тревожную кнопку, снова и снова отправляя сигнал помощи. Прежде чем его тело перестало подчиняться, а на лице навсегда застыла гримаса боли и ужаса.