Страница 73 из 89
О, помолвка-то на грани разрыва.
Я посмотрела на Мелисс внимательно, потом на Релиана, потом снова на Мелисс. Спросила осторожно, потому что вопрос казался важным:
— Мелисс, есть ещё кое-что, о чём я хочу спросить.
Мелисс обернулась ко мне, вытерла слёзы рукавом:
— Что?
Я посмотрела на Релиана, он кивнул почти незаметно, давая разрешение. Я спросила медленно, взвешивая каждое слово:
— Что ты знаешь о магии своего дяди? Он маг, правда?
Мелисс замерла, и лицо стало таким бледным, что я испугалась — не упадёт ли она в обморок.
— Маг… Да, кажется. А почему ты спрашиваешь?
И тут я поняла, что моя предполагаемая соперница — маленькая наивная дурочка. Обнять и плакать. Ну что ж.
Значит, будем.
Утро следующего дня принесло солнце, яркое и безжалостное, заливающее покои семьи Архайнов светом, который делал всё слишком видимым и острым. Мелисс стояла перед братом Тайроном и дядей Каспаром в гостиной, отделанной тёмным деревом и бархатом цвета запёкшейся крови, и чувствовала, как её сердце колотится так громко, что, казалось, его слышат все в комнате.
Тайрон сидел в кресле у камина, небрежно закинув ногу на ногу, словно обсуждал не судьбу сестры, а меню для обеда.
Пальцы постукивали по подлокотнику в ритме, который раздражал Мелисс всегда — размеренный, уверенный, превосходящий. Дядя Каспар стоял у окна спиной к ним, смотрел на двор, где тренировались стражники, и его силуэт на фоне яркого света казался вырезанным из чёрного камня.
Тайрон заговорил первым, и голос прозвучал ровно, словно он обсуждал цену зерна на рынке:
— Так. Свадьба через шесть дней, Мелисс. Всё готово — платье сшито, гости приглашены, церемония распланирована до минуты. Ты готова?
Мелисс сжала руки в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, но боль помогала сосредоточиться. Ответила коротко, потому что длинные фразы застревали в горле:
— Нет.
Тайрон поднял бровь так медленно, будто она сказала что-то на незнакомом языке:
— Что? Не расслышал, повтори громче.
Мелисс выпрямилась, заставила себя смотреть ему в глаза, хотя хотелось сжаться и исчезнуть:
— Я не готова. Не хочу выходить замуж за принца.
Тайрон рассмеялся так, будто она пошутила неудачно, но ожидаемо от глупой девочки:
— Не готова? Милая сестрёнка, у тебя было два месяца, чтобы подготовиться. Чего ещё тебе нужно — репетиция клятв?
Мелисс покачала головой, и волосы качнулись, задели щёку:
— Я не хочу выходить замуж за Релиана. Совсем не хочу.
Тишина упала так резко, будто кто-то отрезал все звуки разом. Тайрон замер, рука застыла над подлокотником. Дядя Каспар не обернулся, но плечи напряглись заметно, словно он готовился к драке.
Тайрон встал медленно, плавно, как хищник, почуявший добычу, и голос стал другим — тихим, опасным:
— Что ты сказала? Повтори, чтобы я был уверен, что правильно расслышал.
Мелисс дрожала так, что колени едва держали, но заставила себя говорить громче:
— Я не выйду замуж за Релиана. Не хочу этого брака.
Дядя Каспар обернулся наконец, и лицо его было таким бесстрастным, что казалось высеченным из льда. Посмотрел на неё долгим взглядом человека, оценивающего сломанный инструмент. Произнёс одно слово, и оно прозвучало как приказ:
— Объясни.
Мелисс набрала воздуха полные лёгкие, почувствовала, как слова рвутся наружу после стольких лет молчания:
— Я не марионетка, которую вы можете дёргать за ниточки, когда вам удобно. Не выйду замуж за умирающего человека ради ваших амбиций, ради власти, которая вам не принадлежит.
Тайрон сделал шаг к ней так резко, что Мелисс отшатнулась инстинктивно:
— Ты с ума сошла? Понимаешь, что говоришь?
Мелисс кивнула, хотя руки тряслись:
— Понимаю. Я просто осознала, что не хочу быть частью ваших планов, частью игры, в которой я — всего лишь фигура на доске.
Тайрон схватил её за руку так грубо, что она вскрикнула от неожиданности:
— Ты не понимаешь, что говоришь, глупая девчонка. Ты разрушишь всё, что мы строили годами.
Мелисс вырвала руку резким движением, и запястье обожгло болью:
— Вы строили, а не я! Вы хотите власти, титулов, влияния. А мне всё равно на это, понимаете? Совершенно всё равно.
Дядя Каспар подошёл медленно, каждый шаг отдавался эхом по деревянному полу, и Мелисс поняла, что никогда раньше не видела его по-настоящему разозлённым. Он остановился так близко, что она чувствовала запах табака и чего-то горького. Заговорил тихо, но каждое слово было холодным, как лёд на коже:
— Ты забываешь, кто ты такая, девочка. Ты — Архайн. У тебя есть долг перед семьёй, долг перед теми, кто вырастил тебя, одел, накормил, дал тебе имя и положение.
Мелисс ответила, хотя голос дрожал так, что слова едва складывались:
— Мой долг — не продавать себя за ваши амбиции.
Каспар произнёс ровно, словно констатировал очевидный факт:
— Ты уже продана. Контракт подписан королём и мной. Ты стала собственностью короны в тот момент, когда я поставил печать на бумаге.
Мелисс почувствовала, как ярость вспыхивает внутри, яркая и обжигающая:
— Тогда я разорву этот контракт. Скажу королю, что не хочу брака.
Тайрон рассмеялся так злобно, что Мелисс вздрогнула:
— Ты? Разорвёшь контракт с королём? Ты, маленькая глупая девочка, думаешь, что король послушает тебя?
Мелисс подняла подбородок выше, хотя страх сжимал горло:
— Да. Скажу ему правду — что не люблю принца, что не хочу быть его женой.
Каспар произнёс одно слово, и оно прозвучало как удар хлыста:
— Заткнись.
Мелисс вздрогнула так резко, будто её ударили, но не отступила:
— Нет. Не заткнусь.
Каспар посмотрел на неё долго, и в глазах мелькнуло что-то такое, от чего кровь застыла в жилах. Повторил тихо, и тишина эта была страшнее крика:
— Делай, что сказано.
Мелисс покачала головой упрямо:
— Нет.
Удар пришёл так быстро и неожиданно, что Мелисс не успела даже понять, что произошло. Рука дяди Каспара взметнулась и обрушилась на её щёку с такой силой, что она упала на пол, не удержав равновесия. Голова звенела, щека горела огнём, во рту появился металлический привкус крови, и она поняла, что прикусила язык.
Лежала на холодном полу, держалась за пылающую щёку, и мир качался вокруг неё, словно корабль в шторм.
Тайрон наклонился над ней, и голос прозвучал почти ласково, но под лаской пряталась угроза:
— Будешь послушной девочкой, Мелисс. Или мы найдём способ убедить тебя. Способов много, поверь мне.
Мелисс посмотрела на него снизу вверх, и слова вырвались сами:
— Я не боюсь вас.
Каспар произнёс безразлично, словно обсуждал погоду:
— Зря. Стоило бы бояться.
Кивнул Тайрону коротко:
— Запри её. Пусть посидит, подумает о своём поведении. Может, поумнеет к вечеру.
Тайрон схватил Мелисс за руку и потащил к двери. Она попыталась вырваться, но пальцы сжимались так сильно, что казалось, кости вот-вот сломаются. Закричала так громко, как могла:
— Отпусти меня! Немедленно отпусти!
Тайрон буркнул раздражённо: