Пират

— Когда эта часть вас появлялась в последний раз? — Резко, точно.

Вопрос резанул, и я почему-то ответила честно, хотя собиралась промолчать:

— Недели три назад, возможно, четыре.

Мужчина покивал, думая о чём-то своём, и незаметно стал выстукивать тихий ритм, словно собирая картину по кускам. Отмечал. Запоминал.

Лез глубже, чем надо.

Я в это время осмотрелась, нашла на полке кувшин. Понюхала, затем жадно выпила, ощущая, как оживаю прямо на глазах.

— Хор-рошо! — Со стуком поставила пустую ёмкость обратно, чувствуя, как внутри становится мягче, теплее, и повернулась к доктору. — Хочу, чтобы ты убрал из меня эту проблему.

Если сможет, я постараюсь и для него. Что он там хотел? Прогулка по палубе? Запросто.

— Вы пришли ко мне за помощью, — начал мужчина, и я слушала уже внимательно, без насмешки. — Посчитав, что я смогу помочь. Я обязательно постараюсь не подвести, только для этого требуется гораздо больше времени, чем один сеанс, что мы провели с вами раньше, — он развёл руками. — Я не знаю всего, но догадываюсь, что сны, которые приходили к вам, также начинались постепенно.

Кивнула, понимая его слова, хоть мне и не нравилась перспектива отвечать на странные вопросы, цепляющие мою пиратскую гордость и честь. Слабость — вот что психолог просил демонстрировать при каждом посещении. Только если его методика сумеет помочь, скрепя зубами, я попробую это стерпеть.

— В том случае, если это сработает. — Не могла позволить себе ошибку в этом вопросе.

Когда поняла, что сама не справляюсь, долго искала подходящего специалиста, понимая: без должной подготовки тот будет бесполезен, а значит — мёртв. С такой тайной долго не живут.

— Сработает. Только доверьтесь мне.

«Довериться?»

Скептически оскалилась, и мужчина тут же поправился:

— Не как человеку или вашему пленнику, зависящему от вас, а как доктору, который уже работал с подобными случаями и знает, что делать.

Не знаю, почему, но сейчас моё отношение к докторишке изменилось, словно что-то вынуждало быть с ним более открытой. Прислушалась к интуиции — она молчала. Решила, что, возможно, ночь, проведённая вместе, изменила что-то. Не сбежал же… Даже ключ не тронул.

А что будет дальше, покажет только время. Сумеет ли он показать мастерство или просто бахвалится, разбрасываясь словами и собирая бумажки на стены?

Ничего не ответила, но дала понять, что иду навстречу:

— А по поводу прогулки… Я приду поздно вечером, когда на палубе будет меньше всего матросов.

Развернулась, чтобы покинуть каюту, и доктор торопливо добавил:

— И душ. Я слишком давно не приводил себя в порядок и хотел бы освежиться. На вашем корабле это возможно?

Совсем забыла. Чуть не хлопнула себя по лбу, но в последний момент удержалась.

«Ещё не хватало показывать слабость».

— Что-то ещё? — обернулась.

Докторишка уже открыл рот, собираясь вывалить на меня ворох информации, и я предупреждающе процедила, не испытывая удовольствия получать по капле рома в рот:

— Говори сразу всё, а не мямли, как палубная крыса.

— Тогда… — Он задумчиво нахмурился. — Хочу по возможности познакомиться с членами вашей команды и, если у вас есть другие пациенты, попрактиковаться немного, — заметив, как я прищурилась и начала закипать, доктор примирительно поднял руки.

— Просто чтобы настроиться на работу с вами, ни слова о вас никому не говоря. До этого я жил в городе и многого могу не знать. Побывав на борту, среди пиратов, поняв детали, работа пойдёт более гладко, и тогда я смогу быстрее достичь результата…

Слушала, пытаясь понять, зачем ему наружу, пока не поняла, что, действительно, с одной стороны, доля истины есть. Как сухопутная кры… черепаха, докторишка мало что знал о нашей жизни на борту, и это, разумеется, влекло за собой проблемы. А с другой стороны… давать вчерашнему пленнику слишком много свободы было чревато ещё большими проблемами.

Чего бы такого предпринять?

Прошлась по комнате, обдумывая его слова, и кивнула:

— Хорошо.

Доктор, до этого напряжённо замерший, облегчённо выдохнул. Усмехнулась.

— Прогулки и душ. Душ у нас обычно раз в неделю. Прогулка — раз в день, иногда реже, тут уже зависит от ситуации. Насчёт команды — как пойдёт, но ты будешь под присмотром. И не думай учудить что-либо, — с угрозой добавила: — Тебя повесят на рее.

— Знаю-знаю, запомнил, — наглым образом перебил доктор меня.

Нахмурилась, чувствуя прилив раздражения, и мужчина торопливо поправился:

— Прошу прощения, капитан, больше перебивать не буду. Забылся немного… — И глаза так виновато опустил, что сразу заподозрила: это было сделано специально. Почву прощупывал.

«Забылся он, ага, как же…»

Смерила пленника ещё одним предупредительным взглядом. Если не поймёт, придётся учить, а способы у нас довольно жёсткие.

— Скоро принесут завтрак.

Поняла, что проголодалась.

— И воду, — добавил он.

— И воду.

Странное утро, но почему-то стало легче, словно сегодня произошло что-то, что позволило отложить часть проблем, и это удивляло. Стоило бы уже уйти, но взгляд задержался на полках — вспомнилось, что хотела сделать ещё раньше — провести ревизию местных запасов. Подумала и направилась к шкафчику, собираясь перебрать хотя бы часть лекарств.

Доктор, проследив, куда я иду, протестующе привстал, но останавливать благоразумно не стал. В углу заметила сбитые предметы и вазу, от которой неприятно пахло.

— Что это? — брезгливо указала на неё.

Он что, решил испражняться на месте?

— Ваша рвота, — охотно просветил доктор, и я задумалась.

Очевидно, ночь прошла веселее, чем предполагала…

После того как поднялась наверх в приподнятом настроении, отнеся запасы медикаментов в лекарскую, сразу поймала на себе несколько косых взглядов от тех членов команды, что попадались на пути. Пресекать их не стала. Захотят поговорить — быстро решим любые слухи. Нет — им же лучше. А дальше всё завертелось в рабочем хаосе, не давая переключиться ни на что другое.

Несколько раз замечала активного Мико — под присмотром, кажется, Тфорки, который вместе с ним осваивал корабль. Потом, отыскав свободный промежуток, осмотрела парнишу и сняла бинт, решив с зубом разобраться позже, когда будет больше времени.

Проверить, подсчитать, отругать, похвалить, проконтролировать — и так по кругу. Пришла в себя только тогда, когда перед лицом поставили тарелку с салатом. Подняла глаза, глядя на того, кто сделал это доброе дело. Оказывается, даже не заметила, как прошла половина дня и наступил обед. Почесала голову, пытаясь вспомнить, когда вообще спустилась на кухню, и поняла, что мне, похоже, всё ещё нужен душ — так и не успела привести себя в порядок.

— К вечеру мы выйдем в пограничную зону. — Навазиш сел напротив, бросая отеческий взгляд на оголодавшую тушку своего капитана.

Вспомнила, что в этой части космоса мы действительно пересекали одну из подобных зон, к которой следовало подготовиться.

— Наших предупредил? — накинулась на тарелку, за хрустом не сразу разобрав ответ. — Что?

— Я говорю, что всех проинформировали, осталось выдать браслеты, и всё будет готово.

«Браслеты… разновидность паспортов».

В каждой зоне, части космоса или на планетах действовали свои знаки отличия, и их делали удобными для жителей. Форма могла быть довольно разнообразной: от небольших украшений — колец, цепочек, браслетов, кулонов — до бумажных и иных вариантов паспортов, подтверждающих личность.

Такое многообразие помогало зонам быстро отсекать чужаков, давая бонусы своим гражданам, и добавляло работы нам — приходилось запоминать и собирать разные варианты, выдавая их команде по требованию, чтобы проверка меньше придиралась.