Страница 9 из 77
- Если нашего противника не смутит наша скорость, - отдал распоряжение контр-адмирал Фуришон, капитану корвета «Chateaurenault», рассматривая в бинокль приближающиеся корабли, - то, открыть по ним огонь на поражение из нашего основного орудия, может его скорострельность, их остановит.
На что капитан корвета «Chateaurenault»,только почтительно склонил свою голову, давая понять, что понял приказ своего адмирала. Крупнокалиберное орудие корвета, открыло огонь буквально через несколько минут.
Но именно выстрелы из орудия главного калибра корвета противника, укрепило моё мнение, что именно этот корвет, необходимо захватить любой ценой. Фонтан от первого взрыва был значительный, да ещё и притом, на столь значительном расстоянии.
Передать на атакующие корабли, - распорядился я, опуская свой бинокль, - что этот корабль, необходимо захватить любой ценой.
- На нём установлено новейшее дальнобойное казнозарядное орудие, крупного калибра, нам оно необходимо для тщательного изучения и возможного копирования в дальнейшем, - впрочем, пояснил я стоящим около меня офицерам. Ведь на меня удивлённо смотрел мой адъютант мичман барон Долгоруков, а вот капитан 2-го ранга Андреев хоть и смотрел на меня, но его взгляд не был удивлённым, он, по всей видимости, уже догадался, что я отвечу на такие взгляды, и был полностью с этим согласен.
На моё такое указание, распоряжение последовало незамедлительно, но скорее всего оно было лишнее. Опытные Вальд и Майет, по видимому пришли к такому же выводу, так как их корабли стали ещё больше расходиться в стороны, при этом додав в скорости, до 15 узлов. Такой финт с нашей стороны, только подстегнул нашего противника, корвет ещё додал в скорости, не столь значительно и принялся за обстрел наших кораблей, со всей серьёзностью.
Пока у противника стреляло только одно орудие крупного калибра, но с большой скорострельностью, все офицеры на кораблях нашей эскадры, прекрасно понимали, что на этом корвете, скорее всего, есть ещё казнозарядные скорострельные орудия, да в не малом количестве, в конце концов это военный корабль и он не может быть вооружён только одним орудием, там обязательно, должны быть ещё орудия.
На корвете «Chateaurenault», артиллеристы никак не могли приспособиться к стрельбе по столь скоростным целям, тем более на дальнем расстоянии под обстрел попадал, всего лишь один небольшой скоростной корабль, им оказалась яхта-разведчик «Везучая». Её рулевой-виртуоз, не давал ни одного шанса пристреляться по своему кораблю, выдавая такие маневры своим небольшим кораблём, предугадать которые, артиллеристы корвета пока не могли. Наша же «Чайка», находилась ещё на значительном расстоянии от корвета противника, я уже не говорю за авизо «Пеликан», который шёл сзади «Чайки» на значительном расстоянии.
В этот момент, артиллеристы яхт «Везучей» и «Счастливой» посчитали расстояние до противника приемлемым для начала стрельбы, открыв расчётливый огонь по противнику, пока только из носовых орудий. Скорострельность наших орудий, конечно же, приятно «удивила» нашего противника, но в ответ уже он сам, «удивил» нас залпом.
Работа артиллерии, пошла с обоих сторон, но в отличии от нас, с каждым залпом, корвет противника терял к тому же свою скорость, ведь для этого ему приходилось совершать маневры, разворачиваясь бортом. А наши яхты-разведчики подходили к нему всё ближе и ближе, как впрочем, и наш винтовой корвет 1-го класса, а заодно и флагман эскадры «Чайка».
Через некоторое время, наша «Чайка», приблизилась на расстояние, с которого уже можно было открывать огонь, что она и сделала незамедлительно.
Тут уже нашему противнику корвету, над которым гордо реял флаг Турецкого султаната, пришлось обратить на «Чайку» своё внимание.
Благодаря своим скоростным маневрам, яхты-разведчики не имели прямых попаданий, хотя поймали несколько весьма близких разрыва от кораблей, слава богу, не от орудия главного калибра корвета. Были раненые и убитые на них, а так же повреждения самих яхт, но не столь существенные, чтобы выйти из морского боя, тем более свой хороший ход они сохраняли полностью.
А вот корвет противника успел поймать ряд прямых попаданий, одно из которых было весьма болезненное. Один из снарядов попал в кормовую часть корвета, практически разрыв пришёлся около рулевого, где рядом располагалась группа офицеров корвета. Рулевой погиб сразу же, были убиты несколько офицеров, остальные получили ранения различной тяжести. Но не это было главное, от этого разрыва снаряда был повреждено управление непосредственно самим кораблём. Нет, конечно, корветом продолжали управлять, всё же моряки на нём были кадровыми военными, но вот сам этот процесс, несколько замедлился, а тут ещё был открыт огонь бортовой артиллерией нашей «Чайки». Конечно же, теперь главное внимание на «турецком» корвете, теперь уделяли уже «Чайке», как более серьёзному противнику, ведь артиллерийский огонь с ней вёлся как из дульнозарядных орудий, так и скорострельных казнозарядных. А вот как раз последние, были на порядок выше установленных, на «турецком» корвете. Хотя тут надо отдать должное, что попадания в «турецкий» корвет шли в основном от артиллеристов яхт-разведчиков, всё же там артиллеристы были более опытные, которые значительно поднаторели в стрельбе по таким крупным морским целям. Тем более, что все попадания приходились в основном по верхней палубе и местам установки бортовой артиллерии. На верхней палубе уже было два возгорания, которые никто не тушил – одно в носовой части, другое в кормовой части корвета. Не тушили по очень простой причине, на верхней палубе корвета уже практически не осталось экипажа, большинство из моряков лежало на палубе или убитыми, или ранеными.
В этот момент на «Везучей» решились на подход к «турецкому» корвету, яхта ускорилась до своей максимальной скорости и со стороны кормы резко пошла на сближение с корветом.
- Что они делают? – тут же вскрикнул мой адъютант, - ещё минут пять, и мы его додавим.
- Всё он правильно делает, - ответил Долгорукову Андреев, - видишь, как он мгновенно воспользовался, пожаром на корме, который закрыл его от наблюдателей на корабле. А как подойдёт ближе, в дело вступят пуле… .
Договорить Андреев не успел, на последним издыхании «турецкие» артиллеристы на корвете отметились точным попаданием в наш флагман, из своего главного калибра. Хоть и попадание пришлось в носовую часть нашей «Чайки», этим выстрелом они уничтожили часть нашей артиллерии, что там располагалась, помимо трёх пушек были и выбиты их расчёты, да и не только. Досталось и боцманской команде на верхней палубе, ну и нам, группе офицеров, которые располагались как раз за артиллеристами, чуть в стороне.
Взрывной волной, меня бросило на моего адъютанта мичмана барона Долгорукова, который сам от такого удара, сбил стоящего рядом с ним капитана «Чайки» Андреева. Далее я ничего не помнил, моё сознание выключилось… .
Глава 53
Очнулся я от того, что мне стало трудно дышать. Я с трудом смог втянуть воздух в себя, глаза хоть предательски не хотели раскрываться, но я всё же нашёл в себе силы их раскрыть. Я тут же узнал, где нахожусь, это была капитанская каюта яхты «Стремительная», я узнал отделку каюты, та немного отличалась от той же отделки яхт с металлическим корпусом. И яхта, судя по вибрации корпуса, шла на форсированном ходу.
В этот момент дверь каюты открылась, и в неё вошёл мой адъютант, мичман барон Долгоруков.
- Он пришёл в себя, - тут же кому-то сказал Александр Юрьевич, сам же стремительно приблизился ко мне и спросил уже у меня, - как вы себя чувствуете, Сергей Сергеевич?