Страница 46 из 77
В этот момент из-за кресла показался Кожемяка, во всей своей красе, в кожаном фартуке, слегка заляпанном кровью.
- Продолжим, - через некоторое время, опять начал говорить я, видя, что сидящий турок уяснил и увидел того, кто будет с ним общаться, если он не захочет говорить, - хочу сказать тебе, что я ранее очень внимательно изучил Коран, и скажу тебе сразу, что ты даже в барзах не попадёшь, и знаешь почему?
После этого я стал рассказывать, что с ним сделает стоящий перед ним Кожемяка, который в нужных местах поддакивал и даже, дополнял меня. По мере моего рассказа, выражение на лице турка, сменилось из мрачного, на выражающее ужас, притом ужас, в последней его степени. Действительно, после того, что я описал, душа привязанного к стулу турка, скорее всего, полетит совсем в другую сторону от барзаха, и никакой киямат, ему не светит, от слова вообще, после того что с ним сделают.
- Вот, собственно говоря, и всё, что я хотел тебе сказать, - посмотрев на привязанного турка, сказал я, - теперь ты всё знаешь, даю тебе время, пять минут, чтобы ты принял решение. Его я уважу, хотя нет, возможно, у тебя есть третий вариант, тогда я его внимательно выслушаю.
Судя по лицу турка, у него, третьего своего варианта, не было. Поэтому я, демонстративно посмотрел на свои часы, давая понять, что время пошло и ждать я буду, всего лишь пять минут.
По окончании времени турок, наконец заговорил, и заговорил на неплохом руссийском, хоть и с акцентом. И первые слова ему дались с трудом, так он не хотел говорить.
- Я согласен выполнить твои условия, - с трудом произнёс он, - сначала назови их полностью.
На что я кивнул головой и произнёс, - они очень просты. Ты просто при десятке свидетелей даёшь показания по этому делу, очень подробные. Другие твои дела, которые ты проворачивал ранее, меня не интересуют. Вот и все мои требования. Слушаю теперь твои.
- Пусть сюда привезут мою семью, как ты и обещал, я им напишу, - произнёс турок, - хочу их увидеть здесь всех.
- Принимается, - кивнув головой, произнёс я, - что ещё?
- Только гарантии, что с моей семьёй, ничего не случится, - смотря на меня, произнёс турок.
- Будут гарантии, - согласился я, - хотя одно то, что ваша семья не нанесла никакой вред Руссийской империи и есть, самые действенные гарантии того, что они могут спокойно и нормально жить здесь в империи.
На этом месте, я повернулся и сказал, чтобы все вышли из подвала.
Дождавшись когда все выйдут, попросил рассказать всё по нападению на меня и мою жену, а именно что, где и когда. Сказав, что уже сегодня морская лодка, на которой его захватили, сможет уйти с его письмом в султанат, за этот выход, я заплачу контрабандистам, из своего кармана.
Мне в течении получаса, было рассказано всё, как это происходило в Турецком султанате, где конкретно, сколько было заплачено, и что всё это было сделано руками Великого визиря Турецкого султаната. Притом эти указания он отдавал лично, оговорившись, что таково решение турецкого султана Абдул-Азиза I. К тому же, я наконец узнал как зовут турка - Mehmed Demir (Мехмет Демир), его фамилия в переводе означала – «железо».
Впрочем, как развивались эти события в Турецком султанате, я и так догадывался, и мои догадки подтвердились. Мехмет Демир был вызван во дворец Великого визиря, где ему самим хозяином и была поставлена задача, так, как её поставил сам султан Абдул-Азиз I, за что и было заплачено золотом всего 100 монет достоинством 250 турецких пиастров. Довольно немалая сумма, по тем временам в крупных золотых монетах.Из которых было потрачено всего 20 монет, две на наём лодки и 18-ть на наём части довольно значительной банды, которая действовала непосредственно в самой Одессе, и именно вооружённым грабежом, оплатив половину суммы наперёд.
Я только запоминал, всё то, что мне поведал Мехмет Демир, особенно про его эпопею в Одессе, и найма бандитов. Кстати военная форма офицеров, у них уже была, и те двое, что пришли в мой дом, ей пользовались не раз, успешно проворачивая тёмные делишки банды.
После этого наша беседа с Демиром закончилась, я распорядился перевести его на корвет «Буревестник» выделив закрытое помещение, которое охраняли, не менее четырёх вооружённых нижних чинов. Дать последнему, бумагу и писчие принадлежности. Пока Демир писал письмо своим родным, побеседовал с задержанными греками. Экипаж морской лодки, состоял как раз из них, естественно основной заработок последних - это контрабанда, на Черноморском побережье, несмотря на военные действия. Договорились, заплатил грекам очень хорошие деньги наличными, приказав отпустить последних, пусть готовят лодку к выходу. Вызванный командир вспомогательной эскадры, получил указание на подготовку к выходу в море и транспортной яхты «Стремительная», та должна сопровождать лодку, вдоль берега до вод, которые должны были контролироваться турецкой стороной.Ну и впоследствии подойти в условленное время, чтобы сопроводить её назад в Очаков. Для усиления экипажа яхты, приказал взять часть экипажа с «Везучей», так на всякий случай, может, придётся ставить нижних чинов к топке дополнительно.
К тому же после нападения на меня и мою жену и выяснения всех подробностей по нему, я принял решение, всю группу ротмистра Хлебникова отправить в Одессу, на той же «Стремительной».Старшему группы я подробно рассказал, что мне надо и как они должны действовать в Одессе. Кроме того указал место – трактир на окраине Одессы, где и обитала сама банда, а её главарь как раз и был трактирщиком, помощником главаря был его старший сын, выступающий в трактире, в роли вышибалы. Мне нужны были живые два человека, из банды, которая выделила людей для нападения, - главарь и его помощник, которые присутствовали при заключении сделки и могли опознать Демира. Эта же яхта должна была забрать назад всю группу из Одессы, всё же морем добраться до Очакова, было быстрее.
Старший команды из нижних чинов, унтер-офицер, выслушав, что яему сказал, ответил с недоброй усмешкой, - сделаем, ваше высокоблагородие, не впервой нам такое делать, да и заодно за их благородие, нашего начальника поквитаемся.
Самого Сергея Владимировича, я предупредил, что если об этом узнает раньше времени полковник Волков, то нам с ним придётся распрощаться, после его выздоровления. Хотя тут же добавил, что мне будет, очень жаль, так как на него, у меня есть далеко идущие планы, чем и заинтересовал последнего. Какие могут быть планы на жандармского офицера, у морского начальника?
Я тогда не мог подумать, что капитан «Стремительной» мичман Самойлов, решивший взять так сказать «на всякий случай», весь экипаж «Везучей», а заодно и своего друга-товарища капитана 2-го ранга барона Колокольцова. Последний, решил воспользоваться безвластием, во 2-ой бригаде, ведь Майет, выполняющий временно обязанности, был ранен, а назначить следующего я не успел.Поставленную задачу Самойлов выполнил, как и положено сопроводив лодку контрабандистов до водных границ Руссийской империи, договорившись, когда ждать последних назад. А вот далее «Стремительная» не пошла в тот же порт Южный или в порт Одессы, а простояв под берегом сутки, ушла вдоль берега в сторону Констанцы. Ведь нижних чинов жандармерии они уже высадили на берег, около Одессы.
- А вдруг что-то попадётся, - как выразился мичман Самойлов, а уговаривать Николая Александровича и не надо было, тому претило «ничегонеделанье», сам хотел, хоть что-то делать, а тут второй выход в море.
До Констанцы дошли сравнительно быстро, каботажных кораблей вдоль береговой линии не было, «Стремительная» проскочила ещё дальше на миль 5.
- Вот тут и будем патрулировать, дальше идти смысла нет, - высказался, опуская бинокль капитан 2-го ранга барон Колокольцов, - ну что Андрей Ефимович, может чайком побалуемся, всё равно на горизонте никого нет, а влажность довольно значительная.