Уэйн Уэллс

Тут я точно не ожидал его проявления. Сегодня у него пир, три жертвы. Нет сомнений: две жертвы сначала задушены, а у Джуда еще и кишки наружу. Да, Такахиро, может, не так подходят под почерк, но я знаю, что он может изменять принципам.

Уэйн осматривал место происшествия, войдя в свой обычный облик. Холодно и без стресса он размышлял, но в чувства его привел толчок. Эндрю оттолкнул его и упал в яму к отцу. Горькие слезы полились по его щекам, а за ними — мольбы о помощи, которая ему явно уже не поможет.

— Господи, папанька! — упал на колени и лицом прислонился к трупу. — Ну же, чертовы слуги, помогите! — сквозь слезы кричал он. — Отец, отец, отец... — начал повторять Эндрю все тише и тише, захлебываясь в слезах.

Неприятно смотреть. Но мне тут некого оплакивать. Убийца оставил это не просто так. Должен быть знак.

Уэйн перевёл взгляд на Локсли. В лучах вечернего солнца он заметил белый конверт, торчащий из кармана трупа. Осторожно вытащив его, Уэллс вскрыл письмо.

“Проклинаю тебя, Уэйн Уэллс”.

Тварь продолжает играть.

— Ох, на это страшно смотреть, — срывающимся голосом сказал Зито. — Что в конверте?

— Прочти, — Уэйн передал ему письмо.

Просперо задумчиво промычал и сделал вывод:
— Всё из-за Вирджинии.

Уэллс вопросительно посмотрел на него.

— Он её бывший, — пояснил Зито, указывая на Александра. — До сих пор не снимает кольцо. Ревность его сожрала.

— Понятно… — тихо проговорил Уэйн, переваривая услышанное.

— Господа, — подкрался сзади Лен, его голос был строг. — Мы молчим об этом.

Уэйн посмотрел на него с удивлением, но внутри ощутил облегчение. Он понимал, какие проблемы могли их ждать.

— Ты с ума сошёл?! — взвился пьяный Зито.

— Нет, это очевидное убийство, — отрезал Лен.

Неужели Лен начал обо всём догадываться?

— Локсли — жестокий, сумасшедший убийца, — продолжил он.

Фух, эта версия мне нравится даже больше.

— Тем более общество должно знать! — настаивал Просперо.

— Не сейчас, — повысил голос Лен. — Ты понимаешь, как это выглядит? Твою мать, нас затаскают по судам! Паника начнётся, и мы в любом случае будем под подозрением. Ты, то может, выберешься из говна, а я без денег?!

— Да-да, но что тогда делать?! — Зито схватил Лена за рукав.

— Молчать! — рявкнул тот. — Это не наше дело!

— То есть это не наше дело?! — вмешался Эндрю, его голос дрожал от слёз.

— Спокойно, господа, — наконец заговорил Уэйн. — Не хочу этого признавать, но Лен прав. — Он подошёл к Эндрю.

— Да как ты смеешь?.. — тихо выдавил тот, вытирая слёзы.

— Их тела найдут, но не сейчас. Пусть пройдёт два-три дня, и всё всплывёт.

— Зачем нам это? — спросил Зито, тяжело дыша, страх затаился в его глазах.

Уэйн невольно улыбнулся, его голос звучал спокойно, но от этого всем стало не по себе.

— После похода выпившие товарищи решили ещё развлечься. Александр, пьяный и убитый горем, предложил прокатиться по пустым трассам и оттянуться за пределами особняка. — Уэллс рассказывал спокойно и тихо, так что все вокруг ощутили некий страх из-за этой ужасной хладнокровности. — Но истинная цель его была иной: он хотел выплеснуть гнев, а может, просто товарищи ему не угодили. Тогда, поняв свою ошибку, наложив на это разлуку с Джин, он повесился.

Все молчали, ошеломлённые хладнокровием Уэйна.

— Мы никого не подставляем, лишь обезопасим себя, — добавил он.

— Это… это жутко, — выдавил Зито.

— Да, — подтвердил Лен. — Но, Просперо, подумай, что будет с твоей карьерой, если тебя затаскают по судам с подозрениями в убийстве.

— Сука, — злобно выругался Зито.

— Я сожалею, Эндрю, — Уэйн обнял парня. — Но отца не вернуть. Так мы поможем следствию, указав на верного убийцу.

Эндрю кивнул, разрыдавшись на плече Уэллса.

— Хорошо, Уэйн, что нужно сделать? — спросил твёрдо Лен.

— Прикажите слугам молчать, — скомандовал Уэйн. — И пусть один из них отгонит машину Локсли подальше от особняка. Главное уже сделано за нас, — он кивнул на пустую бутылку виски в кармане Александра. — Обо всех мелочах позабочусь я.

Уэйн отступил, наблюдая, как слуги начали действовать.

Это слишком удобно. Александр — идеальный козёл отпущения. Но настоящий убийца всё ещё здесь. Он хочет, чтобы я сам поверил в эту историю с ревностью. Я не куплюсь. Он продолжает играть со мной и хлопает в ладоши, думая, что обошел и обхитрил меня.

Обратно к особняку группа возвращалась в гробовой тишине. Все поклялись молчать. Эндрю, с красным от слёз лицом, прижался к окну, Зито и Лен молча пили, пытаясь забыть увиденное.

— Эндрю, — окликнул Уэйн. — Приведи себя в порядок по приезду.

Сам он сделал внушительный глоток коньяка.

Это ужасно. Как всё держится? Я вынужден доверять людям, которых знаю три дня, ну, Лена — месяц. Надеюсь, он и Зито, будучи пьяными, не начнут болтать направо и налево. Эндрю сложнее — он убит горем, ему доверять труднее всего.

Машина припарковалась. Уэйн собрался выйти, но Просперо остановил всех.
— Стойте! Помните, мы поклялись, — грозно посмотрел он на каждого, дождавшись кивков.

— Ох, твою мать! Я выпил больше, чем думал, — Уэйна качнуло, едва он вышел из машины.

— Держись, доходяга, — подхватил его Лен.

— Благо… дарю! — отрывисто выдавил Уэллс.

Думать я ещё могу, но слова не вяжутся.

Лен довёл Уэйна до особняка. Внутри их встретила привычная атмосфера: балтовня, блеск золота, музыка.

— Ох, кто у нас тут? — раздался голос Вирджинии.

— Отлично! Мисс Динвидди, передаю его вам! — радостно выпалил Лен.

— Привет, — поздоровался Уэйн неуверенно.

— Пошли, — рассмеялась она, взяв его за руку и куда-то потащив.

— Мы это… куда? — слегка испуганно спросил Уэллс.

Чёртов Лен, лишь бы спихнуть меня! Он же знает, что я с Марией. Пьяным я боюсь, что эта особа может со мной сделать.

Вирджиния привела Уэйна в его комнату.

— Раздевайся, — скомандовала она.

— Вау, так сразу! — возмутился Уэйн.

Что я, чёрт возьми, несу?

— Ха-ха, — она прикрыла рот рукой. — Ты спать собрался в одежде? А впрочем…

Вирджиния усадила Уэйна на кровать и начала бережно расстёгивать пуговицы его рубашки.

Я пьян, но не настолько, чтобы не соображать. Она знает о слухах. Может, сама их и пустила?

— Вирджиния, — начал Уэйн, стараясь говорить чётко, — Кто сказа, что мы вместе?

— Ох, Уэйн, слухи ходят, — уклончиво ответила она, продолжая расстёгивать рубашку. — Все болтают. Расслабься.

— Нет, серьёзно, — он мягко отстранил её руки. — Кто?

Она посмотрела на него, прищурившись, с лёгкой улыбкой.
— Почему так любопытно? Может, я сама всё видела? — игриво ответила она. — Ну что, я же знаю, ты хотел, но всегда смущался, — тихо шептала Вирджиния, проводя рукой по его торсу. — Сейчас ты не можешь мне отказать. — Она поцеловала его в губы. — Не разочаруй меня, — добавила она, запустив руку ему в брюки.

Ох, нет. Почему-то я ждал именно этого, но… Я пьян, моё сознание еле держится, а тут ещё этот неконтролируемый процесс. Чёрт, я могу оправдывать себя сколько угодно, но сейчас… я уже не могу отказать. Пусть это останется на моей совести.

Внезапно Уэйн будто протрезвел. Он схватил Вирджинию, резко бросив её на кровать.

— Да, да, да! Наконец-то, — выдохнула она, её глаза горели азартом.

Уэйн, поддавшись порыву, прижал её к кровати, его руки скользнули по её плечам, срывая остатки одежды. Вирджиния отвечала с той же страстью, её ногти впивались в его спину, оставляя горячие следы. Комната наполнилась их тяжёлым дыханием, звуками движений, шорохом простыней. Она тянула его ближе, её губы находили его шею, плечи, а он, теряя остатки контроля, двигался в такт её ритму. Это было неистово, почти животно — смесь алкоголя, желания и чего-то необъяснимого, что гнало его вперёд.