Страница 96 из 195
— Мы не будем терять время на пустые ожидания, — произнесла она. — Отправляемся в туннели этой же ночью.
Бернар присвистнул, медленно выпрямляясь во весь рост.
— Ну наконец-то! А то я уже начал думать, что все эти бесконечные переговоры превратят мои мускулы в желе. Только один вопрос: ты учла, что там может быть не слишком гостеприимный приём?
Она невинно хлопнула длинными ресницами, и в её голосе появилась опасная, хитрая нотка:
— Конечно учла. Именно на это я и рассчитываю.
Он широко усмехнулся, потирая руки.
— Отлично, а то я застоялся.
Талли села ровнее, её лоб омрачила тревожная складка:
— А ты уверена в этом? Нам нельзя раскрывать все свои козыри раньше времени.
— Если мы не оставим после себя ни единого свидетеля... никто и не узнает, какие козыри у нас были, — парировала она, и в её глазах мелькнуло что-то тёмное.
Девушка фыркнула, но не стала спорить. Бернар вскочил на ноги, с силой хлопнул себя ладонями по груди:
— Что ж, решено! Я иду готовить снаряжение. Если мы спускаемся в эти проклятые туннели, мне нужно кое-что хорошенько наточить… и основательно перекусить. Именно в таком порядке — никак не наоборот.
Он вышел, оставив за собой короткий, беззаботный смешок, который странно контрастировал с мрачностью их планов.
Талли перевела встревоженный взгляд на подругу. Та снова подошла к окну, распахнула створку настежь, впуская в комнату поток свежего воздуха. В лицо ударил резкий запах цветов.
— Надеюсь, ты действительно знаешь, что делаешь, — тихо произнесла она.
— Пока ещё нет, — честно призналась Мелисса, глядя в голубое, чистое небо. — Но очень скоро узнаю.
Бернар, выйдя в коридор, на секунду прислонился к прохладной каменной стене. Весёлая маска мгновенно сползла с его лица.
— Чёрт… — выдохнул он, сжимая виски пальцами.
Перед глазами, как навязчивый призрак, возник образ: мягкий поворот головы, упрямо вздёрнутый подбородок, волосы, отливающие медью на закате, едва уловимый восточный аромат, который въелся в память так же сильно, как в одежду.
— Нет, — глухо прошептал он, с силой тряхнув головой. — Я здесь не за этим.
Но предательское, непослушное сердце уже забилось в другом, знакомом, тревожном ритме. Он бросил взгляд на массивные каменные часы в нише у арки, быстро прикинул время в уме.
— Ещё есть немного времени, я успею.
Тонкая грань между долгом и желанием треснула с тихим хрустом. Разум не успел выстроить логичные доводы, а ноги уже понесли его прочь — вниз по витой лестнице, в лабиринт узких переулков, где воздух был густым от запахов специй, мёда и дыма из кузнечных горнов. Он свернул в сторону шумного торгового квартала, растворяясь в гуле голосов и топоте сотен ног.
— Всего на мгновение, — прошептал он, пытаясь оправдаться перед самим собой. — Только один последний раз.
Но в глубине души он прекрасно знал — это была ложь.
ПОД ЗЕМЛЕЙ
— Вы все идиоты! — рявкнул Геральд. Голос, сорвавшийся на низкую звериную ноту, гулко отдался в сыром подземелье, заставив присутствующих невольно съёжиться.
Позади него, в густой тени, стояла высокая фигура, и её молчаливый взгляд был красноречивее любых криков. Никто не смел пошевелиться. Любой вздох, любой шорох одежды мог стать последним. Все помнили Орхея. Его отчаянные, захлёбывающиеся крики особенно жутко разносились по каменным туннелям той ночью. Все знали, что он не был дежурным в ту смену, а значит, наказание могло обрушиться просто так, без причины. Кто знает, за кем придут сегодня.
Геральд мрачным взглядом скользил по бледным, испуганным лицам.
— Теперь этот юнец подозревает меня, — прошипел он. — Мы теряем драгоценное время. Герцогские шавки шныряют повсюду, как крысы, и мешают нам.
Пальцы сжались в белый от напряжения кулак.
— Ничего… — пробормотал он скорее себе, чем остальным. — Осталось совсем чуть-чуть. Совсем немного.
Он резко обернулся. В самом тёмном углу комнаты, словно загнанный зверёк, к шершавой стене прижимался полный, лысеющий мужчина в засаленной кожанке. Его маленькие, свиные глазки метались в панике, лоб и щёки блестели от пота. Он чувствовал, что сейчас его черёд.
Геральд сделал в его сторону два быстрых шага.
— Сколько ещё?!
— М-милорд… — пролепетал толстяк, голос предательски задрожал, срываясь на визгливую нотку. — Рабы… они работают без отдыха, но туннели… они осыпаются… грунт плывёт, слишком сыро и холодно, да и… и рук катастрофически не хватает! Мы не успеем к назначенному сроку!
Кулак мужчины с размаху обрушился на грубый, деревянный стол. Раздался оглушительный удар, и по старой доске зигзагом побежала глубокая трещина.
— Значит, найди больше людей! — проревел он, и слюна брызнула из уголков рта. — Покупай на невольничьих рынках, кради по дорогам, выгребай по деревням — мне плевать! Но туннель должен быть готов! Ты меня понял?!
Полный мужчина, всё ещё прижавшийся к стене, закивал с такой скоростью, что казалось, голова вот-вот оторвётся. Горло пересохло, губы беззвучно шевелились.
— Д-д-да, милорд… конечно… я сделаю всё…
Он отлично знал: задача невыполнима. В туннелях рабы погибали каждый день. Ям для тайного захоронения тел уже не хватало. На пропавших начали обращать внимание. Скоро это приведёт к ненужным вопросам.
Геральд резко развернулся. Его острый, пронзительный взгляд устремился на высокого, худощавого мужчину, стоявшего у стены.
— Грюпель.
Тот молча кивнул. Тонкие бескровные губы растянулись в узкой ухмылке. В глубине глаз вспыхнул огонёк.
— С сегодняшнего дня виконт Лоус работает на нас, — без тени эмоций констатировал мужчина. — Этот трепещущий трус сделает всё, что я прикажу, лишь бы его жалкий отпрыск остался в живых.
Он медленно покрутил на пальце массивный перстень с тёмным камнем.
— Виконт обеспечит поставки, откроет королевские склады, будет смотреть в нужную сторону. Всё, как мы и планировали. А когда наш дорогой племянник догадается… — Геральд склонил голову набок, и усмешка стала шире, — …будет уже слишком поздно.