Страница 91 из 195
«Нет. Кто-то из них уже знает. Тот, кто уже точит нож, пытаясь разрушить Грань. Мы не можем рисковать. Если правда всплывёт, каждый захочет прикоснуться к этой силе, и тогда хаос поглотит всех».
Она медленно повела взглядом по лицам, застывшим за столом, выискивая малейшую трещину в их масках: нервный подёргивающийся палец, тик в уголке рта, судорожный глоток, затаённая злоба в глубине глаз.
«Предатель где-то здесь. Среди них».
Принц Адриан чуть прищурился, его взгляд стал тяжёлым и подозрительным. Герцог Пирс сдержанно вздохнул, но уголок его рта дрогнул — возможно, в нём говорился скепсис ветерана, видавшего подобные спектакли. Он мельком обернулся к своему сыну, стоявшему позади. Юноша не сводил глаз с девушки из свиты Принцессы, и в его взгляде горел нескрываемый, живой интерес. Та на мгновение поймала его взгляд, и в её глазах мелькнул тот же самый огонь.
«Очень интересно», — пронеслось в голове у герцога, и его пальцы начали отбивать неторопливый ритм по дереву стола.
Мелисса глубоко вдохнула, наполняя лёгкие прохладным воздухом зала, и на её губах расцвела лёгкая, почти невесомая улыбка, в которой читалась смертельная насмешка.
— Ну что ж… Ваше предложение составлено весьма… занятно. Благодарю за столь щедрый жест.
Она плавно откинулась на спинку кресла, изящно сцепив пальцы на коленях.
— Но вы, господа, — её улыбка вдруг стала холодной, как лёд в северных озёрах, и острой, как скальный обломок, — действительно считаете нас глупцами?
В зале воцарилась оглушительная тишина.
— Нет. Мы не примем этих условий, не будем даже рассматривать. — Её голос опустился на октаву. — Вы и вправду полагаете, что можно возвести новый союз на пепле старого, не расчистив завалы и не сказав ни слова о том, что мир изменился?
Она чуть склонила голову, и её тяжёлый, пронзительный взгляд снова упал на Адриана. В нём не было ни капли страха или неуверенности, только холодный, аналитический интерес. Медленно, словно давая каждому услышать тиканье невидимых часов, она выпрямилась и наклонилась вперёд, положив сцепленные руки на полированную столешницу.
— Думаю, пора обсудить наши обязательные условия. Без них любые дальнейшие разговоры — пустая трата нашего времени. — Она сделала крошечную паузу. — Первое: каждый месяц, с первой луны и до последней, в наши пограничные земли будет отправляться десять полных телег с зерном, солониной и лекарственными травами.
Несколько вельмож переглянулись, в их глазах мелькнуло недоумение, смешанное с раздражением. Кто-то с другой стороны стола слишком громко, с притворным надрывом откашлялся в кулак. — Второе: тысяча тонн асмарского металла. — В зале наступила тишина. — Да, я знаю, как его трудно добывать. Он рождается в самых глубоких жилах, в тех пещерах на берегу Океана Чудовищ, куда боится спускаться даже ваша отборная стража. И да — это смертельно опасно, но именно этот металл нам нужен, только он.
Адриан чуть заметно изменился в лице. Похоже, он предчувствовал, к чему всё идёт.
— Третье: вы отправите к нам тридцать человек. Опытных ремесленников, мастеров-кузнецов, знающих секреты закалки, и десять — лучших целителей и травников. Они станут частью Севера. Мы позволим им взять с собой семьи, но каждый принесёт клятву верности Атрее и нашему дому.
Теперь уже несколько человек откровенно побледнели. Барон Кроули шумно сглотнул, и его лицо приобрело землистый, пепельный оттенок.
— И последнее, — произнесла Мелисса, не повышая и не понижая голоса. — Вчера, на вашей тренировочной площадке, один из молодых рыцарей позволил себе... неуместное высказывание в мой адрес.
Её глаза сузились до щелочек, и в их глубине вспыхнуло нечто стальное, неумолимое.
— Меня не интересует, как вы воспитываете свою знать. Но этот юнец — хам и зазнайка. И ему отчётливо не хватает дисциплины. Я долго размышляла, как же помочь ему встать на истинный... рыцарский путь. И, наконец, нашла решение, — её губы изогнулись в тонкой, безжалостной усмешке, больше похожей на оскал. — Я хочу забрать его с собой. На Север.
Лорд Ройс громко икнул от потрясения и поспешно прикусил губу, пытаясь вернуть себе остатки самообладания. Но виконт Лоус... он будто проваливался в собственное кресло. Кожа на его лице и шее налилась густой, багрово-малиновой краской. Крупные капли пота выступили на висках и стали струиться по щекам, а он судорожно смахивал их дрожащей, влажной ладонью. Его глаза метались по залу — от бесстрастного лица принцессы к напряжённому лицу кронпринца и обратно.
«Она хочет забрать его. Моего единственного сына. Нет... этого не может быть... Он лишь бросил на неё взгляд, лишь пробормотал пару слов под нос... Это же не преступление!»
— Вы… что?! — хрипло, почти беззвучно выдавил он, и его голос сорвался на шёпоте.
— Вы прекрасно меня услышали, виконт, — парировала принцесса.
Виконт застыл. Его лицо, ещё секунду назад багровое, резко побелело, а толстые синие вены на шее и висках вздулись и застучали, будто готовые лопнуть от напора крови.
— Это… это невозможно! — выкрикнул он, вскакивая с места. Его стул с грохотом опрокинулся назад.
— Почему же? — Мелисса, напротив, плавно откинулась на спинку кресла, её пальцы с небрежной грацией коснулись резного подлокотника. Она выглядела так, будто обсуждала фасон нового платья, а не выносила приговор чьей-то судьбе. Эта показная расслабленность была острее любого обнажённого клинка.
— Ваш человек позволил себе унизить принцессу Атреи. Возможно, в ваших кругах это считается дурной шуткой, — её голос стал тише, — но я не смеюсь, и прощать такую дерзость не намерена.
Она позволила паузе повиснуть в воздухе, тяжёлой и гулкой, как предгрозовое затишье.
— Ваш выбор прост — согласиться или отказаться. — Её ясный, холодный, как горное озеро, взгляд медленно скользнул по бледным, напряжённым лицам вельмож. — Но имейте в виду: ваш отказ мы расценим как очень красноречивый ответ… на вопрос о вашем истинном желании заключить перемирие.
«Теперь посмотрим, на что вы действительно способны. Как далеко простирается ваша храбрость, когда дело касается личных потерь».
— Вам есть что добавить, виконт Лоус? — мягко спросила она, и это звучало как формальность, за которой скрывалась стальная ловушка.
Лоус вздрогнул, будто его хлестнули по щеке. Он судорожно сглотнул, его язык казался ватным и непослушным. Он попытался выпрямиться, придать своему облику остатки достоинства, но голос предательски дрогнул, выдавая страх:
— Да… Этот рыцарь… юноша, о котором вы говорите… это мой сын, Ваше Высочество.
Мелисса слегка прищурилась, и одна её бровь изящно поползла вверх, выражая искренне удивление.
— Ах, вот оно что, — прошептала она так тихо, что слова едва долетели до конца стола. — Значит, вы беспокоитесь не о попранной чести гостя, а о судьбе собственной крови. Как по-человечески трогательно.
Она чуть склонила голову набок, будто разглядывая редкий, незнакомый экспонат.
— Не тревожьтесь, милорд. На Севере мы испокон веков умеем обращаться с молодыми воинами. Ваш сын получит всё, чего ему так явно не хватает здесь: настоящую цель, железную дисциплину… и повод для настоящей, а не показной гордости. Он станет частью чего-то великого, а не продолжением капризов избалованного аристократа.