Хранители Севера

Адриан повернулся к Мелиссе, его лицо было каменным.

— Сегодня ночью вы останетесь у меня, — его голос прозвучал жёстко, не оставляя ни малейшей возможности для обсуждения. — Соберите вещи.

— Подожди! — голос девушки сорвался чуть громче и резче, чем она планировала, и она сама не заметила, как в порыве перешла на «ты», отбросив формальности. — Мы должны сначала понять, откуда он пришёл. Кто его послал.

Талли решительно шагнула к распростертому телу. Ловко опустилась на корточки, её пальцы, не брезгуя, впились в окровавленный ворот разорванной рубахи наёмника и оттянули его. Под грубой тканью мелькнуло тёмное пятно на коже.

— Что это?.. — пробормотала себе под нос, губы сжались в тонкую линию, а на лбу залегла легкая складка.

На уровне ключицы проступал странный тёмный узор. Она сильнее поддела воротник, отодвигая ткань дальше. На коже, словно живой и готовый к прыжку, чернел паук. Чёткий, угольно-чёрный, с вытянутым хищным тельцем и длинными, тонкими лапками, которые опоясывали всё плечо.

— Тот же знак… Такой же, как у того, кто напал на меня. Они идентичны.

Мелисса неосознанно шагнула ближе, её взгляд скользнул с татуировки на подругу, и сердце сжалось от тревоги. Талли выглядела ужасно. Засохшая, тёмная кровь покрывала правую половину её лица, спускаясь на шею. Белоснежные волосы, обычно сияющие, теперь были сплошь окрашены в багровый цвет. Прядь прилипла к щеке, ресницы слиплись. Но та, казалось, вообще не обращала на это внимания.

— Мне знаком этот знак… — проговорил Адриан, и его голос вдруг прозвучал совершенно иначе. Он сделал шаг ближе, и его глаза, тёмные и расширенные, впились в татуировку. — Это знак гильдии «Нечистых».

Мелисса ощутила, как кожа на её руках и спине мгновенно покрылась мелкими, ледяными мурашками. Даже Талли замерла, медленно поднимая на него взгляд.

— Самые опасные, отвязные головорезы, каких только можно встретить, — продолжил он, и глубокая складка между его бровями стала ещё заметнее. — Их гильдия держит в своих руках всю теневую деятельность Королевства: торговлю людьми, контрабанду ядов, нелегальное оружие, заказные убийства, исчезновения без вести. Наемники, у которых хватило смелости к ним примкнуть, либо законченные безумцы, либо фанатики.

Он говорил глухо, почти монотонно, но в каждом слове чувствовалась напряженная, сдерживаемая ярость.

— Мы уже годами пытаемся выйти на их логово. Но каждый раз, когда кажется, что они вот они — они растворяются в воздухе, будто у них есть могущественный покровитель, который вовремя подает сигнал к отступлению.

— Гильдия Нечистых… — повторила Мелисса почти беззвучно.

«Это может быть именно та ниточка, которую мы так долго искали.»

Но продолжить она не успела.

— Что за шум среди ночи? Почему вам не спится? — низкий, раскатистый, чуть хриплый голос раздался из коридора.

В дверном проеме, заполнив его собой, появился коренастый, широкоплечий юноша. Его взгляд, ленивый и насмешливый, медленно, с преувеличенным интересом пробежался по разрушенной комнате, залитой кровью, и остановился на теле.

— Бернар, ты, как всегда, мастерски пропустил всё самое интересное, — язвительно, с едва скрываемым раздражением отозвалась Талли, метнув в него из-под опущенных ресниц укоризненный взгляд.

— Я решил проявить великодушие и дать вам возможность блеснуть своими талантами без помех, — усмехнулся он в ответ, переступая через порог. Но в его глазах, обычно беззаботных, сейчас не было и тени веселья, только пристальное, едва уловимое напряжение, скрытое под маской бравады.

— Ваше высочество, — осторожно, вернувшись к холодной формальности, начала Мелисса, — Нам необходимо привести себя в порядок и переодеться. Не могли бы вы оказать нам эту любезность и подождать в ваших покоях? Мы присоединимся к вам в самое ближайшее время.

Адриан помедлил. Он всем существом не хотел уходить. Они обе были измотаны и ранены, им требовалась немедленная помощь, но формальных причин оставаться больше не было. Его взгляд снова, против воли, скользнул по её шее, где на фарфоровой коже уже проступали зловещие, багрово-синие отпечатки пальцев. Его собственные пальцы сжались в тугой кулак — всего на долю секунды, прежде чем он снова обрел контроль. Затем он лишь молча, коротко кивнул и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Как только звук его шагов затих в коридоре, атмосфера в комнате сменилась мгновенно и кардинально.

Талли, уже не пытаясь изображать стойкость, тяжело опустилась на край развороченной кровати. Её плечи сгорбились под тяжестью усталости и адреналинового отката. Рука предательски дрожала, когда она попыталась стереть липкую кровь с виска. Часть пряди белых волос намертво прилипла к щеке, смешавшись с кровью и потом, но она даже не пыталась её отлепить или привести себя в порядок. Энергии на это просто не осталось.

— Это было спланировано, — выдохнула она. — И мы были главной целью с самого начала.

— Круг подозреваемых сужается, — отозвалась Мелисса, не оборачиваясь. Её взгляд был прикован к закрытой двери, за которой исчез Адриан. — О нашем прибытии знали единицы, только те, кто вхож в ближний круг короны, только те, кому доверяют.

Талли молча провела подушечкой пальца по лезвию своего кинжала, очищая зазубренный край от засохших, тёмных сгустков.

— Они совсем не боятся нас. Уверены, что мы ничего не найдем и ни до кого не докопаемся.

Мелисса коротко, беззвучно хмыкнула:

— Значит, пора показать им, как сильно они ошибаются.

Бернар, всё это время молча стоявший в стороне и внимательно наблюдавший, наконец двинулся вперёд. Он опустился на одно колено рядом с бездыханным телом наёмника, наклонился так близко, что его дыхание смешалось с запахом смерти. Он прищурился, вглядываясь в застывшие черты лица: щетина, тонкий, почти незаметный белый шрам, пересекающий подбородок, характерный разрез глаз.

— Я узнал его.

Две пары глаз — усталые и яростные — мгновенно повернулись к нему.

— Он был на ужине, сидел за соседним столом, пил и смеялся. А значит, они были здесь, среди нас, еще до того, как мы успели прибыть... — Он медленно перевёл тяжёлый взгляд на Мелиссу, стоявшую у окна. — Крыса гораздо ближе, чем мы всегда думали.

Девушка поджала нижнюю губу, едва заметно кивнув, её собственные мысли уже лихорадочно работали, выстраивая мрачную картину.

— Если кто-то думает, что может ударить нам в спину и остаться незамеченным, они очень плохо выбрали цель, — произнесла она на удивление спокойно, но внутри всё уже клокотало от холодной, целенаправленной ярости. — Как только доберемся до дворца, свяжись с нашим человеком в городе. Узнай всё, что можно, об этой гильдии. Пусть копает глубже.

Бернар коротко кивнул, его обычно насмешливое лицо потемнело и стало серьезным.

— Понял, постараюсь проскользнуть незаметно.

Он мрачно усмехнулся, но в усмешке не было ни капли веселья.

— Хотя, если честно, теперь не уверен. После такого представления... за нами будут следить в два раза пристальнее.

Талли слегка склонила голову набок, изучая его. В её уставших, запавших глазах мелькнул тот самый знакомый огонь, опасный, хищный блеск, который юноша знал чертовски хорошо и который всегда предвещал бурю.

— Не беспокойся, — она прищурилась, и её губы изогнулись в хищной, почти кошачьей улыбке, полной тёмного предвкушения. — У меня уже есть одна идейка, как отвлечь их бдительность. Довольно... шумная.