Хранители Севера

Мелисса замерла на мгновение, позволяя этой знакомой суете окутать её. Постепенно напряжение начало покидать тело: плечи опустились, сжатые кулаки разжались, челюсть расслабилась. Она сделала глубокий вдох — морозный воздух обжёг лёгкие. С каждым выдохом тревога, ещё недавно сжимавшая горло, становилась всё меньше, растворяясь в шуме тренировочного поля.

— Пока это… — тихо произнесла она, не отрывая взгляда от поля, — …наша реальность.

Перед ними новобранцы в потных рубахах пытались синхронно выполнить манёвр с копьями. Получилось жалко: первый в шеренге запнулся о собственные ноги, второй, пытаясь его поддержать, сам потерял равновесие, и вся цепочка рухнула, как подкошенная.

Талли, продержавшаяся в молчании невероятные для себя три минуты, наконец не выдержала.

— Ну так что? — выпалила она, подпрыгивая на месте. — О чём вы там так долго...говорили?

Девушка взглянула на неё и лишь покачала головой, но в уголках губ дрогнула тень улыбки. «Да уж, не долго она продержалась», — подумала она с теплотой.

— Совсем скоро нас отправят в Бермон для заключения...

— Да! — взвизгнула та, недослушав.

Её вопль прозвучал так оглушительно, что несколько тренирующихся воинов резко обернулись. Один из них, отвлёкшись, пропустил удар и тут же получил увесистый подзатыльник от наставника.

— Тише, Талли! — прошипела Мелисса, бросая на подругу убийственный взгляд.

Но та лишь развела руками в театральном жесте и сияла ещё ярче.

— Не могу! Ты не понимаешь, я всю жизнь мечтала об этом! Когда отправляемся? Надолго?

— Отвечу, только если ты пообещаешь не перебивать меня каждые две секунды, — буркнула Мелисса, закатывая глаза.

— Клянусь! — Талли звонко рассмеялась, поднимая руку в шутливой клятве, но тут же спохватилась и прикрыла рот ладонью.

Мелисса вздохнула, но не смогла сдержать улыбки.

— Тебе совсем не интересно, зачем мы туда отправляемся?

— Ну… — замялась она, вдруг став необычно серьёзной. Потопталась на месте, разрисовывая носком сапога узоры на снегу. — Конечно, интересно. Просто…

Неожиданная пауза затянулась. Когда наконец девушка подняла глаза, в них светилось что-то тёплое и ностальгическое.

— Ты помнишь, как мы в детстве забирались на западную стену? — голос её стал тише, задумчивее. — Сидели там, свесив ноги, болтая ими в воздухе, и смотрели вдаль, пока солнце не начинало садиться? Как старый Гретт у костра рассказывал нам истории про королевства за горами, про города из белого камня, где улицы вымощены золотом? — Она провела рукой по белоснежным, коротким прядям, сдувая снежинку. — Я тогда… пообещала себе, что когда-нибудь обязательно увижу всё это.

— И вот теперь этот день настал, — тихо заключила Мелисса, чувствуя, как в груди что-то сжимается.

— Мы куда-то отправляемся? — раздался удивлённый голос сзади.

Девушки резко обернулись. Бернар стоял в двух шагах, появившись как всегда внезапно. Его мощная фигура казалась ещё массивнее на фоне хрупких девушек. Он стоял, слегка сгорбившись, опираясь одной рукой на колено — видимо, только что закончил тренировку. Синяя туника, обычно аккуратно подогнанная, теперь висела мешком, пропитанная потом. Даже сапоги были в грязи и снегу.

«Опять тренировался до изнеможения», — мелькнуло у Мелиссы, когда она заметила дрожащие от усталости пальцы, сжимающие рукоять кинжала.

— Почему опять опаздываешь? — спросила она, легонько толкая его в плечо.

Бернар попытался ухмыльнуться, но вместо этого получилась жалкая пародия на улыбку. Его глаза, обычно яркие, теперь выглядели выцветшими, с красными ниточками сосудов. Даже щетина росла неровно, кое-где прерываясь свежими царапинами. За его спиной, как всегда, висел меч — единственная вещь, которая выглядела безупречно.

«Опять этот дурацкий способ носить оружие», - подумала девушка, глядя на перекрещенные за спиной ремни.

— Когда-нибудь ремень порвётся, и ты сам себе ухо отрубишь, — не удержалась она, повторяя старую шутку.

— Зато красиво, — автоматически буркнул он, но в голосе не было обычного задора.

Он стоял, слегка раскачиваясь, будто ноги едва держали тело. Даже Талли, вечная болтушка, замолчала, изучая друга внимательным взглядом.

— Ты снова тренировался всю ночь?

Бернар поднял руки в защитном жесте.

— Да, да, помню: «не переусердствуй», «не убей себя раньше времени»… — он вздохнул. — Но как иначе? До экзаменов рукой подать, а я… — он резко оборвал себя, сжав кулаки. — Меч держу как надо, но реакция всё ещё хромает.

Мелисса уже собралась развернуться, когда её взгляд упал на его правую ладонь. Посреди загрубевшей кожи зиял свежий порез. Кожа вокруг воспалилась и слегка опухла, но никакой повязки, будто он даже не удосужился промыть рану. Лицо её изменилось: брови сдвинулись, губы вытянулись в тонкую линию.

— Серьёзно? — бросила она, кивнув на рану. — Ты хотя бы когда-нибудь смотришь, что с тобой происходит?

Юноша посмотрел на свою руку с удивлением, будто заметил её впервые.

— А, это?.. Пустяки. Манекен слишком резко повернулся.

Он попытался отшутиться, но девушка не смеялась. Она шагнула ближе, аккуратно взяла его за запястье.

— Хоть раз бы пожалел себя. С такими руками ты не сдашь никакой экзамен.

Бернар виновато пожал плечами, избегая её взгляда.

— Всё в порядке, — пробормотал он. — Просто… не хочу подвести. Ни вас, ни себя.

Мелисса сжала губы так, что они побелели. В груди бушевало противоречие — хотелось и врезать ему за бестолковость, и тут же затащить в лазарет.

— Что мне с вами делать? — вырвалось у неё сквозь зубы, больше похожее на стон отчаяния.

Бернар виновато почесал затылок, оставив в волосах дорожку от грязных пальцев.

— Ой, ну перестань ты его пилить! — Талли, как всегда, ворвалась в момент напряжённости, закатив глаза. — Он же упрямый как… как… — замялась, — как ты сама! Лучше слушай сюда!

Она подскочила к Бернару, схватила его за руки, не обращая внимания на его болезненный вскрик, когда задела рану, и выпалила:

— Нас отправляют в Бермон! В самый настоящий Бермон!

Юноша медленно прищурился, переводя взгляд с сияющей Талли на мрачноватую Мелиссу. Когда она коротко кивнула, на его лбу собрались тревожные складки.

— Это... правда? — переспросил он глухо, уже чувствуя подвох. Пальцы непроизвольно сжались.

Но прежде чем кто-то успел ответить, воздух взорвался резким металлическим звоном — гонг прокатился эхом по всему полю. В мгновение ока всё замерло. Мечи застыли. Смех оборвался. Даже птицы на башнях разом замолчали. Все как один повернулись к восточным воротам. Из тени арки медленно выступил сэр Лестар. Он двигался неспешно, словно время подстраивалось под его шаг. Высокий, широкоплечий, в чёрной тунике. Белоснежные волосы, собранные в тугой хвост, казались неестественно яркими на фоне тёмной ткани. Ему не нужно было кричать, чтобы его услышали. Одного взгляда хватало, чтобы воины выпрямились, будто по их спинам провели стальной прут.

Когда он вышел на середину плаца, Мелисса заметила, как его губы чуть поджались. Она знала этот знак. Так бывало, когда новости были тяжёлыми, а решение уже не изменить.

— Построиться! — его голос, усиленный магией, громыхнул, как удар грома.

Поле вмиг ожило. Со всех сторон к центру сбегались воины. Под ногами хрустел утоптанный снег, серый от грязи и пепла. Мелисса заняла место в строю первой, Талли встала рядом, её пальцы нервно мяли рукав рубахи, а Бернар занял позицию справа, скрестив мощные руки на груди.