Страница 15 из 39
Глава 3
Первые лучи солнца упрямо пробивались сквозь высокие окна, растекаясь по полу золотистыми полосами и обжигая веки Мелиссы. Расплачиваясь за вчерашнюю забывчивость, она сдавленно застонала и с головой нырнула под подушку, пытаясь скрыться от назойливого света.
— Мрргх... — её бессмысленное, но искреннее ворчание утонуло в ткани, которая хоть и холодила щёку, но уже не спасала.
Нехотя приподнявшись, она взъерошила спутанные после тревожной ночи волосы, которые падали на лицо. Зевнув, опустила ноги на пол и тут же пожалела о резком движении — перед глазами замелькали чёрные мушки, заставив на миг пошатнуться и замереть. Короткими, сердитыми шагами она направилась к окну и с глухим шорохом задернула шторы, отсекая солнечный свет. В комнате повис мягкий полумрак, нарушаемый лишь тонкими лучами по краям ткани, оставлявшими на полу вытянутые золотые полоски.
— Так-то лучше, — удовлетворённо прошептала она, потягиваясь.
Вернувшись в кровать, уткнулась лицом в подушку. До тренировки оставалось почти сорок минут, которые она твёрдо намеривалась посвятить тому, чтобы выкинуть из головы всё, что успело влезть за ночь. Но едва глаза сомкнулись, из глубины памяти выплыли навязчивые образы: изматывающие тренировки, треск разрываемой Грани и лицо пленника перед смертью.
— Не сейчас, — сквозь зубы прошептала, переворачиваясь на бок.
Она сжалась в клубок, натянув одеяло до подбородка, пытаясь найти укрытие среди мягких подушек.
«Ещё пять минут. Всего пять минут...»
Тишину внезапно разорвал скрип дверных петель, и в комнату хлынул утренний свет, пересёк пол и полоснул по краю постели. В этом свете на пороге застыла высокая тень.
— Ты ещё не встала? — раздался недовольный высокий голос.
Его обладательница, пыталась привыкнуть к полумраку, всматриваясь в очертания комнаты.
— Мелисса!
Тишина в ответ была оглушительной. Только слабый ветерок колыхнул занавеску, будто смеясь над её попытками.
— Мелисса! — теперь уже громче, с оттенком раздражения.
«Ясно, и снова я буду виновата… Ну уж нет. Не сегодня», — промелькнуло у неё в голове.
Она решительно направилась к кровати, босые ноги бесшумно скользили по холодному полу. На секунду замерев, словно раздумывая, стоит ли рисковать, протянула руку к смутному силуэту…
Вжжих!
Тёмная фигура сорвалась с кровати с молниеносной скоростью, схватила её за запястье и рывком повалила на пол. В следующий миг к горлу Талли прижали тонкий кинжал, светящийся голубым светом.
— Чёрт возьми, Талли! — голос Мелиссы был хриплым от сна. — Сколько раз я говорила не будить меня так?!
Лезвие слегка дрогнуло, оставляя на коже едва заметную царапину.
— Тренировка... — прошептала Талли. — Мы опоздаем...
Стиснув зубы, она осторожно отвела лезвие в сторону, освобождая шею, где уже проступала тонкая розовая полоска.
— А если бы я не остановилась? Что бы я сказала твоему отцу? Что его дочь погибла от случайности?!
Мелисса резко вскочила, бросив кинжал на кровать.
— Ты же знаешь, что нам простят смерть только от зверей хаоса и никак иначе.
Талли нахмурилась, светлые брови сомкнулись в одну резкую линию. Тяжело было признавать, что её путь выбрали за неё.
— Ну, это может касается тебя, — она скрестила руки на груди. — В моём случае, мне ещё простят, если я прикрою твою спину.
Где-то вдалеке раздался гулкий удар колокола, его медные волны покатились по каменным коридорам крепости, оповещая о начале нового дня.
— Талли… — Мелисса внезапно обняла подругу, прижавшись щекой к её плечу. Вдох, и в ноздри ударил знакомый аромат цветов, такой непохожий на их суровую жизнь. — Ты же знаешь… Ты не просто мой напарник. Ты моя подруга.
Она отстранилась, и в её глазах вспыхнул знакомый огонь.
— Да и я не настолько слаба, чтобы меня приходилось защищать! — с напускной лёгкостью добавила она, неловко рассмеявшись. — Никому не позволю пожертвовать собой ради меня!
Но Талли не засмеялась в ответ. Губы сжались в тонкую ниточку, взгляд упал на пол, будто она внезапно заинтересовалась узором трещин между плитами. Каждое слово поддержки подруги приносило не утешение, а острую боль, от которой сжималось в груди — знакомое чувство, которое она давно научилась скрывать за маской спокойствия.
«Ты должна стать тенью её величества», — зазвучал в голове суровый голос отца. «Она — самое ценное. Защищай её любой ценой».
Эти слова прожигали душу, как раскалённое клеймо, став её судьбой и путами, не позволявшими вздохнуть полной грудью. Девушка никогда не хотела держать меч — видя ужасы битв, она мечтала о свободе, вспоминая, как в детстве пряталась в библиотеке, зачитываясь романами о дальних странах, где не было войн. Ей грезились простые вещи: запах свежеиспечённого хлеба по утрам, возможность выбирать одежду не по практичности, а по красоте, чьи-то тёплые руки, обнимающие с любовью. Она всего лишь хотела простого человеческого тепла и собственного выбора, но её судьбу решили задолго до первого крика. Сделав шаг назад, Талли тяжело вздохнула и провела пальцем по царапине на шее.
«Прейди в себя.»
— Значит, в следующий раз я должна буду кричать с порога? — она подняла бровь, и в её глазах мелькнула слабая тень улыбки.
Мелисса хмыкнула, подбирая с кровати кинжал:
— Или хотя бы брось в меня подушкой.
— Хорошо, в следующий раз так и сделаю, а сейчас давай, тебе пора одеваться. Мы опоздаем на тренировку… Опять.
Принцесса закатила глаза, театрально застонала и плюхнулась обратно на кровать.
— Кто вообще придумал эти ранние тренировки? — пробормотала она, натягивая одеяло на голову. — Я не пойду. Плевать на всё. Пусть накажут.
Талли скрестила руки на груди и выдохнула, возвращая на лицо привычную маску невозмутимости.
— Вставай! Или я тебя стащу с кровати!
Ответом ей стал лишь недовольный бубнёж.
— Мы не побежим дополнительные круги из-за тебя. Точно не сегодня! — она горделиво провела ладонью по белоснежной льняной рубахе, где голубые завязки идеально сочетались с цветом её глаз. — Я хочу, чтобы она оставалась чистой хотя бы до обеда.
Её губы поджались, а во взгляде мелькнуло искреннее беспокойство о новом наряде.
Мелисса приподняла бровь. Одно лишь выражение подруги — эта смесь важности и детской обиды — стало последней каплей. Сначала из сжатых губ вырвался лёгкий смешок, потом ещё один, и вот уже комната наполнилась звонким, неудержимым смехом, от которого дрожали даже занавески.
— Талли... я... не могу! — девушка едва успевала ловить воздух между приступами смеха, театрально вытирая воображаемые слёзы.
Но стоило ей встретиться с её взглядом, как веселье вмиг улетучилось. Талли стояла, скрестив руки, брови почти срослись на переносице, а взгляд мог бы заморозить даже пламя. Мелисса резко выпрямилась, быстрым шагом обошла подругу по кругу, делая вид, что оценивает наряд с важностью придворной швеи, затем остановилась, кивнула и торжественно подняла большой палец:
— Действительно красивая! Главное, чтобы эти завязки не увидел сэр Виргар, а то одними кругами ты точно не отделаешься.
Эффект был мгновенным. Тень недовольства слетела с лица подруги, уступив место торжествующей улыбке. Но больше всего девушку насторожил тот самый, слишком знакомый лукавый блеск в её светло-голубых глазах.
— Я так рада, что тебе она понравилась! — Талли раскинула руки, словно собираясь обнять весь мир. — Потому что я купила тебе такую же!
На мгновение в комнате воцарилась тишина. А затем...