Страница 144 из 195
Глава 17
Настойчивый стук в дверь вырвал девушку из сладкого сна.
— Светлый потолок?.. Это не мои покои… — первая смутная мысль мелькнула и тут же утонула в пульсирующей волне боли. Голова раскалывалась на части, будто её с размаху били о каменную плиту. Все мышцы ныли и гудели, а в горле пересохло так, словно она глотала пыль на протяжении долгого, изматывающего похода. Она с трудом приподнялась на локтях, тихо застонала и сжала виски ладонями, пытаясь унять раскалывающийся череп.
Раздражающий стук не прекращался, набирая настойчивость.
— Да кто там, чёрт возьми… — прошипела она сквозь зубы, её голос был хриплым от сна.
Она скинула с себя скомканное покрывало, с усилием поднялась с кровати, морщась от тянущей ломоты во всём теле, и медленно подошла к двери. Щёлкнул замок, и перед ней оказался молодой, почти мальчишка, юноша. Он замер на пороге. Его щёки мгновенно вспыхнули густым румянцем. Он резко, почти машинально поклонился, склонив голову.
—— Простите… что разбудил вас, Ваше Высочество, — выговорил он, и его голос заметно дрогнул от смущения. — Вы меня, возможно, не помните… но я — Вейт. Вы… вы помогли мне тогда во дворе, на тренировке рыцарей.
Мелисса с трудом прищурилась, пытаясь сквозь пелену сна и боли сосредоточиться на его лице. Светлые, чуть взъерошенные волосы, простая, но аккуратная одежда: тёмная холщовая туника, простой кожаный ремень, начищенные до зеркального блеска сапоги. Лет восемнадцати, не больше.
— Я помню тебя, — медленно, растягивая слова, произнесла она, с лёгким стоном опираясь плечом о дверной косяк. Её голос был хрипловат и низок. — Но зачем ты пришёл? Да ещё так настойчиво, будто за тобой гнался целый выводок голодных гончих.
Она наклонила голову набок, прищурилась ещё сильнее, разглядывая юношу с ленивым, но цепким вниманием. В её голосе звучал лёгкий, почти незаметный вызов, а в уголках губ играла насмешливая, почти ленивая улыбка.
«Ну же, Вейт, удиви меня,» — будто говорил её безмолвный, изучающий взгляд.
Юноша опустил голову ещё ниже. Щёки его всё ещё пылали маковым цветом, пальцы судорожно вцепились в грубую ткань штанов так крепко, что костяшки побелели. Он нервно, с усилием сглотнул.
— Прошу прощения… — начал он слишком быстро и сбивчиво, будто боялся, что не успеет выговорить заученные слова. — Я… не хотел тревожить ваш сон. Просто… после той тренировки нас наказали, и только сейчас… только сейчас я смог найти время, чтобы… поговорить с вами.
— Встань уже, — устало, почти раздражённо бросила Мелисса. — Я не твоя королева, чтобы ты кланялся мне в ноги.
Он выпрямился резко, и тут же пожалел об этом. В лицо снова ударил жар смущения. Он отвёл взгляд в сторону, стиснул зубы, сглотнул с сухим, громким щелчком, и всё равно не смог заставить себя поднять глаза и посмотреть ей в лицо.
Девушка, не спеша, изучала его. Прислонилась к косяку сильнее, скрестив руки на груди.
— Почему ты не смотришь на меня? — спросила она негромко, и в её голосе зазвучала искренняя, хотя и уставшая, любопытство.
— Никак не смею… — выдохнул он, почти не разжимая губ. — Смотреть на вас, Ваше Высочество… в вашем… спальном одеянии…
Последние слова прозвучали едва слышно, почти шёпотом. Щёки горели, уши пылали, а подбородок предательски дрожал. Пальцы с отчаянием теребили край простой рубахи.
Мелисса вскинула бровь. Уголки её губ дрогнули в беззлобном, почти материнском веселье, которое она не сочла нужным скрывать.
— Интересно… — протянула она лениво, растягивая слово. — Смутить будущего рыцаря оказалось куда проще, чем я думала.
Она вполне могла бы продолжить эту игру. Ей нравилось его смущение, а юноша реагировал чересчур мило и непосредственно, но усталость брала своё. Тело ныло и требовало покоя. Она подняла ладонь к виску, пальцами нащупала напряжённую артерию и медленно потерла кожу.
— Это всё? — спросила она, с трудом сдерживая накатывающий зевок.
— Что? Нет! — он буквально подпрыгнул на месте, спохватившись. — Я… я хотел поблагодарить вас! За то, что вы сделали тогда… за тот урок, что вы позволили нам увидеть…
Он снова сбился, запнулся. Слова, которые он, казалось, заучил наизусть, рассыпались в прах. Его взгляд метался по стенам, по полу, по собственным сапогам, но ни разу не коснулся её глаз. Пальцы судорожно вцепились в ткань брюк, как в спасательный канат.
— И ещё… — голос его снова дрогнул, став тише. Кончик языка на мгновение замер у нёба, не решаясь произнести следующее.
— Ну же, не бойся, — её голос внезапно стал мягче, почти ласковым. — Я не кусаюсь. Что ты так боишься мне сказать?
Она смотрела прямо на него. Спокойно, выжидающе. Во всём её облике, во взгляде не было ни тени угрозы или насмешки, только полная сосредоточенность и тихое, но цепкое любопытство. Она умела это: видеть самое слабое, уязвимое место в человеке, и прикасаться к нему не с грубым нажимом, а точно, почти бережно, чтобы вызвать нужную реакцию.
Вейт сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Один глубокий, прерывистый вдох, потом другой, словно перед прыжком в тёмную, бездонную пропасть, когда не видно, что ждёт внизу.
— Я слышал, что в новом договоре… один из пунктов касается отправки людей на Север, — голос его дрогнул, но он заставил себя продолжать. — Я… всегда мечтал увидеть эти земли. Прошу вас, возьмите меня с собой. — Слова с трудом вырвались из его сжатой груди, сердце колотилось где-то под самым горлом, бешено и громко, почти перекрывая дыхание.
«Я смог, я сказал это. А если она откажет?.. Если рассмеётся?..»
Он нервно дёрнул за верхние пуговицы своей простой рубашки, ослабляя тугой ворот, чувствуя, что ему катастрофически не хватает воздуха.
Мелисса замерла. Совсем не этого она ожидала от этого робкого юнца. Мальчишка, который только что не мог поднять на неё глаза, внезапно сделал шаг туда, куда редко осмеливались ступить даже бывалые воины. На её губах промелькнуло беззвучное:
— Очень интересно…
Но её взгляд, скользнув мимо его растерянного лица, вдруг зацепился за лёгкое движение, за мелькнувший под тканью рукава тонкий, чёрный браслет. Внутри у неё всё оборвалось и упало в ледяную бездну.
«Нет, не может быть. Этого… просто не может быть здесь.»
Её тело среагировало раньше, чем успел включиться холодный разум. Она резко, почти врезаясь в него плечом, шагнула вперёд и с силой схватила его за руку выше запястья.
— Где ты взял это?!
Она впилась взглядом в браслет, в до боли знакомые линии, в тот самый металл, которого не должно было существовать в этом мире. Её пальцы предательски дрожали. Эти самые руки, что столько раз держали клинок, не ведая пощады, внезапно стали чужими, беспомощными и хрупкими. На его запястье висел браслет из тёмной, состаренной кожи. Гладкая поверхность поблёскивала, и на ней ясно проступал изящный символ: птица с расправленными крыльями, застывшая в тот самый миг, когда она вот-вот оторвётся от земли и устремится в небо. Девушка медленно провела по нему подушечкой пальца. Холод металла обжёг кожу, и вместе с этим жжением вспыхнули давно похороненные воспоминания.
Вейт стоял, не двигаясь. Ноги приросли к каменному полу. Он ощущал лишь ледяную, стальную хватку её пальцев. Пальцы принцессы безжалостно впились в его запястье. Она медленно, с неумолимой настойчивостью, перевернула браслет. На внутренней стороне, среди тонкой, почти ювелирной вязи выцарапанных линий, отчётливо чернели две буквы: Андрэ.