Страница 129 из 195
Талли почувствовала, как ледяная волна прокатилась по её спине. В горле застрял ком, а пальцы вдруг стали холодными и нечувствительными.
«Что... я наделала?»
Она бросилась вперед, руки сами потянулись к подруге, пальцы впились в тонкие плечи Мелиссы с такой силой, что та слегка качнулась.
— Мелл… — голос сорвался в шёпот. — Мелисса, ты слышишь меня?
Никакого ответа, она даже не шелохнулась. Девушка встряхнула её ещё раз, сначала осторожно, потом сильнее. Паника в груди нарастала. И вдруг подруга моргнула. Алый взгляд метнулся в её сторону, в нём что-то дрогнуло. Она резко отшатнулась назад, шумно втянула носом воздух. Позади послышались быстрые шаги, и уже через секунду к ним подбежали остальные. Мелисса моргнула, пытаясь стряхнуть с ресниц тьму, которая до сих пор шевелилась внутри. Она не уходила, затаилась где-то под сердцем, настороженно наблюдая.
Бернар одним резким движением оказался рядом. Он не сказал ни слова, просто шагнул вперёд и с силой обнял Талли. Он прижимал её к себе, сжимал так крепко, что где-то в рёбрах кольнуло, но она не сопротивлялась. Через тонкую, пропитанную потом и пылью ткань его рубахи девушка чувствовала, как бешено колотится его сердце. Оно стучало почти в унисон с её собственным. Руки юноши дрожали, и голос тоже, когда он наконец заговорил:
— Ты нас до смерти напугала, Талли.
Она уткнулась лицом в его плечо. Закрыла глаза, вдыхая знакомый, почти родной запах. Дрожь в ногах начала стихать. Однако внутри, где-то глубоко, всё ещё пульсировало что-то тёмное, оно не ушло, просто затаилось.
МЕЛИССА
Девушка сжала трясущиеся пальцы в кулаки, так сильно, что ногти впились в кожу ладоней. Тьма не ушла, не отпустила, крутилась под кожей. Она сделала шаг в сторону, потом ещё один, ноги подкашивались. Резко зажмурилась, стиснула зубы до хруста, чувствуя, как липкая волна тошноты подкатывает к горлу, и вдруг согнулась пополам, судорожно сглотнув горечь.
— Мелисса! — Адриан подскочил к ней. Его ладони легли на её плечи. Он подался вперёд, заглядывая ей в лицо. Увидел на губах алую полоску и, не раздумывая, стёр кровь большим пальцем. — Ты в порядке?
Она с трудом кивнула. Её руки непроизвольно сжались на животе, пытаясь удержать внутри то, что рвалось наружу. В глазах всё плыло, в висках стучало.
— Не совсем… — прохрипела она сквозь зубы. — Но я держусь.
Талли, прячась за широкой спиной Бернара, краем глаза скользнула по сторонам, и наткнулась взглядом на Брайана. Он стоял чуть поодаль, почти в тени. Тёмные брови сошлись к переносице, а на лбу пролегли глубокие складки. Он даже не попытался встретиться с ней взглядом. Зелёные глаза искали что угодно, кроме неё: рассматривали пол, стену, сломанный светильник в углу, тёмную трещину на потолке.
«Почему он так себя ведёт?»
Тревога подкралась незаметно. Она внезапно поняла, что кулаки сжались непроизвольно. Бернар резко отстранился, вспоминая. Сделал шаг назад, отпуская её, и коротко глянул на остальных.
— Рад, что мы… разобрались, — сказал он, потирая висок. — Но меня не отпускает одна деталь. Он говорил что-то про время. Про какое?
— Время?.. — Талли нахмурилась. Память подводила. Мозг крутил обрывки: чьи-то голоса, тревожные взгляды, какой-то гул…
«Время.»
— Я помню… — прошептала она, глядя сквозь него. — Они всё время смотрели на часы. Постоянно, как будто… что-то ждали.
И тут же, словно изнутри кто-то ударил, в висках вспыхнула острая, пульсирующая боль. Девушка судорожно вдохнула и сжалась, обеими руками схватившись за голову.
— Кх… Шум… — простонала она, голос дрогнул. — Как же громко…
Бернар моментально оказался рядом. Поддержал её под локоть, взгляд напряжённый, обеспокоенный.
— Шум? Какой шум, Талли? Что ты слышишь?
Но она едва могла выговорить, звенящий гул в ушах перекрывал всё, будто внутри черепа кто-то завёл сломанный механизм.
Щёлк.
Тик.
Тик.
Громче.
— Нам срочно нужно уходить! — Тревожный крик Брайана раздался неожиданно, заставляя всех вздрогнуть.
Он слышал эти звуки раньше: глухие удары, нарастающее эхо, будто само пространство готовилось рухнуть.
«Артефакты начали детонацию.»
Бах!
Где-то внизу, глубоко под ногами, раздался первый взрыв. Пол дрогнул под ногами, стены содрогнулись, и с потолка посыпалась мелкая известковая крошка.
— Быстро! Уходим!
Брайан сорвался с места. Его рука инстинктивно схватилась за рукоять меча, будто сталь могла защитить от взрывной волны. Он резко обернулся, глаза метнулись к Талли.
— Талли!
Она стояла, не двинувшись.
— Талли, пошевелись! — его голос сорвался на крик.
Бах!
Второй взрыв — уже не внизу, а где-то рядом, за стеной. На долю секунды всё вокруг озарил белый свет, режущий глаза. А затем — грохот. Горячий воздух ударил в лицо, заставив кожу обжечься. Потолок взвизгнул, треща от напряжения. Сверху обрушились обломки — осколки камня, пыль, древние плиты, потерявшие опору. Талли инстинктивно шагнула назад, но было уже поздно.
— Ааах!
Её отбросило в сторону. Спина врезалась в острый выступ каменной стены, и боль пронзила тело — от поясницы до самых плеч. Зрение помутнело, в ушах звенело. В нос ударил едкий запах гари.
Гул. Рёв. Пламя.
Всё слилось в один нескончаемый кошмар. Стены дрожали, готовые вот-вот рухнуть, пол норовил выскользнуть из-под ног. Над головой хрустнул камень. С глухим треском от потолка оторвался кусок арочного свода — массивная глыба, вращаясь в воздухе, рухнула всего в шаге от Бернара. В лицо ударила горячая пыль. Он резко развернулся, прикрываясь рукой — серо-белые облака оседали на щеках, смешиваясь с потом. Грудь тяжело вздымалась.
— Чёрт! — рык вырвался из его горла, полный ярости и бессилия.
Взрывы сливались в одну безумную, оглушительную симфонию разрушения. Коридоры, ещё минуту назад бывшие путями к спасению, теперь превращались в смертельные ловушки — магические артефакты срабатывали один за другим. Каменные стены рушились, трещали по швам. Потолок проседал с жутким скрипом. Под ногами ходили ходуном целые плиты.
Бернар попытался удержаться на ногах, но новый, мощный толчок ударил его в спину, сбивая с ног. Он с силой грохнулся на каменный пол. Под ладонью острый осколок булыжника впился в кожу, вызывая острую, жгучую боль. Он резко, со свистом втянул воздух сквозь сжатые зубы.
— Бернар, берегись! — донёсся до него испуганный крик Талли.
Он резко поднял голову и увидел, как прямо на него, покачиваясь, обрушивается гигантская статуя из чёрного, отполированного до блеска обсидиана — изображение древнего зверя хаоса, застывшее в вечном, агрессивном прыжке, с пастью, распахнутой в беззвучном, но оттого не менее страшном, рёве.
Грохот был оглушительным.
Обсидиановый монстр рухнул, разлетаясь на тысячи острых осколков. Каменные фрагменты взметнулись в воздух, обрушив на всё вокруг град обломков. Один из них, острый и тонкий полоснул по щеке юноши, оставив за собой горячую, пульсирующую линию боли. Тёплая кровь тут же потекла по его лицу, смешиваясь с пылью и потом.
Бах!
Очередной взрыв, более близкий и яростный, разорвал воздух, и весь мир вокруг вздрогнул. Стены содрогнулись до основания, древние каменные блоки с глухим, угрожающим рёвом сорвались с потолка, разбиваясь о плиты пола с оглушительным треском. Пламя, алое, хищное и неумолимое, рвалось по коридорам — оно жадно лизало стены, поглощая всё на своём пути, и каждый вдох теперь обжигал лёгкие едким дымом. И тогда земля дрогнула по-настоящему. Мелкие камешки под ногами запрыгали, словно испуганные мыши.