Страница 43 из 68
На этом грузовом транспорте увидев такое, отвернули вправо, увеличив скорость до возможной. Но Майет в это же самое время резко увеличил скорость до 18 узлов, устремился к последнему охранному кораблю, заходя нанего с кормовой части, открыв огонь из носового 47мм орудия.
Этот винтовой корабль, хоть и считался быстроходным для своего времени, заранее скажу,что он мог, разгоняться до 11 узлов. Но, тем не менее, очень быстро разворачиваться не смог, хотя и попытался это сделать, чтобы была возможность вести огонь сразу двумя бортами по двум противникам. Наши корабли, не просто шли на сближение с ним, увеличив и без того значительную скорость, но и приближались так, чтобы у противника был плохой угол обстрела. К тому моменту наши носовые орудия посылали в винтовой военный корабль снаряд за снарядом. Попадания были и были они, болезненные. Ну, во-первых, и этот хоть и большой по размерам корабль имел корпус из дерева, а значит, пробивался из орудий, установленных на яхтах хорошо, взрываясь внутри помещений. Во-вторых, так уж получилось, что кормовое орудие«Удачной», удачно спервых же выстрелов, попало за кормовую часть корабля, обрушив у того грот-мачту, та упала вдоль левого борта полностью перекрыв артиллерийские порты этого борта.
Я, мгновенно воспользовался предоставленной мне возможностью, дав команду рулевому на максимальной скоростиподойти именно к этому, левому борту. Своего адъютанта отправил к кормовому орудию, приказав стрелять только на поражение в борт, стараясь делать по возможности подводные пробоины.То же самое сделал и Майет, только вдобавок к тому же левому борту, ещё и обрабатывал корму корабля.
На второй минуте я приказал прекратить огонь. Этот военный корабль к тому моменту, имел наклон на левый борт, который со временем, только увеличивался. Машинная команда корабля стравливала давление в паровой машине. Носовые орудия расстреливали борта корабля, ну а что всё в рамках закона, ведь флаг никто не снимал. Да и если честно, этого никто не смог бы сделать, - за этом, особенно следил один из пулемётчиков с яхты «Удачная».
Данный корабль затонул минут через 40. По нему могу сказать следующее, что это, несмотря на свои большие размеры, был винтовой корвет 1 класса «Laplace», введённый в стройбуквально за год до начала войны, в Франкской империи. Он действительно имел водоизмещение 1500 тонн, его размерность была внушительной для этого времени и составляла 62х11х6 метров, его паровая машина выдавала мощность 970 л.с., и была способна разогнать этот корабль, до скорости 11 узлов. Его экипаж состоял из 191 человека, на его вооружении было 6 орудий из них: 2 гладкоствольных гаубицы калибром 223/12 и 4 30-фунтовых орудия. Корпус корвета, как я уже говорил ранее, был из дерева.
Пока мы разбирались с последним военным кораблём охраны конвоя, на транспортах конвоя поняли, чтопотом последует, и потому направили свой ход в разные стороны. Хотя тут без разницы, до непосредственно береговой черты Крымского побережья, оставалось значительное расстояние.
Транспорт, за которым шла наша «Везучая», оказался пассажирским, от нашего приближения на нём не видели ничего хорошего, именно по этому открыли огонь из ружей, выстрелило даже несколько орудий, по всей видимости старых, ещё сделанных из меди. По крайней мере, так сказал мой адъютант мичман барон Долгоруков. А расстояние было около 2- 2,5 кабельтовых, ближе подходить я запретил. С такого расстояния в первую очередь остановили этот транспорт, ведь он был паровым колёсным пароходом. Тут достаточно повредить, непосредственно само колесо парохода, что и сделали мои артиллеристы, какой расчёт попал в него, было по большему счёту без разницы, главное попал. Пароход по инерции крутнулся вокруг своей оси, получил ещё одно попадание теперь уже в другое колесо и встал окончательно. С этого момента, кормовое орудие работало только по корпусу парохода, а носовое по его палубе.
На третьей минуте, я приказал прекратить стрельбу, этот корабль уже тонул, а спасать с него, мы никого не собирались.
После войны выяснилось, что это был пассажирский колёсный пароход «Ganger», зафрактованный в той же Франкской империи именно для перевозок военных. Приблизительное количество цивильных, которое он мог перевозить это 750 человек, но так как тут перевозились турки,скорее всего их туда впихнули и 1000.
- Дадим им шанс, доплыть до берега, как вы считаете, Александр Юрьевич, это правильно? - спросил я у своего адъютанта, приказав рулевому идти наперехват последнего грузового корабля конвоя.
- Ну, у вас и юмор, Сергей Сергеевич, - только и нашёлся, что сказать на вопрос, мой адъютант мичман барон Долгоруков, покачав головой.
Тут мне не ум пришла поговорка из моей предыдущей жизни, её я и произнёс, - спасение утопающих, дело рук самих утопающих.
А вот с последним транспортом дело обстояло просто замечательно. Его экипаж, поняв, что им не уйти от нас, а других кораблей на горизонте не видно. Принял самое простое и в тоже время верное, мудрое решение, - они просто остановили свой корабль, а сами загрузились в две шлюпки и уже на них, пошли в сторону виднеющегося берега. Капитан этого судна видать был умным человеком, коль додумался до такого, что наше внимание в первую очередь, будет направлено на грузовой транспорт, а такая мелочь, как две небольшие шлюпки, даже внимания не стоит. Ну, в принципе, он угадал, меня больше всего интересовал сам корабль, а не его экипаж, пусть плывут куда хотят.
Добавлю лишь то, что, уже разбирая бумаги, которые нашли в капитанской каюте, и прочтя их с помощью одного из матросов яхты, который немного знал турецкий, мы узнали, что это был чисто турецкий пароход с названием «Sudover», который до военных действий, совершал регулярные рейсы в Марсель.
Примерно, в то же самое время, закончил со своим кораблём и капитан 2-го ранга Майет, и поспешил к последнему кораблю, к тому моменту стоящему неподвижно.
Но действовали мы, по отношению к этому кораблю всё же с большой осторожностью высадив поочерёдно с каждой яхты по партии досмотра, яхты отходили от корабля. Через некоторое время после осмотра яхты опять подошли к борту, чтобы забрать назад своих матросов. На походе к нам была наша яхта «Стремительная», на её борту находились 10 человек резерва, а так же по моему распоряжению на турецкий грузовой корабль, перешли и часть её экипажа.
- Двадцати человек вполне хватит, чтобы привести его в порт «Южный», - пояснил я свои действия, своему адъютанту, старшим на корабле, пока побудет ваш друг с «Удачной» мичман Разгулов. Сам я, в это время по быстрому просматривал бумаги, что передали с турецкого корабля, но так ничего и не поняв, убрал их в объёмную сумку, в которой мне их и принесли, приказал палубному матросу отнести их в мою каюту, туда уже потащили и денежный ящик корабля. А вот боцман, бывший на корабле, рассказал, что основной груз этого транспорта – продовольствие, вино, сушенные фрукты, и много товаров, мелкими партиями, которые необходимы для жизни в походных условиях.
По всем параметрам этот грузовой корабль пойдёт только на продажу, ну а как же тоннажем небольшим, размерность примерно 49х8х3, паровая машина слабая, корабль больше 8 узлов не выдаст, корпус деревянный, экипаж для нормальной работы человек 20, не больше. Ну и на последок, годков ему с десяток не меньше, так что только продажа. Главное до порта довести, а там дед разберётся, и груз пристроит и сам корабль тоже. А вот до самого побережья этому пароходу плыть да плыть, абы к утру был. Да собственно говоря, спешить нам не куда.
То, что мы будем таким ходом, только у утру подтвердил и Александр Юрьевич, прикинув к тому жепо карте.