Неправильное сердце

Я смотрю на нее сквозь слезы, мое сердце разрывается на две части.

Я чувствую гнев. Предательство.

Я чувствую сострадание. Понимание.

Бри видит мою борьбу, поэтому она подходит ближе, прижимается ко мне. Беря мои руки в свои, она нежно сжимает их, и в ее прикосновении я чувствую безмолвную просьбу. «Мелоди, послушай меня. Если тебе нужно кого-то винить, вини меня. Не вини Паркера. Я беру на себя всю ответственность».

Горькая боль снова поднимается в горле. «Он знал правду уже несколько месяцев и не сказал мне», — выпаливаю я, вырывая руки. «Я могла бы пережить это, если бы он был со мной честен, но теперь...»

Она глубоко вздыхает и закрывает глаза. «Я не знала. Я не знала, что ты — та женщина, к которой он испытывает чувства», — объясняет она. «Я думала, что из этого ничего не вышло. Я несколько раз пыталась связаться с тобой в том месяце, но Паркер сказал, что ты так и не ответила».

«Мне понадобились месяцы, чтобы наконец решиться. Я не знала, что сказать».

«Боже...» Бри прижимает пальцы к вискам, отступая назад, ее лицо полно муки. «Мне так жаль, Мелоди. Я не хотела усугублять твою боль. И несмотря на все недостатки Паркера, он не злой человек... Я уверена, он боялся тебе сказать».

Я качаю головой. «Это не оправдывает его».

«Нет, но это делает его человеком». Она снова подходит ко мне и берет меня за плечи, сжимая их напряженными пальцами. «Паркер никогда раньше не испытывал таких чувств. Никто не был похож на тебя. И я не пытаюсь оправдать его, обещаю, я просто пытаюсь нарисовать картину, чтобы ты могла посмотреть на вещи с другой точки зрения». Бри проводит большим пальцем по моей ключице, ее медно-карие глаза блестят от слез. «Мой брат прошел через ад. Он пережил самое страшное в жизни, действительно, и я сделала все, что в моих силах, чтобы он не утонул. И, может быть, я поддерживала его все эти годы, но именно ты наконец научила его плавать. Я видела, как ты изменила его. Я видела в его глазах свет, которого раньше никогда не было».

Горло сжимает чувство, и меня переполняют противоречивые эмоции. В моей голове всплывает отчаянная, искренняя просьба Паркера о прощении, которая глубоко задевает меня, и я не знаю, что мне делать. Моя душа чувствует себя обманутой, но мое сердце все еще бьется от тоски и сочувствия.

Теперь я понимаю, почему Паркер не хотел, чтобы я призналась ему в любви прошлой ночью.

Он не хотел завладеть такой дорогой вещью под ложным предлогом.

«Я чертовски люблю тебя. Просто... знай это».

Слезы жгут мои глаза, пока я не могу больше их сдерживать. Они стекают по моему лицу, одна за другой, усугубляя мою растущую бурю смешанных эмоций.

Бри снимает слезы с моих скул, на ее губах появляется торжественная улыбка. Она продолжает. «Ты особенная, Мелоди. Ты особенная для него. И, может быть, я немного предвзята, но Паркер тоже особенный, и, может быть... может быть, все сложилось именно так, как и должно было».

Я поднимаю глаза на нее, и во мне поднимается новая волна злости. Я принимаю ее слова близко к сердцу, возможно, больше, чем следовало бы, но мой разум закручивается, а чувства бушуют. Я цепляюсь за то, что могу. «Предначертано?» — повторяю я, отталкивая ее руки, и в моем голосе слышится тихое возмущение. «Смерть моего мужа, этот обманчивый план сватовства для твоего брата, игра с моими чувствами, когда я была наиболее уязвима, — все это было... предначертано?»

Бри качает головой из стороны в сторону, ее глаза расширяются, ресницы трепещут. «Нет, Боже... я не это имела в виду. Я не пытаюсь преуменьшить все это. Я просто пытаюсь найти в этом всем хорошее».

«Ложь и нарушенное доверие не приносят ничего хорошего».

Она кивает, впитывая мою правду. «Нет, ты права. Мне так жаль, что я все это затеяла».

Я делаю неровный вдох, слезы все еще льются ручьем. Все еще слишком свежо, мои эмоции на поверхности и обострены. Мне нужно время, пространство. Мне нужно успокоиться и посмотреть на все это рационально. «Мне... мне нужно идти», — шепчу я, обходя ее и направляясь к двери.

«Мелоди... пожалуйста».

Я замираю, рука сжимает дверную ручку.

Голос Бри дрожит, когда она умоляет: «Пожалуйста, прости его. Он любит тебя».

Ее последнее прошение достигает моей спины, когда раздается душераздирающий крик, и я выбегаю из офиса.

Он любит меня.

Паркер любит меня.

И я думаю, именно поэтому это так больно.