Неправильное сердце

«Это было как завершение», — говорю я ему, объясняя это единственным понятным способом. «Это было как вершина. Как будто все в твоей жизни замкнулось в круг, и этот человек — кульминация всех мечтаний, всех мольб, всех желаний, загаданных на одуванчике.

«И когда твои мечты рассыпаются, а желания разлетаются, трудно найти радость в чем-либо еще. Как можно снова обрести полноту, когда тебе не хватает самой важной части?» Я вздыхаю и наблюдаю за эмоциями, отражающимися на его лице, меланхоличным отблеском, окрашивающим его черты. «Я должна верить, что в этом путешествии — новом путешествии — все еще есть радость, и что жизнь — это не только завершенная головоломка. Столько же удовлетворения можно получить от самого процесса ее сборки».

Глаза Паркера дергаются, его взгляд опускается на мокрый песок, и когда он наконец снова смотрит на меня, я улыбаюсь.

Я улыбаюсь широко, я улыбаюсь гордо, я улыбаюсь сквозь слезы — потому что в этом и есть весь смысл.

«Пора танцевать», — объявляю я.

Я вскрикиваю, когда прыгаю в озеро, мои ноги обдаёт ледяная вода, и с каждым шагом мои страхи уносятся прочь.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Паркера. Он стоит на берегу и смотрит, как я погружаюсь в воду, пока она не доходит до моей талии. Я брызгаю руками, морозные капли падают на мои волосы, вырывая из меня еще один визг, и я кружусь в неуверенных кругах, мои пальцы ног погружаются в мутное дно.

Еще больше смеха, еще больше освобождения, еще больше танцев.

Я прыгаю, скачу, двигаюсь и кружусь. Моя блузка прилипает ко мне, концы моих волос скользят по озеру, разбрызгивая воду и создавая туман при каждом неэлегантном вращении. Я избавляюсь от своей болезни, изгоняю своих демонов, закрыв глаза и чувствуя, как мое сердце бьется очищающим ритмом... Я лечу свободно.

Я плаваю.

Я собираюсь нырнуть, полностью погрузиться в темную воду, когда делаю последний поворот и...

Он там.

Мое тело сталкивается с его твердым телом, мои ладони прижимаются к его груди, и я испуганно вдыхаю воздух.

Паркер хватает меня за руки, чтобы удержать, его глаза блестят чем-то новым. Чем-то неизведанным — чем-то, предназначенным только для меня.

«Ты пришел», — шепчу я, широко раскрыв глаза и завороженная.

Его руки скользят по моим рукам, останавливаясь на локтях. «Я уже жалею об этом. Мокрые джинсы — это кошмар».

Моя улыбка становится ярче, и я не могу сдержать безумный смех.

Он здесь. Он в воде со мной.

Ради меня.

В этом есть что-то магически непостижимое.

«Потанцуй со мной», — призываю я его, хватая его мокрые руки и держа их в своих. Я раскачиваю его руки из стороны в сторону, двигаясь в нелепой серии движений, которые совсем не похожи на танец. Но это радостно, приятно и весело, и на мгновение я снова чувствую себя полноценной.

Паркер не делает никаких попыток двигаться вместе со мной, но и не сопротивляется моим попыткам. Он просто стоит, качая головой, смотрит через мое плечо и позволяет мне превратить его в своего неподвижного партнера по танцу.

А потом я начинаю петь.

«Don't Stop Believing».

Потому что ужасный танец на озере, очевидно, требует отвратительного караоке-исполнения величайшего хита Journey.

Я пою не в тон, задыхаясь, все еще раскачивая руки Паркера без всякой координации и случайно брызгая ему в лицо.

Он смотрит на меня, как будто я сошла с ума, и, может быть, я и сошла, может быть, я действительно сошла, но когда я заставляю себя сделать самый неловкий поворот в жизни, опускаясь под его руку, которую я держу высоко над головой, происходит невообразимое.

Я завершаю свой поворот, едва не теряя равновесия, и поворачиваюсь к Паркеру как раз в тот момент, когда он начинает улыбаться.

Он улыбается.

Его улыбка сопровождается веселым взрывом смеха, и я замираю, цепляясь за его руку. «О, Боже мой».

«Я точно так же думаю», — бормочет он дразняще, смотря на меня глазами цвета мяты и хаоса.

Или магии. Может быть, это магия.

Набросившись на него, я чуть не опрокинула нас обоих в воду, обхватив его шею руками и притянув к себе, шепча ему на ухо. «Ты улыбнулся... ты улыбнулся, Паркер».

Его тело напряглось в моих объятиях, его руки безжизненно висели по бокам. Вода щекочет мою талию, когда я пытаюсь встать на цыпочки и обнять его крепче, мои губы слегка касаются маленьких капель воды, скатывающихся по изгибу его шеи. Я вдыхаю дрожащий воздух, мои пальцы сжимают его затылок, играя с влажными волосами.

Его слова в моей ванной комнате проносятся в моей памяти:

«Улыбки следует сохранять для вещей, которые приносят нам настоящую радость.»

Я принесла ему настоящую радость. Я.

Ведя себя как дура в мутном озере, поя фальшиво и танцуя, как будто никто не смотрит.

Но он смотрел. И это заставило его улыбнуться.

Я крепче обнимаю его и не могу удержаться, чтобы не поцеловать его в шею, уткнувшись носом в блестящую кожу над его воротником.

Дыхание Паркера меняется с медленного и ровного на неровное. «Что ты делаешь?» — бормочет он, и я думаю, что это должно быть вопросом, явным требованием, но это звучит скорее как шепот — что-то невольно уязвимое.

Я опускаю руки, проводя пальцами по его торсу, чувствуя, как он дрожит, а затем беру его руки. Руки сжаты так крепко, что у него, наверное, болят конечности.

Обхватив его кулаки ладонями, я поднимаю их к своим бедрам, затаскиваю под мокрую блузку, пока его пальцы не разгибаются и не обхватывают мою талию. Сначала он сжимает меня сильно, его напряжение ощутимо, и я с легким стоном наклоняюсь к нему. Затем его хватка ослабевает, и я поднимаю его руки выше, над моими ребрами, пока его пальцы не касаются косточек моего бюстгальтера. Вода вокруг нас рябит, когда он резко вдыхает. «Скажи мне, что ты чувствуешь», — говорю я дрожащим голосом, колени у меня подкашиваются.

Руки Паркера скользят по моей гладкой коже, обводя контуры моих изгибов, затем он хватает меня за бедра и притягивает к себе. «Ты говоришь так, как будто я знаю, как это делать».

Мой вздох встречается с его грудью. «Ты знаешь».

«Я никогда не буду чувствовать то, что чувствуешь ты, Мелоди. Я не устроен так».

«Ты улыбнулся», напоминаю я ему. «Ты смеялся».

Его пальцы впиваются в мои бедра, лоб опускается на макушку моей головы. Воздух вокруг нас трещит и мерцает от возможностей, когда он с приглушенным стоном тянет руки обратно по моему телу. Я шатаюсь и качаюсь, теряя равновесие из-за грязи под ногами и мужчины, который прикасается ко мне так, как никто другой, кроме Чарли, никогда не прикасался ко мне раньше.

Паркер тяжело выдыхает в мои волосы. «Это не закончится хорошо».

Он поднимает руки выше, пока не обхватывает мои груди через кружево бюстгальтера, и волна раскаленной жары проносится по мне, возбуждение пульсирует в моем центре. Я по пояс в ледяной воде, но мне кажется, что я стою в печи для сжигания отходов. «Паркер...»

«Черт», — прошипел он, проводя большими пальцами по моим упругим и твердым соскам, покрытым кружевом. «Ты меня с ума сводишь».

Я выгнулась назад, сжимая его промокшую рубашку кулаками, чтобы удержаться. «Паркер», — повторила я, постанывая от боли, его бедро оказалось прямо между моими ногами. «Поцелуй меня».