Страница 33 из 114
Он не замечает моих шрамов.
Потом я ругаю себя за то, что он всего лишь тупая собака, которая не знает, что такое шрамы, и, кроме того, он, вероятно, слепнет, так что мои мысли действительно чертовски глупы.
Покачав головой, я беру случайный банан, лежащий на пуфике, и очищаю его, раздумывая, хочу ли я сразу лечь в постель или пойти подрочить в душе, потому что мой член все еще не успокаивается и бесит меня. Но я думаю, что решение этой проблемы еще больше разозлит меня, поскольку я точно знаю, что ее вызвало.
И к черту это.
К черту давать еще больше поводов для этой абсурдности.
Эта случайность.
Я съедаю банан за три укуса и бросаю взгляд на свой ноутбук, прежде чем направиться в коридор. Мой незаконченный ответ Магнолии смотрит на меня с экрана, и я колеблюсь, наконец вздыхая, когда делаю остановку у кресла на колесиках и собираюсь с мыслями.
Слова появляются в маленьком окне Hangouts, когда мои пальцы набирают текст, но я удаляю их как минимум пять раз, прежде чем останавливаюсь на чем-то. Когда я перечитываю свой ответ, Уолден ложится рядом со мной с небольшим ворчанием, давая понять о своем присутствии, и я вынужден дважды посмотреть на него, потому что он всегда возвращается на свою собачью кровать после того, как поздоровается со мной. Он кладет подбородок на лапы и смотрит на меня только глазами.
Я не улыбаюсь, хотя эта мысль и приходит мне в голову, но я смягчаю свой взгляд.
Я вижу тебя, старый пес.
Затем я нажимаю «отправить».
Я: Ты спросила о моем сердце, так что вот мой ответ... это сердце — бремя. Оно — обман. Большую часть времени я злюсь на него и жалею, что оно не досталось лучшему человеку. Более достойному человеку. И я знаю, что это звучит ужасно, потому что твой муж умер, а я здесь жалуюсь на свое здоровое, бьющееся сердце. Это нечестно. Но это правда, и я никогда не буду тебе лгать.
Прежде чем встать с кресла и пойти в ванную, потому что я все-таки решил принять душ, я добавляю еще одну вещь:
Я: Если только речь не идет о Сырном забеге. Этого никогда не было.