Неправильное сердце

Наши глаза сливаются в мощном ударе сердца, последние несколько часов кружатся вокруг нас с электризующей энергией.

Близкая смерть.

Новая жизнь.

И тогда я скольжу на него с хриплым криком, впиваясь ногтями в его плечи.

Паркер опускает лицо между моих грудей, сдерживая стон удовольствия. Сильные руки обхватывают меня, обнимая за спину, прижимая к нему. Мы не двигаемся сразу.

Мы просто чувствуем.

Когда мои бедра начинают инстинктивно раскачиваться, принимая его медленно и глубоко, Паркер сжимает меня сильнее, его руки скользят по моей спине и притягивают меня ближе, пока наши губы не встречаются.

Кожа к коже, мое тело гудит от восстановления. Его язык проникает между моих губ, как огонь, пронзающий меня, мое сердце учащается, пульс замирает. Я двигаюсь на нем быстрее, сильнее, мы оба стонем при каждом столкновении.

Он жив.

Я жива.

Мы живем, дышим, трахаемся, любим, развиваемся. Наша кровь бурлит. Наши вены пульсируют и гудят. Наша кожа потеет, а наши конечности сцепляются.

Моя матка поет от жизни.

Одна только эта мысль зажигает мое сердце. Я в лихорадке и в порыве страсти, поднимаюсь и опускаюсь на него в отчаянном темпе, нападаю на его рот, а руками хватаюсь за его волосы, чтобы удержаться.

Паркер оттягивает мою голову назад, почти теряя равновесие. «Боже, черт, если ты будешь так на мне скакать, я, блядь, сойду с ума».

Я снова целую его, не замедляя темпа, кусая его губу зубами. «Я хочу, чтобы ты сошел с ума. Потеряй себя во мне».

Покажи мне, как ты жив.

«Ты хочешь, чтобы я потерял контроль? Ты хочешь, чтобы я кончил через две секунды?»

«Да».

Наши тазы сталкиваются, и я снова кусаю его губу, прижимаясь к его паху. Мое тело зажигается предвкушением освобождения.

«Блядь, Мелоди...» Паркер сжимает мою шею в карательной хватке, наши зубы стучат друг о друга, когда он шипит: «Ты кончишь вместе со мной».

Его другая рука скользит между нами, лаская меня, пока эти искры не разгораются в огонь, и я не воспламеняюсь. Паркер врывается в меня с яростными толчками, раскрываясь в тот момент, когда я дрожу в его объятиях, и вокруг меня нет ничего, кроме динамита и падающих звезд. Его освобождение проникает в меня, его жизненная сила, и он погружает свой глубокий стон в изгиб моей шеи, обнимая меня крепче, чем когда-либо, пока мы вместе качаемся на волнах.

Я обмякаю в его объятиях, и мы оба падаем на изголовье кровати с тяжелым вздохом. Паркер нежно гладит меня по спине, его сердце бьется быстро и яростно в моем, наше дыхание неровное, но идеально синхронное.

Улыбка овладевает мной, и я чувствую, как уплываю, лежа на нем, наши тела все еще соединенные. Но когда мягкий, туманный свет проникает сквозь занавески, первые признаки рассвета, меня охватывает другое неотъемлемое желание. Я поднимаю щеку с его груди. «Паркер?»

Его усталость очевидна, но он выдавливает из себя мягкое «Хм?».

«Я знаю, что ты устал, но я хочу сделать еще одну вещь, прежде чем мы ляжем спать».

Длинные ресницы затрепетали, когда он открыл глаза, а затем он наклонился и сжал мою задницу. «Ммм, ты ненасытная».

«Не то», — улыбнулась я, отстраняясь от него и беря его за руку. «Пойдем со мной».

Мы уделяем минутку, чтобы освежиться и найти свою одежду, а затем я веду его через его дом, Уолден следует за нами, пока мы не оказываемся на крыльце, глядя на расцветающий горизонт.

Это праздник.

Новый день. Новое начало.

Новая жизнь.

В то утро мы вместе смотрим на восход солнца, бок о бок, рука об руку, а Уолден уютно устроился у наших ног. И когда яркие цвета окрашивают небо, покрывая верхушки деревьев пурпуром и золотом, я думаю, что мы наконец видим одно и то же.

Надежду.