Страница 103 из 114
Тепло излучают ее бронзовые глаза, когда она протягивает руку и нежно кладет ладонь мне на плечо. Это интимный жест, выходящий за рамки того, что сделал бы обычный врач.
Но я полагаю, что я не обычный пациент.
Облизывая потрескавшиеся губы, я чувствую, как моя нижняя губа начинает дрожать. «Паркер… с ним все в порядке?»
Она быстро кивает. «С ним все будет хорошо. Я буду следить за ним на предмет каких-либо долгосрочных побочных эффектов и следить за признаками легочной инфекции, но он ведет себя как обычно — упрямо». Улыбка Бри расцветает на ее слезных глазах. «Он не перестает спрашивать о тебе . Он так волнуется».
Мое сердце забивается чаще. «Я могу его увидеть?»
Он мне нужен. Мне нужно обнять его, почувствовать его тело, его бьющееся сердце.
«Скоро», — отвечает она. «Я сейчас подпишу документы на его выписку, и тогда вы сможете уйти. Но сначала...» Бри прикусывает губу, сильнее сжимая мою руку. Она замирает, делая длинный, неровный вдох. «Мне нужно обсудить с тобой некоторые результаты. Мы сделали анализ крови, когда тебя привезли».
Я замираю, мои мышцы напрягаются. Нервы пронзают меня, вызывая еще большее тошноту.
О, Боже... я умираю?
Мой разум наводняют самые худшие сценарии: опухоли мозга, рак, раковые опухоли мозга.
Желчь поднимается мне в горло.
Бри садится на мою кровать, ее глаза блестят слезами, она обнимает меня, а ее невысказанные слова обвивают меня, как змея.
Нет, пожалуйста.
Я не готова!
Я почти вижу, как священник проталкивается через занавеску, как начинается шквал скорби и последних обрядов.
«Ты беременна, Мелоди».
Нет! Опухоль мозга!
Подожди.
Ее слова проникают сквозь туман страха, и я постепенно начинаю осознавать, что она на самом деле сказала. По моим рукам бегут мурашки, а сердце стучит ошеломленно. В горле застрял резкий вздох. Голова кружится. Конечности начинают дрожать.
Я беременна.
Я беременна.
Наши слезы текут одновременно, и Бри издает задыхающийся, плачущий смех. «Поздравляю».
Я поднимаю руку, чтобы прикрыть рот. Рыдание, полное в равной степени радости и недоверия, заглушается моей ладонью, и я закрываю глаза, чтобы осознать эту неожиданную новость. «На каком... на каком сроке я?»
Бри проводит двумя пальцами под глазами, смахнув слезы. «Судя по уровню ХГЧ, ты, скорее всего, на шестой-восьмой неделе. Нам нужно назначить УЗИ, чтобы убедиться».
Эмоции пронзают меня, выбивая воздух из легких.
Таблетка для экстренной контрацепции, должно быть, не подействовала.
Я была беременна все это время.
Сдерживая недоверчивый крик, я спрашиваю вслух: «Паркер знает?»
Она качает головой, ее темные локоны танцуют на макушке, а затем она ласково гладит меня по руке. «Это тебе решать, Мелоди. Хотя я бы отдала все, чтобы увидеть его лицо, когда ты сообщишь ему новость». Бри сдерживает свои восторженные эмоции и глубоко вздыхает. «Боже, мой младший брат станет отцом...»
Ее любовь к Паркеру излучается из нее, пьянящая и сильная. Она на мгновение отвлекается, в ее глазах отражаются годы воспоминаний — боль, радость, родство. Я вижу ее облегчение, ее гордость, и мне интересно, через какие испытания они прошли вместе. Я хочу услышать их истории, пережить их дружбу и связь. Я жажду узнать все.
Волна прощения и понимания наполняет меня, когда я сжимаю ее руку своей ладонью. Бри — хороший человек. Ее аура чиста и добра, а сердце переполнено сочувствием. Она готова на все ради своего брата.
И тогда я понимаю... если она так же сильно, как и я, хотела увидеть улыбку Паркера, я не могу винить ее за то, что она сделала.
Мы с ней не так уж и отличаемся.
Пока слезы продолжают течь по моим щекам, я мягко сжимаю ее костяшки. «Прости», — шепчу я, тяжело дыша. «Я понимаю, почему ты это сделала».
Ее глаза расширяются до размера медных блюдец, а горло поднимается и опускается, когда она сглатывает. Она кивает сквозь слезы. «Я действительно не хотела тебя обидеть, Мелоди. Пожалуйста, пойми это. Мои намерения были благородными, но теперь я понимаю, что поступила неправильно. Я не имела права вмешиваться».
«Я знаю», — уверяю я ее. «Все в порядке».
На ее губах появляется благодарная улыбка. «Спасибо». Ее взгляд отрывается от меня и останавливается на отбеленных простынях, и она тихо добавляет: «Спасибо за все... за то, что ты сделала для Паркера. Я боялась, что мой брат никогда не найдет счастья и радости и будет видеть в жизни только бремя. Страдание».
Я слушаю ее внимательно, и мое сердце сжимается от боли.
«Его сердце сильное, но ему никогда не было за что бороться», — заканчивает Бри, возвращаясь ко мне и завершая свои слова сияющей улыбкой. Она поднимает руку и кладет ее на покрывало, накрывающее мой живот. «Теперь у него есть все».