Ставка на вылет

Через два дня после выписки я сняла квартиру на другом конце города, собрала все свои вещи, позвонила Мироновой и ушла, пока он был на работе. Виталик еще долго звонил, писал, пытался убедить меня в том, что это все моя блажь на фоне потери ребенка, пытался манипулировать. Только я уже не хотела «счастливой семейной жизни», что он мне сулил, не хотела видеть ни его, ни его мамашу. Он успокоился, лишь когда получил судебное извещение о назначении слушания по расторжению брака. Вот такая счастливая сказка с несчастливым концом. — На этих словах снова потянулась к пачке.

Кирилл забрал из моих рук очередную сигарету, сжимая меня в своих руках сильнее и мягко целуя в висок.

Глава 34

Утром следующего дня мне позвонила риелтор и сообщила, что у нее есть несколько подходящих для меня вариантов квартир. Предупредив Кирилла, поехала смотреть, без особого энтузиазма и надежды, но одна из квартир оказалась практически идеальной и квадраты, и ремонт, и расположение. Основная часть суммы у меня была благодаря тому, что Колесников, перед тем как его арестовали, перевел на мой счет годовую зарплату с хорошим бонусом. Остальное хотела добрать кредитом. Дав добро риелтору на оформление сделки, поехала на Фрунзе.

В конце рабочего дня в кабинет вошел Кирилл.

— Инга Аркадьевна, что это за запросы по банкам на кредит? Мы на грани банкротства и я об этом не знаю?

— Квартиру для мамы нашла.

— И? Ты считаешь, что я не могу оплатить недвижку будущей тещи?

— Я считаю, что квартиру для своей мамы я могу приобрести и сама.

— Так. Отбой по всем банкам сделал. Сделку оплатил. На днях позвонит эта баба из агентства, скажет тебе, когда подъехать подписать все. Давай заканчивай тут, поехали, поужинаем, жрать хочу. — И также невозмутимо поднявшись со своего места, направился к двери.

— Колесников, твою ж мать! — раздраженно зашипела сквозь зубы. — Не надо все решать за меня! Я сама в силах решить свои проблемы.

— Нет больше твоих проблем. Есть наши проблемы, — и вышел из кабинета, не обращая никакого внимания на то, что я закипала, как забытый на плите чайник.

***

В понедельник выписали маму, сбросив деньги Светлане, попросила закупить продукты, одежду для мамы и все необходимые мелочи в квартиру.

— Инга, что я тут буду делать? Дома все-таки было бы мне привычней.

— Все что захочешь, то и делай. Света пока будет с тобой, потом сама решишь, в какие дни тебе будет нужна ее помощь, в клинику буду возить тебя я, если я буду занята, сопроводит Света. Если что-то будет необходимо, не стесняйся, звони, говори. Составь список, что нужно купить, я куплю. Сама не вздумай таскать сумки из магазина. Вторник, среда, пятница у тебя занятия и процедуры в реабилитационном центре. Остальное время можешь гулять, отдыхать, кормить уточек в парке, наслаждаться жизнью.

— А как же моя квартира?

— Хочешь, сдадим, будут тебе деньги ежемесячно за аренду на карту капать, хочешь, продадим, положим в банк, сама реши, — она тяжело вздохнула, взглядом окинув обстановку в квартире. Я понимала, что ей тяжело принять изменения в жизни. Но также понимала, что если она вернется в свой город, то снова будет там одна, ходить на нелюбимую работу, таскать тяжелые сумки из магазина, и если, что-то случиться, ей даже помочь некому будет. — Мам, мне будет спокойней, если ты будешь тут рядом со мной, а не за две сотни километров.

— Я понимаю. Просто все так непривычно. Ни подруг, ни знакомых.

— Тут прямо в доме на первом этаже есть клуб рукоделия, там собираются и женщины, и мужчины всех возрастов, я уверена, что ты быстро найдешь себе компанию.

— Спасибо, дочь. Ты не думай, что я неблагодарная и …

— Мам, ну ты чего? Я все понимаю. Пройдет чуть-чуть времени, и ты сама не захочешь возвращаться в старую квартиру.

— Наверное, ты права, — она наконец-то улыбнулась. А у меня снова задребезжал телефон, извещая о входящем вызове.

— Мам, мне пора возвращаться на работу, но я еще вечером заеду. Хорошо? Света сейчас принесет продукты и приготовит, что-нибудь вам на обед.

— Конечно.

— Вот и замечательно. Обживайтесь.

***

Впервые за все время, просыпаясь утром, я не чувствовала себя как на жерле кипящего вулкана. И даже квартира Колесникова стала для меня уютным островком спокойствия. За многие годы я уже отвыкла от подобного, да и были ли это подобное вообще когда-то в моей жизни?

Работа над проектом, который всучил Колесников, захватила меня с головой, чему он, наверное, был уже и не рад, так как вытащить меня из рабочего процесса было практически невозможно. В помощники себе попросила назначить Алексея, из всей троицы с ним у меня получилось сработаться лучше всего. Юрий и Степан все так же оставались на подхвате, но больше занимались вопросами Кирилла.

«В два на Разина. КК собирает планерку» высветилось сообщение от всадника. Мысленно поставила себе галочку об этом не забыть и, поднявшись с кровати, поплелась в душ. Колесников в отличие от меня все еще жил в режиме нон-стоп, хотя я начинала подозревать, что это его привычное состояние. Вставал он часов в шесть и ложился за полночь, дергали его все, начиная от собственных сотрудников, заканчивая администрацией города, в которой после случившихся событий вдруг обеспокоились состоянием дел у местного бизнеса. То ли умаслить хотели, то ли жопу прикрыть, а может, и то и другое, я в этот террариум влезать не хотела, поэтому держалась подальше, занимаясь лишь своими вопросами. Как говорится, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось и других в места, не столь отдаленные не сажало.

Кофе, быстрый завтрак, сборы. И через полчаса я уже была на Фрунзе. Закрыв пару рабочих вопросов и раскидав текучку, отправилась на Разина. Стоило войти в кабинет, как меня тут же накрыло привычной давящей атмосферой, которую излучал Колесников, особенно когда был не в настроении, а сегодня, судя по лицам присутствующих, был именно тот случай. Злобный ирод Кирилл Константинович вызывал зубовный скрежет у своих подчиненных и одновременно заставлял скрежетать их мозговые извилины. Услада для моих ушей. Похоже, Колесников плохо на меня влияет, мне начали вкатывать его рабочие БДСМ-практики, а вот судя по тому, как нервно сглатывают и поправляют галстуки, собравшиеся, им такие развлечения не по душе, но кто их спрашивает.

Мой отчет о проделанной работе над проектом заслушивали последним, дождавшись спокойного утвердительного кивка Кирилла, сложила документы. Колесников, отдав последние распоряжения, дал вольную, кабинет опустел, а он сам расслабленно откинулся на спинку кресла. Я, собрав последние бумаги, хотела ему сообщить, что сегодня меня можно домой не ждать, я встречаюсь с Мироновой, а эта история может продлиться до утра. Но тут неожиданно прозвучало:

— Платье выбрала?

— Какое платье?

— В котором замуж выходить будешь.

— Мы еще даже заявление не подавали, — Колесников, глубоко вздохнул, едва не закатив глаза, и поднял на меня тяжелый взгляд. — Свадьба двадцать пятого, поставь напоминание.

— Это же через две недели, — одним предложением он выбил к чертям все мое спокойствие, которым я так наслаждалась первую половину дня.

— Ну, я календарем еще не разучился пользоваться, — вскинул бровь, а в глазах такое выражение, будто он сейчас с полной идиоткой разговаривает. Сделав глубокий вдох, поднялась с места, стараясь вернуть обратно съебавшиеся куда-то самообладание.

— На ужин меня не жди, могу прийти под утро, — вместо озвученного вопроса лишь приподнятая бровь и давящий привычным мраком взгляд. — Платье буду выбирать, с Мироновой и парой бутылок красного.