Недостойная невеста

И необыкновенная магия этого действа вдруг растаяла, а в груди будто что-то засело.

— НУ, я же говорила! — Шарлотта не скрывала своего веселья. — Сегодня король совсем не расположен.

Луиза промолчала.

Наконец, из дворца вышли последние свитные, и толпа пришла в движение.

Получившие приглашение вливались в вереницу сопровождающих Шарлотта ухватила Луиза за руку:

— Умоляю вас об одном: держаться в отдалении и ни в коем случае не попадаться на глаза королю. Смотрите, моя дорогая, это огромная честь, но оставайтесь незаметной. И не отставайте от меня ни на шаг

Луиза замерла

— Почему?

Бодемон фыркнула, словно кошка.

— НУ, что с вами, в конце концов? Его величество — известный ценитель женской красоты. И, случись непоправимое, даже ее светлость будет не в силах вам помочь.

Со всеми своими связями.

— Помочь?

— Если вы оплошаете, — а вы оплошаете, в том никакого сомнения, — ваша придворная карьера будет подобна падению кометы. Вы сгорите. Ярко, но катастрофически быстро. И это в лучшем случае.

— А в худшем?

Та снова фыркнула.

— А в худшем — вас даже не заметят. Вы даже не блеснете — и это окажется совсем печально. И навечно вернетесь в свой… — она помедлила, вспоминая, —Рошар.

Луиза нервно сглотнула:

— Но ведь говорили, что я буду представлена его величеству. Разве теперь это не так?

Шарлотта закатила рыбьи глаза.

— Всему свое время, моя дорогая. Как вы не понимаете? Это двор, а не скобяная лавка. Вы здесь даже не обнюхались. И торопить события — лишь все безвозвратно испортить.

Луиза промолчала, только опустила голову. Что ж, Шарлотта здесь, как рыба в воде.

Кому, как не ей знать все тонкости. Разумнее было прислушаться. Обрисованная перспектива явно не таила ничего хорошего. Впрочем, Луиза к этому и не стремилась. Она покорно кивнула и направилась вслед за Шарлоттой, которая снова отчаянно работала локтями в попытке получить в свите более значимое место — не оказаться самой последней. Но ее окликнули:

— Бодемон, дорогая!

Луиза заозиралась на этот выкрик и, к своему ужасу, увидела пробирающуюся прямо к ним Гортензию де Мальбек. Та улыбалась, демонстрируя все свои зубы Казалось, она была просто счастлива увидеть Шарлотту.

Бодемон же преобразилась на глазах.

— Гортензия, друг мой! — Она вскинула руки, рассмеялась, будто впрямь увидела любимую давнюю подругу, и о чем-то защебетала, углубляясь в толпу.

Луиза осталась у лестницы, в надежде переждать, когда Мальбек уйдет. Тем более теперь, когда все так смеялись над ее выговором. Порцию очередных «дружеских советов» она уже не вынесет. Но, тут же, почувствовала, как ухватили за руку. Луиза резко обернулась и обомлела, увидев Виллара. Он прижал палец к губам и коротко произнес:

— Идемте.

37.

Виллар тут же утянул Луизу в дверь у самой лестницы. Все, как привязанные, вышли за королем, и галерея первого этажа совершенно обезлюдела, будто вымерла. Даже не было ни единого лакея. Луиза едва поспевала за широкими быстрыми шагами герцога, но молчала, торопилась, придерживая юбки. Виллар свернул в полутемный коридор, остановился у стены и что-то тронул на панели тонкими пальцами. Тут же сухо щелкнуло, и приоткрылась низкая скрытая дверца, ведущая в кромешную темноту. Одна из потайных комнат, про которые говорила Шарлотта… Луиза не успела даже охнуть, как Виллар снова схватил ее за руку и утащил во тьму Полоса тусклого света из коридора тут же исчезла, рука на запястье разжалась. И через пару мгновений послышался треск огнива, и запылала подожженная пакля. Виллар зажег толстые свечи в трехрожковом подсвечнике, поднял, чтобы осветить Луизу. Без лишних церемоний кивнул на ее корсаж.

— Как давно вы это носите? В церкви этого не было.

Она замерла, лишь смотрела поверх пламени свечи в его красивое сосредоточенное лицо. Наконец, неосознанно подняла руку, тронула злосчастную брошь. Во рту разом пересохло, мысли спутались. Она никак не могла подсчитать, что ответить.

Виллар поджал губы.

— Не молчите!

Луиза сглотнула, зажала брошь в кулак, будто хотела спрятать. Словно этот жест был способен избавить от всех проблем. Наконец, опустила руку, понимая, насколько это глупо:

— Около месяца. С тех пор, как ее светлость вернулась в столицу.

Было видно даже в этом желтом неровном свете, что Виллар побледнел. Молчал.

Наконец, отставил подсвечник на небольшой круглый столик. Вновь приблизился:

— В этот месяц замечали ли вы за собой что-то необычное?

Луиза похолодела:

— Что именно?

Герцог шумно выдохнул:

— Если бы я знал… Может, недомогание… провалы в памяти… что-то иное?

Луиза сглотнула.

— Почему вы спрашиваете? Что это за брошь?

— Отвечайте же!

Показалось, что он сейчас ее встряхнет. Должна ли она сказать правду? Как понять, что Виллару можно довериться? Луиза медлила, даже не дышала.

Он сверлил пристальным взглядом, будто колол острием клинка. Наконец, сосредоточенно кивнул.

— Вижу, что да. Что это было? Обмороки? Как тогда, у ворот?

Луиза покачала головой.

— Обмороков больше не было.

— Тогда что?

Она опустила голову, не понимая, как именно сформулировать. Наконец,

Пробормотала.

— Я не знаю, что это было… Что-то вроде… дежавю.

— Объяснитесь.

Она замотала головой, закрыла лицо руками:

— Я не знаю! Не знаю!

Виллар подошел совсем близко, навис с высоты своего роста. Шумно выдохнул, отвел ее руку и коснулся подбородка, вынуждая поднять голову:

— Ну же, Луиза!

Она сглотнула, вглядываясь в его лицо.

— В галерее, когда я шла за вами, я будто вернулась назад во времени. На несколько мгновений.

В глазах герцога мелькнуло недоумение:

— Вы пытаетесь меня морочить?

Луиза отчаянно замотала головой.

— Клянусь богом, нет! Вы свернули налево, я дошла до конца галереи. Закрыла глаза, но когда открыла их, стояла уже ровно посередине, и меня окликала мадемуазель де Бодемон. А в прочем… — она вздохнула, — может, все это показалось… Я ни в чем не уверена. Ведь подобное невозможно.

Виллар отстранился. Какое-то время молчал, глядя в сторону. Задумчиво потер гладковыбритый подбородок:

— Значит, вас окликнула Бодемон.

Луиза кивнула.

Виллар поднял голову.

— Ведь эта брошь с вами значительно дольше. Я прав?

Она вновь кивнула.

— И вы наверняка держали ее в руках, примеряли? Тайком от всех.

Луиза от стыда опустила голову.

— И везли в столицу наверняка на себе. Не расставаясь ни днем, ни ночью

Она молчала.

Виллар подошел к столу, вытащил из-за обшлага белый платок и расстелил

— Снимайте своей рукой и кладите сюда.

Луиза вновь зажала брошь в кулаке.

— Зачем? Что вы хотите сделать?

Виллар сверкнул глазами.

— Пытаюсь спасти вас. И искренне надеюсь, что еще не опоздал.

Она все еще не разжимала кулак.

— Вы хотите ее забрать? Но что я скажу мадам?

Виллар покачал головой

— Ровным счетом ничего. — Он сунул руку за полу кафтана, а когда вынул, Луиза с недоумением увидела, как в его пальцах покачивается точно такая же жемчужина на голубой ленте. — Никто не заметит подмены.

Луиза охнула:

— Как вы это сделали?

— Снимайте!

Она дрожащими пальцами отколола жемчужину и положила на ткань. Виллар брезгливо посмотрел, завернул кончик платка, скрывая украшение с глаз. Бесцеремонно развернул Луизу за плечи и приколол подмену. Провел пальцами по шемизетке, будто невзначай коснувшись голой кожи. Словно любовался. И стало совершенно неловко. Здесь, в темноте, в скрытой комнате.