Страница 53 из 61
— Ну да. И потому мы доверяем её лечение непонятному проходимцу, о котором ничего не знаем. Один я тут вижу проблему? — поморщился Лео. — Как его зовут-то хоть?
— Для вас — господин Авдари, спасибо большое, — ощерил клыки Ави.
Кира мысленно одобрила: не то чтобы по нему было не понять, кто он, но всё же называть настоящее имя не стоило.
Бетта нахмурилась, переводя взгляд с Киры на Ави и Лео, потом обратно. Она явно не знала, что именно тут сказать. Кира морально приготовилась к очередным разборкам, но тут господин Дом вскочил на ноги и схватил руки дракона в свои.
— Господин Авдари, пожалуйста, сделайте всё, что можете, — сказал он, глядя Ави прямо в глаза, позволяя видеть слёзы и общее состояние. — Пожалуйста, это моя жена. Пожалуйста!
Ави моргнул и резко вырвал руки из хватки господина Дома. Он выглядел так, как будто вся эта ситуация доставляла ему глубокий дискомфорт.
Он раньше не смотрел людям в глаза, не видел подлинной боли и горя.
Для него люди всегда были концептом на бумаге, существами, о которых он не знал ничего.
Это совсем иначе, когда смотришь в глаза.
Кира улыбнулась немного грустно.
Верно, с первых рядов многие картины выглядят совсем иначе, но эта — особенно.
34
**
— Что он делает?
— Почему так долго?
— Эй, ты там уснул, Авдари, или как тебя там?
— Ну как, получается?
— Пожалуйста, помолчите. Мы скажем вам, когда что-то будет понятно, — в который раз она уже говорила это, а? Кира махнула рукой, утолщая ширму, скрывающую очень импровизированный недо-госпиталь от всех остальных, и попросила у птичьих предков терпения. Причём не только для себя.
Кира прикрыла глаза, отметив драконий нервный тик, и тихонько вздохнула.
Она не собиралась сочувствовать ему, но в итоге ничего не могла с собой поделать: балаган, который устроили все желающие поучаствовать, можно было назвать поистине космическим.
Эту истину, пожалуй, знают все, для кого спасение людей является работой, а не самоназначенным хобби: проблема с людьми, желающими помочь и полными благих намерений, заключается порой (часто) в их неспособности просто заткнуться и сидеть на попе ровно, отключив для разнообразия звук и включив мозг. Активные причинятели добра, особенно вербального, были и будут причиной многих мировых трагедий; в микроверсе это правило тоже работает.
И не поймите неправильно, Кира в целом уважала тех, кто пытается что-то сделать во имя помощи ближнему. Понимала, что иногда что-то в любом случае лучше, чем совсем ничего. Но также она знала, что любая непонятная ситуация, приправленная шоком и беспомощностью, порождает в людях паническое броуновское движение, равно как и неостановимое словоизвержение. Они стремятся сказать и сделать ну хоть что-нибудь, чтобы почувствовать, что контроль снова в их руках.
Именно это случилось в данном случае.
Кира в целом была очень хорошего мнения о своих спутниках, но прямо сейчас они были положительно невыносимы.
Между тем, дела явно шли не то чтобы очень хорошо.
Кире не нужны были тайные знания и внеземные знамения, чтобы понять: ничего не работает. Ну то есть как… Почтенная купчиха была всё ещё жива, Ави путём проб и ошибок понял, как поддерживать её регенерацию и восстанавливать кровь в её теле. Также он вскрыл её тело когтем, выпуская скопившуюся кровь и направляя регенерацию прямо на поражённые места.
Это работало.
Этого было недостаточно.
Кира сидела тихо, игнорируя все вопросы и взгляды купца Дома: он искал в ней уверения, которых она не могла дать. На этом этапе она уже не сомневалась в том, как закончится эта ночь.
Ави, между тем, оказался… упрямцем. Возможно впервые за время их знакомства Кира поняла, что общего у них с так называемой “парой” есть на двоих: если уж парень решался на что-то, то шёл вперёд с упорством сотни баранов, не замечающих новых ворот.
Его опустошённый резерв был на исходе, и Кира ожидала, что он умоет руки ещё полчаса назад. Она бы поняла и приняла это.
Она видела момент, когда он собирался именно так и поступить; это случилось, когда попытки сделать операцию и исцелить проблему напрямую не сработали.
Дракон слегка отодвинулся, как будто бы отгораживаясь от ситуации, и встретился взглядом с полными надежды глазами господина Дом.
— Это сработало? — спросил купец тихо, с надеждой. — Вы говорили, что это последнее средство, и — она дышит легче, да? Ей лучше?
Кира отвела взгляд.
Она прекрасно видела, что облегчение временное. Она ждала, когда Ави это скажет.
Дракон молчал.
Он смотрел на купца пару мгновений, и пальцы его, покрытые кровью, продезинфицированные алкоголем из последней заначки пани Марши, украшенные кристальными когтями, застыли на её пульсе.
— ..Я не знаю, — сказал он, — нужно время.
И принялся, упрямо сжав зубы, вливать в неё энергию, напрямую подключившись к её регенерации. Параллельно он делал попытки, снова и снова, регенерировать её ткани полноценно. Бесполезные, но…
Тихо наблюдая за тем, как дракон борется со смертью, Кира поняла, что он нравится ей. Она наконец увидела почему, в другой жизни и в других обстоятельствах, она действительно могла бы полюбить его.
**
Ему понадобилось ещё два часа и три четверти резерва, чтобы сдаться.
— …Это не работает, — бросил он, завернувшись в холодность и высокомерие, как в одеяло. — Мне жаль.
Господин Дом застыл, глядя на Ави помертвевшими глазами, в которых медленно выцветала надежда.
— Но должно же быть что-нибудь…
— Нам жаль, — повторила Кира тихо. — Мы действительно сделали всё, что могли. Я заберу боль, но в остальном… Нам жаль.
— Как долго?
— До рассвета, примерно.
Купец Дом опустил плечи и как будто бы помертвел.
— Я… Я хочу побыть с ней. Вы… Я хотел бы попрощаться. Дети…
— Я могу разбудить её, но тогда боль вернётся, — Кира отчаянно сожалела, что не была в своей прошлой жизни врачом, что они не жили в техногенном мире со старыми добрыми обезболивающими. Она понятия не имела, как это вся конструкция из гавна и палок, именуемая человеческим организмом, работает вообще. Сила Киры влияла на разум, она не могла разбудить её без боли.
— Я… как правильно?
— Я не знаю, — потому что она действительно не знала. Она логически понимала, что могли бы сказать по этому поводу разные люди, но понятия не имела, чего бы сама хотела в данной ситуации. — Решать вам.
Купец закрыл лицо руками, разом постарев на десяток лет. Плечи его дрогнули.
— ..Ясеневое дерево, — сказал он. — И клубничный пирог.
Это было слегка внезапно, мягко говоря. С нарастающей тревогой Кира задумалась, а что она будет, собственно, делать, если купец Дом сойдёт с ума.
Что будет с детьми, для начала…
Её передёрнуло от воспоминаний о том, как безумие превращает в незнакомую маску монстра родное, некогда знакомое лицо.
— ..Это очень интересно… — начала она.
Он тихо хохотнул, будто не замечая текущих по щекам слёз.
— О, я не спятил, — сказал он. — Просто хочу, чтобы вы знали, с этого всё началось пятьдесят лет назад: с ясеневого дерева и клубничного пирога.
— Пятьдесят лет назад? — иногда она действительно забывала, что люди здесь жили намного дольше.
— Да, — сказал он тихо, — совсем сопляки тогда, тринадцать-пятнадцать — как вспомнить… Это было одно из тех самых скучных сборищ, которые я устраиваю сейчас, чтобы держать друзей близко и врагов ещё ближе. Но это я сейчас понимаю, а тогда никак не мог взять в толк, зачем родители приглашают всех этих напыщенных снобов и их непонятных сопляков… Терпеть не мог с большинством из них проводить время, но отец настаивал. Понятно почему — налаживание связей. Но как сейчас помню, близнецы Бо в очередной раз пришли мериться улитками, и я просто хотел убраться подальше от этих двух идиотов… И тут я увидел её. Она была прекрасна!