Страница 3 из 61
Однако города, по направлению к которым они постепенно снижались, пока что не затронуло войной… Кира прервала собственные мысли, когда они снизились чуть ниже и стал виден караван обозов, запрудивший все дороги, и спешно возводимые фортификационные сооружения, и драконы, восседающие на самых прочных крышах.
Что ж.
Ладно, было бы глупо говорить, что войной эти территории совсем не тронуты. Но до тотальных разрушений пока не дошло, вот в чём дело. И… эти города были прекрасны.
Из своего опыта Кира уяснила, что драконам, прям как эльфам из разных киносаг, свойственно очень ловко переплетать свою архитектуру с природой. Но теперь, с высоты драконьего полёта, она могла оценить эту прелесть по достоинству и… Что ж.
— Офигеть. Сюда б не нас, а студентов-архитекторов на стажировку, — пробормотал Лео.
Кира тут же ткнула его в бок локтем.
Избранный на всю голову, блин! Что с тобой не так? Неужели не понятно, что сейчас нельзя говорить ничего даже примерно лишнего!
Кира тихонько выдохнула, понадеялась, что в Вольных Городах тоже есть студенты-архитекторы, и снова уставилась на приближающийся город. Красиво… Как красиво. И Лео прав, конечно, по поводу того, что по-хорошему люди должны были бы прийти сюда гостями, равными драконам, и смотреть на эту красоту, не уничтожая, и восхищаться, и изучать…
Но так ли часто подобные вещи происходят по-хорошему?..
*
Их высадили немного вдалеке от города, в переполненном палаточном городке.
Двое оборотней, ожидавших внизу, окинули их не самым восторженным взглядом и не очень вежливо велели ждать в сторонке. После они проследили, как дракон, притащивший их, тут же улетает вновь.
Выражение на их лицах приобрело ещё менее счастливый вид.
— Сколько эвакуационных драконов мы уже потеряли?
— Три, только за день.
— Об этом я и говорю! Мы должны прекратить это! Этот человеческий мусор не стоит таких жертв!
— Дэйдо!
— Что?! Разве я не прав? Многие из них всё равно умрут, среди них могут быть лазутчики, и в целом это всё — совершенно бессмысленные жертвы. Большинство из них вообще люди!
4
*
— Просыпайся! Ну же!
Кто-то тряс Киру за плечо.
Что-то грохотало, и земля, кажется, дрожала. Землетрясение? Что-то ещё? Кира не хотела знать, она для этого слишком устала.
— Просыпайся, если хочешь жить!
Кира только прикрыла глаза, стараясь свернуться более компактным клубочком.
Она устала, слишком устала.
Она раньше не знала, что такое бывает, что физически возможно устать настолько, что становится наплевать на всё — но вот она, реальность, постоянно доказывающая возможность невозможного. Очень смутно, как сквозь туман, Кира помнила, как они нашли место в одной из наспех установленных палаток и завалились спать. Она отрубилась, кажется, ещё до того, как голова её коснулась подушки…
Сны оказались вязкими, тяжёлыми. Они были полны крови и шёпота. Небо в снах горело ярким зелёным светом — и падало, падало падало ей навстречу…
Но даже паршивый, не приносящий никакого отдыха сон был намного лучше, чем просыпаться.
— Кира, пожалуйста!
Нет.
Только не просыпаться. Она не станет. Она просто не может, если уж на то пошло. Если сдохнет во сне, то хотя бы выспится. Хотя бы отдохнёт…
Снова грохот, на этот раз оглушительный, совсем рядом.
— Да она холодная, как мертвец!
О? Неужели она снова умерла и воскресла? Или просто ослабла настолько, что температура тела стала стремительно падать?
Глаза были очень тяжёлые. Их не хотелось открывать. Пусть её только оставят в покое. Пусть только…
Снова грохот, и рёв, и дрожь земли.
— Дайте-ка мне! — Кире снилось, что её кто-то подхватил на руки.
— Папа?
— Да она почти ничего не весит!
— Думаете, она тоже заболела?
Тоже?
— Нет, мне кажется, это что-то магическое. Она не истекает кровью, если ты не заметил.
— Думаю, это истощение.
— Надо показать её лекарю…
— Нам нельзя здесь оставаться. Нам нельзя оставаться здесь.
— Нам надо просто её оставить!
Кира свернулась в чьих-то руках, впитывая щедрое человеческое тепло.
— Мы не собираемся никого оставлять, понятно? Никого! Пошли, живо!
Кира отметила про себя, что человеком, прижавшим её к груди, был Уилмо. Неожиданно, но приятно…
Её глаза были полуприкрыты, и она не уверена, что творилось вокруг. Всё горело, гремело, рычало. В небе то и дело что-то вспыхивало. Кто-то кричал. Вокруг носились люди.
Потом её встряхнули.
— Девочка, проснись, ну! Надо перелезть через забор, мы не сможем тебя перекинуть. Проснись! Тебе надо просто уцепиться…
— Я поймаю!
Кира моргнула и изо всех сил попыталась собраться с мыслями. Это было не то что трудно, но почти что невозможно физически. Сколько она проспала? Что происходит?
— Просто перелезь через забор!
Да. Начнём с простых, понятных и близких сердцу вещей.
В лихорадочной темноте, окружившей её, Кира нащупала забор и послушно подтянулась, чтобы мешком упасть на другую сторону…
Другие руки подхватили её.
— Держу, — сказал Лео.
Он не оставил её на этот раз. Достаточно ли этого? Чувствуя благодарность и горечь, Кира снова провалилась в сон.
*
Когда она в следующий раз открыла глаза, это сопровождалось пением птиц и журчанием ручья. Грохот был тоже, куда без него — но такой далёкий, что это почти что приносило облегчение.
— Эй, — её осторожно погладили по плечу, — как ты?
Кира открыла глаза и задумчиво посмотрела сначала на крону дерева, раскинувшуюся над её головой, потом на Бетту. Девчонка выглядела ужасно измотанной, на её щеках были следы крови, но она слегка улыбалась, будто пытаясь убедить, что всё в порядке.
Кира вздохнула про себя.
— Только не говори, что тебя поставили меня сторожить. Ты выглядишь так, как будто тебе самой нужна сиделка!
— Я заменила Лео, — пожала плечами Бетта. — Он просидел рядом с тобой почти что целые сутки, и я угрозами и шантажом отправила его спать.
— У тебя на щеках кровь.
Бетта вздохнула.
— Опять, да? Я подхватила алый мор, но, по счастью, в очень лёгкой форме, отделалась кровотечением из глаз. Дишоно и Марше… Не так повезло.
Кира нахмурилась. Во рту стало горько.
— Пани Марша… умерла?
— Нет, что ты. Отец с ней, и ей уже лучше. Нам повезло, что ветер дул в другую сторону, и забрали нас оттуда достаточно быстро… В общем, все живы. И мы… смогли уйти.
Кира тяжело сглотнула, и Бетта тут же протянула ей чашку с каким-то горьким травяным настоем. Кира поморщилась от вкуса этой гадости на губах, но послушно выпила, не задавая вопросов.
Право, если бы Бетта хотела что-то плохоее с ней сделать, то давно уже сделала.
— Знаю, что на вкус как дерьмо, — вздохнула Бетта, — но это лучшее из того, что осталось у нас в запасах. И, возможно, может пойти ей на пользу.
Кира медленно кивнула. Она чувствовала, как горечь напитка постепенно, шаг за шагом распространяет внутри неё приятное тепло, проясняя разум.
Именно тогда Кира задала вопрос, с которого, по-хорошему, следовало начинать:
— Ты не объяснишь мне, что произошло?
Бетта выдавила лёгкую кривоватую улыбку.
— Могу сориентировать в рамках того, что сама хоть немного понимаю. Это не так уж много, если честно. По мне, так всё происходящее — чистой воды безумие.
Кира задумчиво посмотрела на неё.
Девчонка ей… не нравилась.
И нравилась.
Первое было женско-человеческое, ревнивое. Вот были они с Лео, одни против всего мира, цеплялись друг за друга. Не уверена, что отношение её к нему было романтического типа, но Лео воспринимался единственной опорой в этом дивном новом мире, что… скажем так, немало. Особенно в этих обстоятельствах.