Страница 75 из 84
Велассия бросилась к свечам, но в темноте найти их так быстро не удавалось, но все же Вела подожгла одну за другой. От их пламени зажглись несколько остальных.
Глаза Имрана вспыхнули.
— Это же…
— Я.
На лице Теодоры отплясывала тьма. Глаза бродили по нам. Она искала. Ее. Увидев Велассию, напряглась, но потом вновь вернулась к своим поискам.
Все застыли.
— Теодора?
Черные глаза распахнулись, и она судорожно втянула воздух сквозь зубы. Тьма по приказу своей госпожи расступилась. Послышался хруст стекла под ногами. Из спины Имрана выступила Джессика, делая аккуратные, робкие шаги.
Мы, задержав дыхание, наблюдали, как Теодора чуть наклонилась, пытаясь рассмотреть ту, что стояла перед ней. Вены под глазами ожили. Магия сходила от нее волнами, копошилась под кожей, ища любой выход на свободу. Не сдержавшись, я потянулся к нашей связи и наткнулся на непреодолимую стену.
Джессика задрала голову, слабо улыбнувшись.
— Привет.
Губы Теодоры дрогнули. Она подняла когтистую ладонь. Брат весь напрягся. Теодора это заметила и бросила на Имрана горький взгляд.
Она опустила руку, но Джессика поймала ее и сама приложила к своей щеке.
Скривившийся рот выдавил всхлип, и обе подруги притянули друг друга в объятия. Теодора зажмурилась, не желая отпускать. А Джессика плакала от облегчения.
Сердце сжалось. Мы должны были сделать это раньше! Я почти успел ощутить покой, но мой взгляд притянулся к Рууну. Тот не выглядел довольным или хотя бы расслабленным, наоборот, он внимательно следил за дочерью.
Теодора первая разомкнула объятия. Сжала плечи девушки и внимательно оглядела ту на наличие ран. Джессика засмеялась, будто только этого и ждала.
— Живая, — ослабшим голосом, будто не веря, сказала Теодора. — Как давно?
— Сразу. Почти сразу! Жрицы стали проводить обряд. Мы с Имраном связаны! — Пытаясь уместить все в одно предложение, тараторила Джессика. — Представляешь! Я думала…
— Сразу же, — перебила Теодора. — Сразу же?
А потом рассмеялась сиплым смехом. Тени вокруг задрожали. Руун сделал шаг ближе. Улыбка Джессики сползла, а вот Теодора, наоборот, растянула рот в корявой ухмылке. Ее глаза с усилием отпустили подругу и обратились ко мне.
— Сразу же.
Внутри меня закручивалось отвратительное, грязное чувство сожаления и вины.
Джессика умолкла.
— Живая. — Теодора погладила подругу по волосам. — Это все, о чем я мечтала. Долгие-долгие ночи я молила богов вернуться в тот день. Или забрать меня поскорее. Я умирала каждое утро, оживая к ночи, мечтая о крови и мести.
Джессика ссутулилась.
Теодора сделала шаг назад.
И ее чувства — что до этого были скрыты — затопили меня. Скорбь. Злость. Предательство. Все смешалось.
— Я хотела, чтобы твоя смерть не была напрасной. Чтобы она что-то значила. Война должна была закончиться во имя тебя. Ради тебя. — Она прошептала: — Я думала, ты мертва.
— Теодора!
Джессика шагнула к ней, но ударилась о невидимую стену. Ее глаза широко распахнулись.
— Ты жива. Мои враги, — Теодора посмотрела на Рууна с ненавистью, — отныне ближе к тебе, чем я. Те, кому я верила, те, кто просил меня о доверии, — теперь ее глаза обратились ко мне, — вновь предали.
— Теодора! — Джессика ударила о невидимую преграду. — Теодора! Пусти меня!
— Мое имя, — Теодора возвысилась над нами, оскалив зубы, — Дарин.
— Тео! — выкрикнула Джессика, снова ударив.
По барьеру прошла рябь. Глаза Джессики заволокло маревом, и на секунду Теодора замерла, вглядываясь в изменения, но опомнившись, покачала головой и скрылась в портале.
— Нет!
Как только барьер рухнул, Джесс упала на пол.
— Нет!
Имран протянул к ней руку, но девушка его оттолкнула.
— Это все вы! Вы! Я умоляла ей рассказать! Но вы посчитали, что знаете ее лучше!
Руун скривился.
— Мы с ней были друг у друга! Всегда… — по щекам бежали ручьи слез, но она даже не пыталась их смахнуть, — а теперь у нее нет никого!
— Она поймет, — сказал Имран.
— Нет! — зло выкрикнула Джессика. — Не поймет! Не поймет… Что же я наделала? Дальшах просила сберечь ее, а я…
— Дальшах⁈ — Руун вышел вперед и, не обращая внимания на протесты и Имрана, выхватившего кинжал, поднял Джессику. — Что ты несешь, девчонка⁈ Дальшах говорила с тобой? Почему умолчала?
Она зло рассмеялась.
— И не только с Дальшах! И с вашей Такал. Они поведали мне все… все.
Голубые глаза заволокла белая пелена. Пятна на лице становились все ярче с каждым днем, словно Джессика становилась инурийкой.
Но это просто невозможно!
— Расскажи! — потребовал я.
— Еще не пришло время, Адон, — издевательски протянула она и, оттолкнув Рууна, с неведомо откуда-то взявшийся силой, вновь села на стул, уставившись пустым взглядом в стену.
— Я барахталась среди мира мертвых и живых. Моя душа стремилась к свету, но меня остановили. Заставили слушать. Они говорили так много. Тайны, планы. Моя цель. Но я была просто человеком! Мне не нужно было все это! Я хотела уйти! — Имрана передернуло, но Джессика не заметила этого и продолжила. — Ваши боги не спросили, чего хочу я. Они всучили мне ключ и велели ждать, когда придет время. Они сказали, что я должна уберечь Кходеш и Адона. А потом вышвырнули меня обратно.
Джессика обвела всех нас взглядом.
— Скоро мы все умрем. Осталось только дождаться.
Глава 46
Усыпальница Такал в самом древе мироздания, что сплетает все миры.
Из учений Инуры.
Теодора
В груди разливалась жидким железом агония.
Живая.
Падая наземь, я оцарапала ладони.
Что-то не так.
Магия, что и так плохо подчинялась, выходила из-под контроля. Она жглась и боролась внутри, норовя разорвать. Веки закрыты, когти потянулись к плечам. Я даже не ощутила, как лопнула кожа. Только ждала, когда магия утечет, окропив землю.
Но сила только крепла, не собираясь покидать.
Открыв глаза, я поняла, что это не Райлан!
Вокруг каменистая местность. Большие валуны обвивали гигантские корни деревьев, которых нигде не было видно. Небо надо мной темно-синее и зловещее. Солнце спряталось за тучами.
Я попыталась встать, но тут же рухнула обратно, больно ударившись коленом. Голова закружилась.
Кое-как поднявшись, опираясь на валун, я побрела вперед. Нужно открыть портал. Не вышло. Я открывала его вновь и вновь, и снова ничего. Наплевав, пошла вперед, надеясь узнать, где же я. Взмахнула рукой, вызывая теневого слугу, но вместо привычного потока вырывается неконтролируемый хлыст. Тени захохотали и злобно впились мне в ноги, подкинули и ударили в живот.
— Хватит!
Я потянулась когтями к одной и сжала остатки гнилой души, пока та не превратилась в пыль. Остальные, ощутив волну моей злобы, не стали подчиняться, а только громко воя, сбежали.
— Иди за мной.
Меня словно опустили в ледяной омут. Этот голос. Я его уже слышала!
— Я здесь, внизу.
Один корень за другим начал мерцать, а потом змеями поползли вперед.
— Не бойся меня, иди за мной.
Меч за плечами завибрировал.
Я словно вернулась в прежнее время, когда я была Теодорой. Была собой. Вновь перед глазами толща воды и зов, которому я не могла сопротивляться.
Вот и сейчас я следовала вглубь пещеры, перепрыгивая через камни. Свет пропал, но я уверенно шла вперед, не боясь. Теперь я знала, какой силой обладала и что могла сотворить.
Тонкий луч солнца осветил выход, и вот я оказалась в гигантском гроте, а посреди него росло ошеломительных размеров древо. Его кроны расстилались до самой верхушки каменного потолка, что был высотой не меньше сотни метров. Ствол был столь широкий, что встань здесь хоть сотня человек, не смогли бы его обхватить. А корни торчали из-под камней так высоко, что я не смогла бы дотянуться до них, будь в три раза выше.