Страница 30 из 84
— Ты забыла наш разговор накануне? Разве я не говорил тебе, что не люблю тебя?
— Ох, Игнар! Опять этот вздор! Люблю — не люблю! В наших жизнях это не имеет значения! Ты до сих пор не понял⁈ Ничего… — Она обхватила себя руками. — Папа все решит.
— Ты в своем уме?
Я неверующе смотрел на нее, но Велассия спокойно, без стыда, взирала в ответ. Для нее я лишь товар, не личность. Игрушка, что алчно жаждала ее душа.
Подойдя к стенке, я приложился к ней ладонью.
— Никакого брака не будет!
— Игнар… — упрямо начала она, но я не ее не слышал.
Кулак влетел в стену. Один раз. Второй. Я лупил со всей силой, в надежде выплеснуть все, что накопилось внутри. Но чем мощнее был удар, тем хуже становилось. Меня накрывало с головой, утаскивало вглубь. Хотелось взреветь!
Но Велассия, чертова сумасшедшая, бросилась мне на руку, оттаскивая.
— Игнар! Любимый, прошу, успокойся!
На белой краске остались следы фиолетовой крови.
— Все будет хорошо, Игнар! Теперь, когда этой обманщицы нет, все станет как прежде!
Канаты, что удерживали и без того едва удерживали меня, лопнули.
Остановившись, я вцепился в ее плечи, толкая к стене. Я не хотел причинять ей вреда, но вся мерзость, поселившаяся во мне, рвалась на свободу.
Ее глаза увлажнились, и в них отразился страх. Его было так много, что мне стало тошно от самого себя. Я расслабил хватку, но не отпустил.
— Я всегда, — облизнув губы, я заговорил тише. — Всегда буду любить только ее. Всегда, Вела! Уясни это, не проси меня быть с тобой. Мое сердце целиком и полностью принадлежит ей.
— Но она же дэвол! — воскликнула Велассия с ужасом.
— А мне наплевать. Человек, инуриец… дэвол. Уходи, Вела. Оставь меня в покое.
Я разжал руки, и девушка тут же выскользнула. Со слезами на глазах Велассия громко хлопнула дверью.
Прикрыв веки, я простоял так целую минуту, приходя в себя. Моя жизнь давно вышла из-под контроля, но, когда я почему-то решил, что все наконец-то начало становиться на свои места, мир плюнул мне в лицо. Теперь я смотрел на руины, и самое страшное, что все только набирало обороты, а я стоял на краю и мог только наблюдать.
Еще один стук вырвал меня из размышлений. Я помолился Такал, чтобы это был не Кловисс, не Велассия и не Девмес.
И вновь она услышала меня.
В проеме стоял Эрни. Тот самый хранитель, что привел Жриц.
Воровато оглянувшись, он подошел чуть ближе.
— Что такое, Эрни? — потирая лицо, спросил я. А затем жестом пригласил его зайти.
Он плотно закрыл двери, а потом повернулся ко мне.
— Господин Игнар, я пришел сказать… — Эрни сглотнул. — Есть и другие хранители. Мы все преданы вам и нашей Меках.
Глава 16
Бираль — весь огонь вселенной. Его магия способна наделить мертвое жизнью.
Из летописей Райлана.
Дарин
Разгоряченное тело пылало. Он заставлял меня двигаться быстрее, и я отдавала всю себя. Белая рубашка намокла и прилипла к коже, но прохладный ветерок приятно проникал под ткань, остужая огонь. Каждый вдох и выдох обжигал легкие.
И когда мой кинжал встретился с его, звон разнесся по всему полю. Мы замерли на мгновение, но Ранила уже позади сделала замах, и тогда я припала к земле, освобождая руку. Аастор потерял равновесие, но ловко перескочил на другую ногу. Я сделала перекат и уже вновь стояла в стойке. Дэволы, как коршуны, обошли меня с двух сторон. Ранила, не думая, в своей горячной манере кинула кинжал, даже толком не прицелившись, отчего я легко увернулась. Но в этом и был их план. Я отвлеклась. Аастор подлетел ко мне и ударил кулаком в живот.
Я зарычала, согнувшись, сплюнула на землю, но сдаваться не собиралась. Ранила сделала подсечку, вынуждая рухнуть на землю. Но я успела вскинуть голень и ударить ее в колено. Она повалилась вместе со мной. Аастор занес меч, чтобы нанести решающий, но я скрестила кинжалы, отводя лезвие. Аастор покачнулся, пытался снова, но я уже поднялась.
Я жутко устала и хотела есть. Мы тренировались несколько дней множество часов подряд, прерываясь только на еду и сон. Иногда мне казалось, что они проверяли мои возможности, надеясь, что я вот-вот рухну замертво. Но во мне кипело столько ярости, которая каждый раз заставляла меня подниматься и бросаться в бой снова и снова.
Шабаш скоро прибудет и вынесет вердикт. Каждый день я убеждала себя, что мне абсолютно плевать на то, что они скажут. Так или иначе, я сделаю, что должна. Но чем больше я проводила времени в постели матери, чем чаще сидела за столом с бабушкой, Аастором и Ранилой, тем отчетливей понимала, что мне хотелось иметь возможность остаться.
Натыкаясь на эту мысль, я ощущала себя предательницей и лгуньей. Я не хотела, чтобы это место становилось мне домом, но что-то шевелилось в груди, когда я думала, что смогу обрести если не семью, то союзников. И не буду такой одинокой.
Аастор и Ранила напали одновременно. Время замерло — я знала, что делать. Дэвольша, как и ожидалось, действовала быстрее. Она упала всем весом, пытаясь задавить меня. Возможно, с кем-то другим это и сработало, но Ранила слишком маленького роста, чтобы попытаться брать меня таким способом. Пора заканчивать.
Я изменила направление, и девушка широко распахнула глаза, когда я толкнула ее на Аастора. Она не удержалась и упала прямо на дэвола.
Веселье, читающееся на моем лице, еще больше смутило Ранилу и удивило Аастора. Тот помог девушке, что попала ему в руки, подняться, совершенно не замечая, как та краснеет в его присутствии.
— Устала? — спросил Аастор, но не стал ждать ответа. — Отлично.
Он вскинул руку, и тени собрались у его ног. Щелчок пальцев — и они помчались на меня. Я даже не шелохнулась, когда черная стена выросла между нами. Но Аастор не собирался сдаваться так просто. Его магия обманчиво растеклась, а потом тараном попыталась пробиться.
Он силен, но недостаточно. Ранила подозвала своих мраков. Они такие же шебутные, как и она. Те кусали меня за ноги, вгрызались в высокие черные сапоги.
Они нравились мне!
Я бросила грозный взгляд в ее сторону, но девчонка только широко улыбнулась, обнажая черные клыки. Я же не рискнула преображаться, ведь плохо справлялась с агрессией в боевом обличии.
Опустив вокруг себя стену, я ощутила, как земля с шумом охнула. Я развела широко руки, формируя остроконечные теневые пики, и когда мои ладони соединились, они в мгновения ока разорвали помощников Ранилы. Она поморщилась и зашипела.
Аастор воспользовался тем, что я отвлеклась, и тонкой петлей обхватил мою голень. Я упала прямо мордой в песок.
Ранила склонилась надо мной, задорно улыбаясь. Рядом стоял Аастор, глядя на меня снисходительно. Оба протянули свои ладони, и я взялась сразу за две.
— Я голодна, — сказала Ранила. — Желудок сводит!
Я промолчала, но втайне была согласна с ней.
— Тебе лишь бы набить живот, — рявкнул Аастор, но сам подхватил сумки.
— Не делай вид, что не устал! — Аастор никак не отреагировал, тогда Ранила широко улыбнулась и пропела: — У тебя волосы, как сухая трава, и вонь, как от навозной кучи!
Аастор тихо зашипел, бросил на меня быстрый взгляд и пригладил пряди в низком хвосте.
— Твои глубокие познания в запахах меня не интересуют, девка!
Я слушала их перебранки, но не участвовала. Не хотелось признавать, но их смех и вечные ссоры немного заполняли гигантскую дыру в груди. Пусть этого не хватит. Никогда не хватит. Но при свете солнца я могла делать вид, что жива, а в ночи с трудом сдерживала боль, утопая во мраке Облачка.
Мы дошли до маленького озера с прозрачной водой. Песок темно-коричневого цвета, осыпан мелкими камушками, между которыми плавали мальки. Вода манила, притягивала взгляд. В прошлой жизни я бы с удовольствием пошла бы изучать пляж и глубину, но теперь все это для меня под запретом.