Страница 112 из 120
— Ты вернулась, — прошептал он.
— Хочешь сказать, что у меня был выбор? — так же тихо ответила я, прижимаясь лбом к его груди и слушая размеренное биение сердца.
— Официально нет. Но я боялся, что тебе придёт в голову какая-нибудь глупость.
— Сэр Алдрет был со мной.
— Знаю. Только это и позволило мне послушать тебя… и не послать людей следом.
Я и правда не ожидала такой свободы. И прекрасно понимала, что Феликсу не о чем волноваться: уйти от мужа в нашем обществе почти невозможно. Тем более — против воли влиятельного человека. История знала лишь обратное: когда влиятельные мужья избавлялись от жён, а не наоборот.
— Феликс… я не собираюсь делать глупости. Ты совсем не знаешь свою жену.
Он отпрянул от меня, лишив опоры и тепла, и чуть наклонился. Его ладони легли на моё лицо, а пальцы бережно скользнули по щекам. Сквозь темноту я видела его глаза, внимательные и изучающие. Он всматривался, отслеживал каждую мою реакцию. Его пальцы осторожно коснулись скулы, почти невесомо, словно он боялся спугнуть этот момент.
— Можно? — шепнул он так тихо, что я почувствовала его слова, его дыхание своей кожей, сильнее и ярче, чем могла бы просто услышать.
Я не успела ответить. Наверное, и не смогла бы вовсе, мой голос пропал, дыхание сбилось. Я просто подняла взгляд, и этого оказалось достаточно.
Он медленно наклонился ко мне, не торопясь, давая мне возможность отстраниться, и коснулся губами моей щеки. Я же сама потянулась ему навстречу. Его губы едва коснулись моих, мягко, нежно, осторожно.
Я не чувствовала сумасшедшей страсти или бешеной волны желания. Это было скорее медленное, нежное признание, которое мягко заставляло откликаться каждую часть моего тела. Его поцелуй дарил не только тёплую, тянущую тяжесть внизу живота, но и спокойствие, мягкое тепло на сердце.
Феликс поцеловал меня снова, чуть глубже, но всё так же бережно. Его рука легла мне на затылок, вторая — на талию, притягивая ближе. Я забыла обо всём.
Когда он отстранился, совсем немного, наши лбы всё ещё касались друг друга. Дыхание по-прежнему было одним на двоих. Но первой пришла в себя я.
— Обговорим условия, — прошептала я.
Феликс осторожно коснулся моей руки, переплёл пальцы с моими, и уверенно, повел меня за собой.
— Пойдём, — тихо сказал он, не желая нарушать тишину ночи.
Муж повёл меня вперёд, помогая ориентироваться в темноте. Его шаги были уверенными, а я просто шла следом, чувствуя, как его ладонь мягко направляет меня, ограждая от каждой неровности, каждого порога и предмета мебели.
Мы вошли в малую столовую. Здесь было светлее, чем в коридорах: в камине горел огонь, отбрасывая на стены мягкое золотистое сияние. На столе уже было накрыто — лёгкая еда, закуски, напитки, сервирован ужин на двоих.
Феликс подвёл меня к стулу.
— Присядь, — сказал он тихо, по привычке отдавая приказ.
Феликс помог мне снять плащ, аккуратно отодвинул стул, следил за подолом платья, окружая меня вниманием и удобством. Потом подошёл к столу, взял графин и наполнил мой бокал вином — не спеша, словно этот жест говорил больше любых слов. Затем взял тарелку и положил мне еду, выбирая то, что, как он предполагал, могло мне понравиться.
Вернувшись, он поставил тарелку передо мной и чуть наклонился:
— Поешь. Ты устала.
В его голосе уже не было приказа, только забота, от которой у меня на мгновение перехватило дыхание.
Когда он заметил, что я почти не ем и то и дело поднимаю на него взгляд, он взял себе тарелку и тоже начал есть: специально, чтобы избавить меня от этого ужасного чувства неловкости.
— Так каковы твои условия? — спокойно спросил он, словно обсуждал погоду за обычным семейным ужином.
— Полная откровенность, — я пожала плечами и неуверенно прикусила губу. Я понимала: раз прошу его об этом, значит и сама должна буду открыть свои секреты. Мне было страшно… но иначе нам не выбраться из этой ситуации.
— Хорошо. Вопрос за вопрос, — сказал он, глядя мне прямо в глаза.
Первые вопросы были простыми: я спрашивала о расследовании, он — о моих отношениях с лордом Дербишем, о похищении. Мы обменялись тем, что лежало на поверхности. В какой-то момент я осмелела. Посмотрела на него, и на моём лице появилась дерзкая улыбка, которую я не могла и не хотела скрыть. Я первой решила проверить, выполнит ли он наш договор.
— Алтари крови? — бросила я.
Я не могла не заметить, как сильно он растерялся. Феликс, застигнутый врасплох, на мгновение замер, затем сделал тяжёлый, обдуманный глоток — явно собираясь с мыслями.
— Такие есть в каждом родовом замке у крупных сюзеренов. И в нашем замке в герцогстве, и в замке Короля. Каждый из нас вынужден подпитывать свой алтарь кровью.
Я смотрела на него, одним взглядом умоляя продолжать.
— Это наша защита, — наконец сказал он. — Говорят, алтарь забирает силу моего рода, но взамен лишает сильных магов их способностей. Чем сильнее маг, тем сильнее влияние на него. Слабый маг почти ничего не заметит, а сильный может потерять силу на время.
— Только у темных магов, как я, вы забираете силу? — тихо уточнила я, понимая, что по нашим правилам теперь его очередь задавать вопрос.
— Духовных, — кивнул он. — Быть тёмным магом — это выбор, который они сделали, их взгляды на жизнь, ритуалы, всё это привлекло к ним тьму.
Я почувствовала облегчение. Мне важно было услышать, что во мне нет тьмы. Родиться и стать — разные вещи, и я ясно ощутила, как камень падает с моей души.
— Я прибегаю к крови только тогда, когда ожидаю угрозы или нападения. Я не поддерживаю идею лишать магов сил. Этот ритуал придумал Орден Порядка, и, по-моему, они думали вовсе не о благе духовных магов и хранителей секретов крови. — продолжал Феликс.
Было приятно знать, что Феликс понимает, насколько глупой была идея лишать всех магов силы, особенно если учесть, что за пределами действия алтарей темные маги продолжают расти и развивать свои способности. Хотя в прошлом даже такой подход не уберёг нас от несчастья.
Феликс взял яблоко, задумчиво покатал его в ладони и внимательно посмотрел мне в глаза. Потом медленно перекатил фрукт по столу — прямо мне в руки. Теперь моя очередь — удивляться.
— Ты помнишь прошлую жизнь? — спросил он неожиданно резко, не отрывая от меня взгляда ни на секунду. Его глаза замечали дрожь в моих пальцах, нервный жест и каждый вздох, а я так и не смогла удержать яблоко. — У тебя бывает чувство дежавю?
— Да, — сказала я и нервно сделала глоток. — Я помню прошлую жизнь.
— У нас были здоровые дети? — сразу же спросил он.
Этот вопрос заставил меня улыбнуться.
— Феликс, мы не были женаты, — тихо возразила я. — У меня был другой муж, а у тебя — жена.
— Оливия, — произнёс он с лукавой ухмылкой, — я спросил не об этом.
— У тебя не было детей, насколько мне известно, — подмигнула я. — И у меня тоже. Мы с тобой не состояли в таких отношениях. Но… у меня к тебе были чувства. — набравшись смелости, решила добавить я.
— А у меня…
— И у тебя, — перебила я, сдвигая вилкой овощи на край тарелки и чувствуя, как лицо заливает горячий румянец.
— Что ты знаешь о времени? О таких перемещениях? — сменила тему я.
— Говорят, у очень сильных магов — таких единицы, выходцев из древних родов, потомков, первенцев от крови самого бога — есть способность отматывать время назад. — ответил он.