Страница 6 из 16
В очередной раз я убедилась, что нянечка права. Мне здесь не выжить и надо действовать! Следовало изучить дом от и до, чтобы найти лазейки для удачного побега. Нужно подготовить все самое необходимое на первое время и сложить в неприметный мешок. Собрать немного денег. Пристально следить за хозяевами, чтобы понимать их намерения. А когда мне удастся вырваться, я обязательно найду себе работу и встану на ноги. Придет время, когда меня признают. За жизнью сына буду следить через Флоренс. У меня просто нет другого выбора!
Через два дня я получила точную копию ключа от потайного замкового хода. Металл был грубее, чем у оригинала, но замок открывался без труда. В тот же вечер, под прикрытием полумрака, я скрытно прошла в указанный нянечкой коридор. Ниша, незаметная с первого взгляда, располагалась рядом с каморкой для хранения инвентаря.
Сердце колотилось в груди, как дикий голубь. Вставив ключ в замочную скважину, я с тревогой повернула его. Потайная дверь бесшумно отошла, открыв узкий, пыльный проход. Запах сырости и плесени ударил в ноздри. Проход был не широким, мне пришлось двигаться бочком, прижимаясь к холодным каменным стенам. В некоторых местах приходилось наклоняться, чтобы не удариться головой.
Пройдя несколько метров, я оказалась в маленькой каменной комнате, освещенной лишь слабым светом, проникающим из щелей в стене. Это была та самая наблюдательная комната, о которой говорила Флоренс. Через узкое отверстие в стене я могла наблюдать за коридором перед хозяйской спальней, а также за гостиной, где обычно проводила время Шармилла.
На стене висел старый телескоп, а рядом с ним лежал грязный блокнот. Я взяла его в руки и зачитала записи о действиях Шармиллы, ее встречах, разговорах, даже записи о том, какие лекарства она принимала. Я поняла, что Флоренс действительно следила за Шармиллой и собирала информацию. В одной из записей было упоминание о зелье, которое Шармилла готовила в своей комнате и это наводило на жуткие подозрения!
А еще смутила запись о ее встрече с неизвестным мужчиной в сером плаще. Он передал ей небольшой бумажный пакет, пока Торена не было дома. Далее следовали более расплывчатые заметки, содержащие только эмоциональные оценки поведения Шармиллы – «беспокойство», «нервозность», «излишняя жестокость».
Внезапно я услышала тихий скрип двери. Сердце заколотилось в груди. Я быстро закрыла блокнот и прижалась к холодной каменной стене. В узкое отверстие в стене проник лучик света, подсвечивая фигуру человека, медленно продвигавшегося по коридору. Я присмотрелась – это была Шармилла. Она держала в руках небольшой фарфоровый кувшин, завернутый в мягкую ткань. Остановилась перед дверью в супружескую спальню. Набрала полную воздуха грудь и натянула лучезарную улыбку перед тем, как войти к мужу.
Мой разум лихорадочно работал. Что-то здесь не так! Дебора почти не выходит из своих покоев. Торен тоже в последние дни редко спускается в холл, хотя раньше любил там сидеть. Никто, кроме Шармиллы, не гуляет по саду. И что же за такое зелье варит эта змея?
Тихо и осторожно я выскользнула из наблюдательной комнаты, оставив блокнот Флоренс на месте. Теперь я точно убедилась, что нужно действовать быстро и решительно, пока еще есть возможность ходить и дышать.
Глава 8
– Лучше сядь, София! – с ошалелыми глазами нянечка ворвалась в мою комнату, крепко сжимая в пухлых руках конверт.
И я опустилась обратно на кровать, даже не думая возражать.
– Что такое?
– Ты родилась под счастливой звездой, девочка! – просияла она улыбкой и положила мне на колени письмо с оттиском красивого герба рода Нордак. Сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда вдруг осознала, что оно от родственников Соломеи. – Ну же, открывай! – я заметила, что конверт вскрыт. Значит, Флоренс уже знает содержание письма, от того и прыгает от счастья.
Любопытство захватило настолько, что я чуть ли не разорвала конверт в клочья, когда выуживала из него листок бумаги. Каллиграфический почерк, строгий и элегантный. Текст начинался с формального обращения: «Дорогая София..». Кто-то обращался ко мне по настоящему имени!
Далее следовали извинения за столь позднее обращение. Бабушка Соломеи – Хелейна Нордак, написала, что узнала о трагедии внучки лишь недавно и не собирается бросать ее тело в беде. Хочет забрать меня из дома мужа под свое покровительство и научить жизни в новом мире.
Я подняла на Флоренс растерянный взгляд.
– Вот не зря я недавно вспомнила про опальную бабку Нордак! – ударила она себя ладонью в грудь, горделиво вскинув подбородок. – Не выжила еще из ума старуха! Собирайся, скоро прибудет за тобой экипаж. Торен подписал согласие на твое проживание в поместье Хелейны!
Мои руки дрожали от смешения чувств. Я безумно обрадовалась, что появился реальный шанс покинуть это чистилище с ежедневными моральными пытками, но маленький Сэм.. Как не думать о судьбе ребенка?
– Мне надо увидеть сына! – вскочила я с места и заметалась по комнате в попытке собрать какие-то ненужные пожитки. В голове сплошная каша!
– Успокойся! – схватила меня за руку нянечка. – Надень красивое платье и спускайся в зал. И поживее! Торен плохо себя чувствует и не будет долго ждать.
– Что с ним? – кольнула в сердце тревога.
– Ранение не заживает. Вызвали лекаря, посмотрит. Не волнуйся, – вцепилась она в меня серьезным взглядом. – Послушай, о себе только думай. О ребенке я позабочусь.
– Я ходила в потайную.. – осеклась я и тяжело вздохнула. – Шармилла что-то задумала. Я видела, как она несла в супружеские покои..
– Я буду писать тебе письма, – устало улыбнулась женщина, перебив мою тираду, и заставила меня как можно скорее переодеться.
Знакомое платье изумрудного цвета уже давно со мной слилось и олицетворяло все важные события в моей новой жизни. Я чувствовала себя в нем чужой, будто надеваю маску на чужое лицо. Зеркало показало легкую бледность, уставшие глаза и едва заметную дрожь в руках. Сэм.. Его личико всплывало перед глазами, маленькие ручки, волосики, пахнущие молоком.. Сердце сжималось от страха, от неизвестности. Что будет с ним? Если я не вернусь?
Нянечка, женщина с суровым, но добрым лицом, подождала меня у двери и нежно поправила выбившуюся прядь волос.
– Все будет хорошо. Не представляешь, как я рада такому шансу для тебя. За сына не переживай. Глаз с него не спущу, – она хорошо чувствовала мой страх, и ее уверенность немного успокаивала.
Спуск по широкой мраморной лестнице показался бесконечным. Каждый шаг отдавался тяжестью в груди, но в зале я выдохнула и взяла эмоции под контроль. Медленно пошла по ковровой дорожке, приближаясь к хозяину замка. Торен сидел в кресле, опершись на подушки. Его лицо было очень бледным, губы сжаты, взгляд затуманен.
Видимо, не заживающая рана, которую я увидела на его торсе в первый день нашего знакомства, действительно серьезно беспокоила дракона. Вид его вызвал новую волну боли. Я почти не заметила, как подошла, как села напротив.
Торен смотрел на меня внимательно.
– Я получил письмо от леди Хелейны Нордак. Экипаж от нее прибыл и ожидает тебя снаружи. Ты отправишься в Нилейские земли в ее поместье, под ее покровительство, но под именем Соломеи Нордак – моей второй жены. Всего сутки пути от столицы. Ты что-то помнишь о бабушке Хелейне? – Он улыбнулся слабо, почти незаметно. Голос слабый, было видно, что ему тяжело сидеть и говорить.
Вместо того, чтобы копаться в памяти хозяйки тела, я вновь представила, как Шармилла варит не понятное зелье. Почему его рана не заживает? Что скажет лекарь? Не травит ли мужа эта змея специально? И почему после скандала, когда свекровь отказалась покидать замок, она из комнаты так и не вышла даже к Сэму?