Страница 25 из 93
Я позвонил Луке и спросил его, кого из персонала Лила хотела бы видеть рядом с собой. Он сказал, что она хотела бы Имму.
Когда я позвонил Кьяре, чтобы попросить ее об этой женщине, она категорически отказалась.
— Ты не позволил мне взять ее с собой в Чикаго, а теперь хочешь няню для нее? — прорычала она. — Ни за что, stronzo .
— Она никуда не поедет без надлежащей ирландской охраны, а я не могу отправить своих солдат в Чикаго, потому что Outfit обезглавит их до восхода солнца , — стоически объяснил я. — Наказывать ее через меня — это вершина идиотизма. Надеюсь, ты не настолько тупой. Идиот в семье — это Энцо .
Энцо не был действительно тупым, но он был и веселым, и приятным, что было почти хуже.
— Моя дочь не должна жить с тобой ни минуты больше, Каллахан .
— Жаловаться на ситуацию не поможет , — отрезал я. — Ваша дочь выглядит как труп. Она не ест и не спит. Она под моей опекой, и мы оба знаем, что мне на это наплевать. Либо вы посылаете кого-нибудь, чтобы привести ее в порядок, либо наблюдаете за ее медленной и мучительной смертью , — пригрозил я. — С удовольствием пришлю фотографии .
Я думал, что это заставит ее посадить эту чертову горничную в одну из своих представительских машин и отправить ее ко мне.
К моему удивлению, ведьма осталась на своем.
— Пусть умирает, тогда. Посмотрим, как это отразится на тебе. Мой муж, может, и не особо волнуется, но мои сыновья? — она цыкнула. — Они убьют любого с ирландской фамилией в твоем почтовом индексе .
Мои пальцы теперь летали по экрану.
Тирнан: Отмени все свои планы на ближайшие несколько месяцев. Твоя новая работа — кормить ее и следить, чтобы она спала.
Тирни: Она не Тамагочи, Тирнан.
Тирнан: Не говори. Она стоит больше двадцати баксов. Так что веди себя соответственно.
Моя сестра ответила эмодзи с средним пальцем, как всегда красноречиво и изящно.
Я сунул телефон в задний карман, а затем открыл дверь своей квартиры. Было необычно тихо, единственный слышимый звук исходил от промышленного холодильника на кухне.
Проводить время с женой было в самом конце моего списка дел, но на протяжении истории люди шли на гораздо большие жертвы, чтобы достичь своих целей.
Кто знает? Может, она снова попытается меня убить, и тогда все станет действительно интересно.
Я поднял кулак, чтобы постучать в дверь спальни Лилы, но заметил, что она приоткрыта.
Редкая оплошность. Лила была мастером в том, чтобы закрываться от меня.
Приняв ее ошибку за приглашение, я вошел внутрь и обнаружил, что комната пуста. Примыкающая ванная комната тоже была пуста, а это означало, что она, вероятно, была в своей гардеробной. Я остановился у тумбочки рядом с ее кроватью. Там лежал ее кожаный альбом для рисования, а между страницами был зажат карандаш. Я не старался быть тихим или осторожным. Я подумал, что если она голая, то у нее будет время одеться, прежде чем она меня встретит.
Я открыл альбом и нахмурился. Я не знал, чего ожидать. Может быть, рисунки пальцами или палочки-человечки с линиями вместо тел и кругами вместо голов. Но это было не то.
Это было...
Черт, это было потрясающе.
Карандашный рисунок, реалистичный и с тщательно проработанными деталями, как старая черно-белая фотография.
Портрет мужчины был ярким, живым и... знакомым. Очень знакомым.
Подожди. Черт.
Тейт Блэкторн.
Моя жена нарисовала все лицо Тейта Блэкторна. По памяти. Курящего сигарету, смотрящего в невидимую камеру, с его наглым полуулыбкой на лице.
Меня охватило желание сжечь альбом вместе со всей улицей, но я сдержался. Конечно, моя жена, которая забеременела от другого, тоже была одержима моим заклятым врагом.
Конечно же.
Может, ее все-таки не изнасиловали? Тейт был на свадьбе Луки. Она явно обожала этого ублюдка. Да, он был женат, но он не был бы первым богатым магнатом, который изменил бы своей жене, если бы перед ним появилась молодая красотка.
А что, если она раздвинула для него свои кремовые ножки?
Я запрокинул голову и сделал глубокий, жадный вдох. Список людей, которых я хотел убить, продолжал расти. Пословица была верна — злым действительно не было покоя. Но, черт возьми, один свободный день не повредил бы.
Тейт жил в Великобритании. У меня не было времени, чтобы начать расширять свой бизнес в Европе.
Не говоря уже о ее рисунках, моя жена была либо ученым, либо гением. Ради ее же блага я надеялся, что она была первой. Я бы не хотел убивать ее и нерожденного ребенка в ее животе.
Нет.
Это неправда.
Правда была в том, что их убийство решило бы многие из моих проблем. Но в процессе это создало бы тысячу новых.
Теперь я был гораздо менее склонен уважать ее частную жизнь, поэтому бросил альбом на ее тумбочку и прошел в ее гардеробную.
Она действительно была одета.
Кроме того, она сидела на полу, скрестив ноги, и, уткнувшись в мобильный телефон, которого у нее не должно было быть, не отрывала глаз от экрана. Ее зрачки двигались из стороны в сторону.
Влево. Вправо. Влево. Вправо.
Она умеет читать.
Яд разлился по моим венам.
Ты умеешь читать?
Чем еще ты умеешь заниматься?
Ты здесь, чтобы шпионить?
Блэкторн — отец твоего ребенка?
Ты сейчас ему пишешь?
Я хотел поднять ее, прижать к кровати и выебать из нее каждый ответ.
Или, я поразился, может быть, она что-то смотрела. Ее мать упомянула, что позволяла ей смотреть классические концерты. В конце концов, это не была реакция человека, которого только что поймали на чем-то, чего не следовало делать. Она полностью игнорировала мое присутствие.
Я постучал по стене, скрестив руки и прислонившись к дверному косяку.
Она не подняла головы.
Маленькая гадкая девчонка.
Я вошел в комнату, попав в поле ее зрения. Она подняла голову и раскрыла рот.
Ее красивые глаза наполнились узнаванием и ужасом.
— Привет, женушка .
Она вскочила на ноги, сунув телефон в карман и выпятив подбородок в знак неповиновения. Фасад бесчувственного ребенка таял почти так же быстро, как мое терпение к этому браку.
Я знал, что прямой вопрос ни к чему не приведет. Лила была Ферранте до мозга костей. Если не по крови, то по натуре. Я не смог бы сломать ее даже пытками.
Но, эй, все равно было бы весело попробовать.
— Тебе нравится трахаться с женатыми мужчинами, Gealach? Я оттолкнулся от дверного косяка и вошел в ее владения. После того скетчбука она не смогла бы убедить меня, что у нее проблемы с интеллектом, даже если бы от этого зависела ее жизнь. В некотором смысле, так и было.
Она пристально смотрела на меня, не отводя взгляда.
— Тебе нравится раздвигать ноги перед пожилыми мужчинами? Я неспешно прошелся в ее сторону. Блэкторн был вдвое старше ее. Ей нечего было сосать член старика.
— Ты называешь его папочкой? — дразнил я.
Она ответила медленным, скучающим морганием. Она не собиралась падать на колени и просить прощения. Моя молодая жена была горда, и в ее глазах горел огонь.
Я остановился, когда мои мышцы живота прижались к ее груди. Она была крошечной. Покончить с ней было бы проще, чем убить муху.
— Ты же знаешь, что он никогда не бросит свою жену ради тебя . Я приподнял бровь и ухмыльнулся. — Он без ума от нее. Был полностью готов отдать мне ключи от своего королевства, когда я похитил ее. Ты была просто быстрым трахом .
Ее щеки покраснели, и наконец, наконец, маска соскользнула, и ее эмоции проявились.
— Ты трахалась с ним? Я взял ее лицо в ладони, поднял его и заставил смотреть на своего гротескного мужа. Без глаза. Без души.