Страница 13 из 41
В Касадоре было много возможностей для суицида, например: сообщить горному троллю, что его набедренная повязка его полнит, прикурить от пера феникса, поплавать с нетрезвой русалкой, которая под градусом решает вспомнить, что вообще-то она - агрессивный хищник и вообще создание тьмы, спуститься покормить крыс в подвалы университета и не принести достаточно еды, чтобы накормить семь с половиной миллионов особей.
Гаррет подхватил вазу, которую чуть не уронил на пол, пока влезал в окно. Он замер, прекратив дышать. Тот факт, что он был твердо уверен, что Хокрофт сегодня у своей любовницы, не отменял того, что ему следовало сохранять тишину.
Ваза в его руке была необычной. Особая магия каким-то образом запечатлела образ старого профессора внутри и переливалась, стоило Гаррету ее пошевелить. Изображение было объемным. Гаррет начал было уже ставить вазу на место, но повернул ее обратной стороной. Изображение изменилось, продемонстрировав Гаррету все того же профессора Хокрофта, но уже без мантии и стоящего спиной. Гаррет чуть не выронил вазу с обнаженным восьмидесятидвухлетним преподавателем астромантии и с надписью: “Моей возлюбленной Ларе. Если хочешь увидеть нечто прекрасное, поверни вазу другой стороной.” Гаррет поспешил последовать совету надписи и отставил вазу подальше.
Небольшой страх, что Гаррет может найти ответный подарок от той самой Лары, закрался в его сердце, и он двинулся дальше уже осторожнее, стараясь ничего не трогать.
В комнатах пожилых людей есть особая атмосфера, можно даже сказать, шарм. Поэтому по закону жанра Гаррет встретил крупное кресло-качалку, ну, а как вы думали, пожилой чародей все же. На комоде покоилась длинная трубка с не менее дорогой табакеркой. Вероятнее всего, среди пожилых чародеев было своего рода соревнование, у кого длиннее трубка и дороже табак. В противном случае объяснить, почему на стене висела трубка длиной в добрую саблю, просто не получилось бы.
Гаррет ожидаемо услышал звук настенных часов, они должны были быть. Все неженатые пожилые люди должны иметь котов, несколько котов. Два зеленых пламенных шара, служивших пыльному комку коварства и кошачьего корма, наблюдали за Гарретом. Кот был настолько огромным, что в первую секунду Гаррет подумал, что перед ним просто анималист, принявший форму кота, но зло во плоти быстро доказало, что оно - кот, просто отвернувшись от грабителя и продолжив спать. Коты - единственные в мире существа, которым совершенно наплевать на ваше имущество, да вообще-то и на вас самих.
Грабитель медленно продвигался по комнате, стараясь неслышно ступать по двуслойным коврам. В одной из парадных комнат на Гаррета смотрел не без осуждения король Хигриф Пятый, дедушка нынешнего короля. Это также не удивило Гаррета. “Раньше было лучше” - это девиз всех людей старше тридцати пяти лет. Если не считать “Не стоило мне вчера доедать эту капусту!” Нездоровый кишечник и рьяный патриотизм были неизменными спутниками всех пожилых людей этого мира.
Король Хигриф Пятый был человеком прямолинейным, “не то что эти, сейчас”. Человеком, который объединил север, “а то так бы и болтали на своем басурманском!”, и границы Империи. Человеком, который установил определенные традиции в престолонаследии: “Нам нужен сильный король! А вы что?! Хотите, как в Ладе?!” Точнее, полную невозможность сменить наследника. И, разумеется, вызвал на себя гнев большей части остального земного шара: “Пусть только сунутся!”.
Гаррет уверенно коснулся картины и потянул ее край вбок, открывая стенной сейф. Традиции надо соблюдать.
- Какой же шифр мог использовать старый маразматик… - прошептал про себя Гаррет.
Вор оглянулся. Должно быть что-то легко запоминающееся на случай внезапного визита Альцгеймера. Рядом с сейфом лежала небольшая записка, текст которой гласил: "Семь королей восстанут из могил, девять сыновей сядут на престол в семи городах!"
- Ну ясно, долгая игра, которая приведет меня к каким-нибудь книгам, потом я буду ковыряться с загадкой на картине, и так одна цепочка будет вести меня к другой. Нет, не пойдет, это я так до утра не закончу, - вслух произнес Гаррет и положил записку на место.
Он вернулся в комнату, осматривая ее внимательно. Гаррет был внимательно осмотрен котом.
- Итак… старый идиот считал себя гением комбинаций. Если бы я был старым идиотом на заре жизни, куда бы я положил финальную комбинацию? - говорил сам с собой Гаррет и продолжал осматриваться.
Чудовище, состоящее на пятьдесят процентов из кошачьего корма и на другие пятьдесят из коварства, спрыгнуло на пол и двинулось вдоль комнаты мимо Гаррета. Вор пристально проследил за котом. Последний потянулся и двинулся к крупному зеркалу, где, открыв лапой потайную пластину, просто зашел внутрь.
- Старику стоило завести себе попугайчика… - усмехнулся Гаррет и последовал за котом к зеркалу.
Примитивный механизм скрывал потайной ход. Зеркало также имело отдельный механизм для котика, вероятнее всего, причиной для такого решения стали нестерпимые звуки, которые доносились из комнаты всякий раз, когда хозяин этого чудовища заходил в потайную комнату. Вывод: это была комната котика, но не профессора Хокрофта.
Гаррет отодвинул стеклянную дверь и протиснулся внутрь. Старик умел удивлять. Все это время сейф был обманкой, которая должна была привлечь внимание грабителя, а настоящая сокровищница была все это время тут!
Вор осмотрелся с улыбкой. Немного серебра, дорогое вино, кошачий корм, редкие книги, топазовое ожерелье, несколько старых, но, без сомнения, дорогих картин, еще немного кошачьего корма, шкатулка с топазами, золотые запонки и кошачий туалет.
Котик восседал среди топазов и делал свои дела. Присутствие Гаррета его не сильно смущало, но если бы последний попытался воспользоваться кошачьим туалетом, то мог бы возникнуть конфликт.
- Спасибо, малыш, без тебя я бы долго искал это место.
Котик, в будущем, без сомнения, бездомный, если профессор Хокрофт узнает о произошедшем, игнорировал слова Гаррета.
Гаррет потянулся к шкатулке с уже известной резьбой в виде белого дерева. Материал был легкий и очень приятный на ощупь, без сомнения, работа мерийцев или Тодда с Зеленой улицы. Он идеально копирует их работу, вынуждая самих мерийцев покупать давно пропавшие артефакты их лесной королевы, которые по случайности оказались у него. Кстати, самих мерийцев не сильно смущало обилие пропавших артефактов их королевы, чем больше, тем лучше, известный факт.
- Что у нас тут… - Гаррет с замиранием сердца приоткрыл ларец.
- Вор, я полагаю! - раздался женский голос позади него.
Тот факт, что его застукали на месте преступления, пугал его не сильно. Он не раз и не два оказывался в заключении. По большому счету, эти места мало чем отличаются от привычных нам. Те же азартные игры, тот же режим дня, обязательная работа, необходимость делить свою комнату еще с несколькими незнакомыми людьми. В свободной жизни разве что вид из окна может быть получше, да и то не всем с этим везет.
Проблемой было то, что он узнал, кому принадлежал этот голос. В этот момент любая самая строгая тюрьма показалась ему местом куда более предпочтительным, чем то, где он находился сейчас.
- Я знала, что в университете каждый второй - вор, - со спокойствием в голосе сказала Роксана Кастильон, - но мне никто не говорил, что куратор моей дочери тоже вор.
- Я… тут не все так просто, - Гаррет не решался обернуться, - это как раз ради нее. Ситуация двоякая, я понимаю.
- Двоякая? - ее голос изменился на более ласковый и одновременно более угрожающий. - По-моему, ситуация как раз донельзя очевидная. Можешь повернуться, но медленно.