Страница 21 из 60
– Зато я рада, что осталась с носом, – ехидно парировала я и махнула ей: – Заходи. Не хочу тебе помогать, но сделаю это.
Из кружев я довольно быстро сшила повязку, как у Алисы, но с бантиками и кружевами. А вместо завязок пришила тонкие полоски новой «резинки».
«Заодно и проверим на долговечность, – решила я, нацепляя на Мирельду маску. – И на гипоаллергенность. Если что, Мирельду не жалко!»
– С тебя две серебряных монеты, – сухо сообщила женщине, осторожно трогающей лицо. – Надеюсь, оплату не придётся ждать неделю!
И вытолкала её из дома.
Как же Мирельда бесила! В ней для меня слились в единое целое все те женщины, которые ложились с моими мужьями. С одной стороны, хотелось придушить. С другой – пожать руку и сказать «Спасибо, что забрала этого идиота»!
Но не время для воспоминаний.
Надо собираться и ехать к господину Лунарису!
Глава 28
– Пелли! – громко позвала я. Камеристка оторвалась от окна, через которое наблюдала за незваными гостями. – Помоги переодеться.
Женщина ткнула пальцем в стекло и пожаловалась:
– Они не уезжают. Рассматривают ваше магическое творение и шушукаются. Наверняка, новую гадость задумали!
– Пусть развлекаются, – отмахнулась я и тяжело вздохнула. – Если честно, после общения с этой женщиной я чувствую себя так, словно меня выжали. Такая пустота внутри! Будто проиграла…
– Так надо было дать ей пинка, – задорно отозвалась Алиса, тоже поглядывая в окно. – Вам же хотелось. Признайтесь!
Я невольно улыбнулась. Эта девушка обладала зорким глазом и быстрой смекалкой. Но, тем не менее, подтверждать её слова не собиралась. Теперь я не Ефанда Траяновна, которая без сомнений выдала бы пендель любовнице очередного мужа, а леди Серебрена…
«А какую фамилию мне теперь взять? – вдруг задумалась я, пока Пелли помогала мне снять простое домашнее платье. – Драконар я быть перестала. Род Фениксель не примет разведёнку обратно».
Я осталась в нижнем белье, которое первым делом сшила для себя вместо того ужаса, который здесь носили. Пелли покраснела, стоило ей глянуть на простой бюстгальтер из приятного к телу шёлкового кружева нежного фиолетового цвета, и трусики с завязками в тон. Такой привычный любой женщине нашего мира комплект, здесь был вопиюще неприличным.
– Неси это орудие пыток, – удручённо вздохнула я.
Дома я его уже давно не носила, но сейчас приходилось облачаться в то, что ежедневно терпели на себе местные леди. Ведь я еду во дворец! Появление в обществе без корсета могло спровоцировать скандал, а мне нужно получить официальное разрешение на открытие магазина.
Уже потом я постепенно внедрю среди дам красивое и удобное бельё.
В истории нашего мира это происходило постепенно, и мне тоже не стоило дразнить драконов.
– Я больше никогда этого не надену! – с чувством заявила Алиса, крепче затягивая мне талию. – Мне так нравится то, что вы мне сшили, хозяйка! Жаль, что Пелли не понимает, как это удобно…
– Тяни сильнее, болтушка! – недовольно пропыхтела камеристка.
– По-моему достаточно, – едва дыша, просипела я.
– Нет, – тоном инквизитора возразила Пелли. – Вы же едете во дворец! Нужно утянуть талию как можно больше. Сами же говорили, что талия женщины должна равняться обхвату шеи её мужа!
– Что я говорила?!
Даже похолодела от ужаса. Они хоть представляют, что творится с внутренними органами, когда талию утягивают до сорока сантиметров?! Мне совершенно не хотелось иметь проблем с пищеварением и мочеиспусканием.
Но Серебрена действительно верила в то, что говорила. Впрочем, она почти потеряла аппетит из-за измен мужа. А теперь её тело стало крепче и утратило болезненную худобу, поскольку я много двигалась и хорошо питалась. Вряд ли камеристка сумеет добиться нужных параметров.
– У меня нет мужа, Пелли… – с трудом дыша, прохрипела я. – Забыла?
– Ах да, – шнуровка чуть ослабла, и я торопливо вдохнула. Но женщина тут же снова затянула корсет туже. – Но это не значит, что вы можете показываться так. Ведь раньше у вас всегда была осиная талия. Что, если кто-то подумает, что вы беременны?
Я округлила глаза:
– Тогда бы я точно не носила корсет! Или…
Память Серебрены услужливо подсказала, что женщины здесь утягивались даже на поздних сроках беременности. Роды проходили крайне тяжело, и бывали случаи, когда мать и дитя не выживали. Даже знаменитая регенерация драконов не спасала леди, которые ежедневно вредили сами себе и ребёнку.
Пробормотала, шокированная открывшейся правдой:
– Тогда понятно, почему у Се… У меня нет детей!
Ослабленный организм Серебрены не перенёс таких истязательств. Скорее всего, обильные кровотечения, которые порой случались у леди Драконар, были выкидышами на ранних сроках.
«А ведь та глупая девчонка, которая соблазнила женатого мужчину и забеременела от него, тоже утягивается, как муравей», – внезапно посетила меня мысль.
Я ненавидела эту дамочку, что довела Сербрену до края, но не могла не думать о малыше, который ни в чём не виноват.
«История повторяется, Траяновна?» – горько спросила себя.
Глава 29
Моего последнего мужа дружки звали Волком, а я запомнила его как Сергея Травкина. Жаль, что Серёжа не сдержал своего слова и вернулся к банде. Позже я узнала, что причиной послужил неуёмный аппетит его юной, но бестолковой любовницы. За короткое время изменник соорудил любовное гнёздышко, прикупив беременной девице дом, машину и обязательное в то время норковое манто.
Когда Серёжи не стало, то любовница лишилась всего, включая и шубку. Признаться, девушка была довольно красива, сообразительна и беспринципна. Она быстро бы нашла себе нового «папика», не будь беременной. Эту небольшую неприятность любовница Сергея решила исправить за мой счёт.
Когда она явилась требовать деньги на аборт, я намекнула, что в тридцать недель это делать никто не станет. А подпольная клиника заберёт деньги и жизнь младенца, но при этом не даст гарантий, что мать выживет.
Благо, у дамочки нашлись крохи благоразумия на задворках мозга, умирать ей не хотелось. Впрочем, вымогать деньги она продолжила. При этом визжала, понося меня на все лады, так, что я сдалась и отдала ей всё, что когда-либо дарил мне Травкин.
Телевизор спустила с лестницы вместе с проигрывателем. А пока любовница пыталась собрать кассеты, я пересчитала, все ли предметы на месте в знаменитом сервизе «Мадонна». Раз! И под ноги летела очередная дорогущая тарелка. Два! Супница.
Закончилось дело тем, что я вручила этой женщине золотые ножницы… Предварительно проверив, как они стригут. К тому времени любовница Сергея уже не сопротивлялась и не визжала. Она терпеливо подождала, когда я отрежу ей локоны, забрала ножницы и поклялась, что не избавится от ребёнка. И, надо отдать ей должное, сдержала слово.
Позже она благодарила за «науку», поскольку с рождением сына её жизнь наполнилась смыслом, и даже некоторое время эта женщина работала на меня. Подругами мы не стали, но главное, что юный Серёжа Травкин жив и здоров. Он хорошо учился и поступил в колледж полиции.
– Да чтоб тебя! – выдохнула я и, проиграв внутреннюю борьбу, позволила Пелли затянуть меня посильнее. Пробубнила себе под нос: – Второй раз на те же грабли? Поздравляю тебя, Фаня! Ты – идиотка.
А потом решительно вышла из дома и направилась прямиком к Мирельде, которая задумчиво рассматривала нашу призрачную витрину. При виде меня молодая служанка ойкнула и спряталась за госпожу, а та покосилась с ненавистью и завистью. Не на меня, а на мою затянутую корсетом талию.
«А ведь верно, – покопавшись в памяти Серебрены, внезапно догадалась я. – Раньше талия Мирельды была настолько тонкой, что казалось, женщина вот-вот переломится пополам! Но с беременностью расширяются рёбра, и затянуться становится значительно сложнее».