Страница 90 из 127
Согревшись, мы легли в кружок, головами друг к другу, начали разговаривать, рассказывать весёлые истории из своей долгой жизни. Когда очередь доходила до меня, я вдохновенно сочинял что-нибудь, или вспоминал детство из прошлой жизни. Оно мне казалось наиболее безоблачным и весёлым.
Так мы развлекались, пока ребята не проголодались.
- Ой! – вспомнил я. – Меня, наверное, потеряли! Дедушка обещал накормить чем-то вкусненьким, уже, поди, всё остыло!
- Нас тоже будут ругать! – смеялись ребята. Мальчиков звали Владик и Денис, девочку Рита. Денис и Рита были братом и сестрой, Владик их соседом по даче, но в городе они учились в разных школах.
Мы быстро подружились, здесь, на даче, все ребята были нормальные, никто не выступал. Когда мы собирались домой, пришли пацаны постарше, жалели, что мы уходим, вместе веселее, говорили они.
- Возвращайтесь, как поедите! – звали они нас.
- Это Петька и Васька, - просветил меня Владик, - нас с ними всегда отпускают в лес, по грибы, или по ягоды. Хорошие ребята.
Когда я прибежал на дачу, дед с бабушкой уже заждались:
- Мы уже не чаяли тебя увидеть! – смеялись они, доставая ещё горячие румяные крылышки и жёлтую рассыпчатую картошку с зелёными огурчиками, - Андрюшка, как уйдёт с ними, так до темна!
- Мы кушать захотели! – ответил я, с урчанием набрасываясь на еду. Объеденье! Потом пил чай с травами, с сахаром вприкуску.
- Ба, я ещё с ребятами схожу на речку? – попросился я.
- Конечно, внучек! – засмеялась бабушка, - Для чего ещё дети сюда приезжают? Как там, наверху? Хорошо устроился?
- Просто шикарно! – ответил я, - Где можно купить такой спальник? – решился я на нескромный вопрос. Старики переглянулись.
- У нас есть один, детский, но старый совсем, прохудился.
- Я зашью! – горячо и радостно заговорил я, спрыгнув с лавки, на которой сидел.
- Иди к ребятам, я сама зашью! – махнула рукой бабушка, а я был на седьмом небе от такой удачи: ещё бы, столько проблем решалось с этим спальником! Я даже поцеловал смутившуюся бабушку в морщинистую мягкую щёку, перед тем, как убежать на речку.
Старшие мальчишки и впрямь оказались хорошими товарищами. Они не задавались, играли с нами, следили, чтобы долго не торчали в холодной воде.
Мальчишки рассказали мне интересные вещи. Оказывается, в этих местах появился опасный молодой преступник, встреча с которым вполне может стать фатальной. Этот безжалостный пацан, правда, возраст его неизвестен, может зарезать человека, не моргнув глазом.
Поэтому надо быть осторожными, по одному не ходить.
Я слушал новости, раскрыв рот.
- Откуда знаешь? – спросил я. Оказывается, соседка по даче рассказывала его матери новости, привезённые со станции «Верхнеулья». Там, на доске объявлений, даже его портрет висит.
- Говорит, этот пацан двух пацанов уже зарезал, и двоих милиционеров.
- Круто! – согласился я, сделав озабоченное лицо, - Он что, вот так ходит, и мочит всех подряд?
- Не знаю я, - пожал плечами Васька, - наверное, не всех…
- Может, тех, кто к нему пристаёт? – предположил я.
- Может, и так, но по домам мы вас проводим, а то, мало ли что!
Я даже удивился, не думал, что такие мальчишки есть на свете! Ну, кроме меня…
Но, как бы то ни было, когда начало темнеть, мы собрались, проводили сначала Риту и Дениса, сдав их на руки родителям, потом Владика. Последним проводили меня, причём Васька держал меня за руку, потому что я всё порывался убежать вперёд, не нравилась мне размеренная походка подростков: идёшь рядом, семенишь, пытаешься спокойно идти, отстаёшь. То ли дело, бегом!
С другой стороны, подхватил за руку Петька, и так, поднимая иногда, принесли меня деду с бабой.
- Вот, забирайте своего внука! Возвращаем в целости и сохранности!
Дед с бабой смеялись.
Потом показали мне спальник. У меня дух захватило от радости: мало того, что бабушка починила его, дед пожертвовал своей плащ-палаткой, и бабушка обшила спальник ею!
От радости я не мог произнести ни слова, только обнял свёрнутый спальник, как котёнка, прижавшись к нему щекой.
- Нравится? – смеялась бабушка.
- Нравится! – жалобно сказал я, - Баба Лара, это ведь, как котёнок, или щенок, его надо выкупить!
- Брось ты! – замахала руками бабушка.
- Он прав, однако! – улыбнулся дед, - Хоть пятачок, но нужно отдать!
- Ну, разве что пятачок, - согласилась бабушка, и осеклась, когда у меня в руке появились пять рублей.
- Пятачок! – сказал я, - Кто скажет, что не пятачок? А вообще, я готов вам и пятьдесят рублей отдать. Вы не думайте, деньги у меня есть! – уверил их я, - Мне дали на дорогу.
- Не надо, Сашенька! Обидишь. Убедил, что это пятачок, и ладно. А то мы от всей души тебе подарок готовили. Очень жаль, что завтра уходишь, - вздохнул дед.
- Ой, спасибочки! – воскликнул я, и полез на мансарду, примерить спальник.
- Через десять минут ужин! – крикнул мне дед.
- Хорошо! – отозвался я.
В комнатке Андрея я расстелил на полу спальный мешок и влез в него, застегнулся изнутри. Под голову удобно лёг капюшон. Хорошо! Можно ещё расти сантиметров на пятнадцать-двадцать.
Ну, на двадцать, может, я загнул, но всё же должно хватить, лет эдак, до двенадцати.
Уютно как… Я повозился, перевернулся на бок, на живот. Хорошо, когда у тебя такое тельце, небольшое.
Выбравшись из спальника, я аккуратно свернул его, и приторочил к рюкзаку. У него даже ремешки специальные имелись.
Спустившись на землю, я побежал к бабушке, обнял её, с радостной улыбкой.
- Что, внучек, угодила тебе старая? – смеялась бабушка.
- Ещё как угодила, бабушка! – довольно мурлыкал я.
- Ну, садись тогда, поужинаем. Не холодно тебе, в одних трусишках то? – забеспокоилась бабушка.
- Не холодно, бабусь! – засмеялся я, - Нагрелся за день, да и вечер тёплый!
- Смотри, комары заедят!
- Заедят, убегу, - ответил я, - пораньше спать лягу, завтра рано вставать.
- Жалко, Андрюшки нет, - посетовал дед. – подружились бы! Играли бы вместе!
А я подумал, что, будь с ними Андрей, не подсел бы к ним, не познакомился с этими чудесными стариками. Но и с Андреем хотелось познакомиться.
- Деда! – позвал я.
- Да, Саша?
- А там, наверху, это чья фотография? Андрея?
- Нет, не Андрея, - отозвался дедушка, - друг это его лучший, Олег. Уехали они куда-то на Дальний Восток. Андрей первое время вообще сам не свой был, изводился. Они ведь здесь каждое лето проводили, мы соседями были, вот эта дача была ихней, - показал дед на ладный, будто игрушечный, домик по соседству.
- Может, потому теперь Андрюшка не любит сюда приезжать, что всё напоминает ему о друге.
- Пишет? – спросил я деда.
- Не знаю. Наверное, пишет. Но это ведь совсем не то, лучше, когда рядом. Так ведь?
- Так, - согласился я, - а если произошло непоправимое? Как тогда быть? – пытливо вглядывался я в глаза деду. Дед глаз не отвёл:
- В душе его надо хранить.
- Вы коммунист? – спросил я.
- Коммунист. А ты?
- Я тоже, - кивнул я, - но, когда у меня погибла сестра, я сходил в церковь, и сестрёнка поселилась у меня вот тут, - я показал на свою худенькую грудь. - И теперь постоянно советуюсь с ней.