Расплата

8 глава. Буля

Утро выдалось тихим и ясным. За окном лениво кричали сытые чайки, где-то вдалеке тянулся гудок тяжеловоза. На кухне пахло синтетической клеёнкой, старым деревом и ароматным кофе — Вера поставила турку на плиту и, пританцовывая, ждала, когда он закипит.

На ней были чёрные лосины, короткий топ и спортивная кофта, накинутая сверху. Она двигалась легко, будто музыка звучала где-то внутри, и в тоже время — каждый её шаг, каждый поворот бёдер были как вызов. Арсений, сидевший у окна, невольно улыбнулся.

Он смотрел, как мягко скользит по полу солнечное пятно, как Вера в нём кружится, на мгновение застывая, будто балерина на сцене. Всё было хорошо — если бы не чувство тревоги, свербевшее под рёбрами.

Червячок беспокойства не давал покоя. Слишком уж всё было тихо после вчерашних гонок. Слишком спокойно.

Почувствовав его взгляд, она обернулась, игриво улыбнулась и снова отвернулась к плите.

— Не смотри так, — сказала, заправляя волосы за ушко. — А то кофе сбежит.

— От тебя… не сбежит, — усмехнулся он.

Старенький кухонный гарнитур скрипел при каждом движении, словно аккомпаниатор. За окном визжали дети, гоняя мяч, тарахтел мусоровоз, лаяла собака.

Обычное утро в обычном спальном районе.

Арсений выглянул из окна: внизу, между двумя огромными тополями стояла их старенькая «Шкода». Даже при свете дня невозможно было определить её цвет. И тут во двор тихо въехала серая «девятка», плавно притормозила у соседнего подъезда и заглушила мотор. Никто из прохожих даже не обернулся — обычная старая машина, таких во дворе десятки.

Никто, кроме Арсения.

Наверное, потому что последние дни он жил настороже, будто всё время ждал подвоха.

Дверца приоткрылась, и из машины вышел Рустам. Он натянул капюшон, вытащил из багажника два пакета и быстрым шагом направился к их подъезду. Поднялся на третий этаж, задержался у двери и коротко нажал на звонок.

Щёлкнул замок.

Арсений открыл, мельком заглянул на лестничную клетку и только потом впустил гостя.

— Утро доброе, — негромко произнёс Рустам, — Гляжу, живы оба — уже неплохо.

Вера неловко улыбнулась и незаметно перекрестилась.

Рус поставил пакеты у входа на кухню:

— Гюзель, я сам лично выбирал продукты для тебя. Поверь, ни для кого другого я бы так не старался, — сказал он, кивая в сторону Арсения. Едва заметная усмешка скользнула по его лицу.

Вера, стоявшая у плиты, смутилась, покраснела и опустила глаза.

— Спасибо, Рустам. Я как раз хотела завтрак приготовить.

— Тогда считай, я вовремя, — сказал он, снимая куртку.

Вера налила кофе в две чашки и поставила их на стол.

— Кофе? — предложила она Рустаму.

— «Хъвер хъа», — поблагодарил он на лезгинском языке и покачал головой.

— А?

— Спасибо, Гюзель, но я лучше чай. Если заваришь — буду благодарен.

— Конечно, — мягко ответила она и потянулась за чистой чашкой.

Рустам посмотрел на Арсения:

— Пойдём, поговорим, — тихо сказал он, кивнув в сторону комнаты.

Арсений коснулся её плеча, проходя мимо: — Мы недолго.

Рустам уселся в старое кресло у окна, поставил локти на колени. Арсений — напротив, на диван.

Между ними повисла короткая тишина, прерываемая только звоном посуды и шорохом на кухне.

— Ну, выкладывай, — сказал Арсений, чувствуя, как в груди снова начинает подниматься знакомое напряжение.

Рустам тяжело вздохнул и достал сигарету, не зажигая её.

— Ночь выдалась неспокойная, — произнёс он хрипло. — К нам снова приезжали «гости». В оба клуба. «Авангард» порядочно разгромили. А в «Коконе» сильно пострадали ребята. Двое сейчас в реанимации, в критическом состоянии. Никого не удалось задержать.

Арсений вначале застыл, а потом вскочил с дивана так резко, что стол перед ним зашатался.

— Чёрт…

— Не кипятись, брат. Не пугай девчонку. Не нужно ей этого знать.

Рус провёл ладонью по лицу и добавил:

— Сегодня выезжаю в столицу. Там у меня есть человек — мы вместе служили. Близкий друг. Занимает высокий пост в госбезопасности. Если кто и может помочь — то только он.

Он помолчал, глядя на Арсения.

— Иначе, нам пиздец, брат. Я сомневаюсь, что всё закончится отжимом двух клубов. И ещё… Вам с Верой пока лучше не светиться.

— Ты с ума сошёл?! — едва не взорвался Арсений. — После всего, что ты рассказал, я тут шкериться буду?! Ну, Аслан… ну, гондон! Сука! Ненавижу!!! Помоги мне его найти!

— Зачем? — холодно спросил Рус. — Вы с ним и так уже «пообщались». Хочешь повторить?

В глазах Сени мелькнула тьма. Он сжал кулаки, но сдержался.

— Ты сейчас полезешь на рожон — накроешь и себя, и её. Тебе нужна война или результат?

— Мне нужна справедливость! — выдохнул Арсений.

— Справедливость, брат, — это роскошь, которую не каждый может себе позволить, — отрезал Рус. — Иногда нужно отступить, чтобы сделать верный выпад. Дай мне время. Завтра утром я всё узнаю и свяжусь с тобой.

Арсений провёл рукой по лицу, будто стирая усталость и гнев. Он понимал, что Рустам прав, но от этого было только тяжелее.

— Ладно. Но сейчас мне, по-любому, нужно домой — собака одна, да и в «Эгиду» заодно заеду.

Рус изучающе посмотрел на него, затем коротко кивнул:

— Как знаешь. Только будь осторожен. Они могут следить за БЦ и за твоим домом тоже. К клубам вообще лучше не приближайся.

В этот момент в комнату вошла Вера с подносом — чай, сыр, оливки, бутерброды, варёные яйца.

— Мальчики! Завтрак готов, — сказала она, расставляя тарелки и чашки на стол.

— Спасибо, милая. Выглядит аппетитно, — Арсений заставил себя улыбнуться, затем взял свою кружку — с отколотой ручкой, — выпил залпом, почти не чувствуя вкуса, и начал натягивать толстовку.

Рустам встал и пошёл в прихожую, чтобы не мешать им.

— Ты что, уходишь? — спросила Вера, заглядывая Арсению в глаза.

Он подошёл ближе и обнял её за плечи.

— Ненадолго. Надо заехать домой, покормить Булю и заглянуть в «Эгиду», там документы кое-какие.

Она прижалась к нему, уткнувшись лбом в грудь: — Я не хочу, чтобы ты уходил.

Он вдохнул запах её волос, провёл ладонью по спине.

— Всё будет хорошо, слышишь? Рус оставит здесь своих ребят. Никто к тебе не сунется.

— А если…

— Никаких «если», — мягко перебил он. — Я не позволю ему снова тебя тронуть. Никогда.

Её глаза подозрительно заблестели, но она попыталась улыбнуться:

— Я приготовлю тебе ужин.

— Вот видишь, уже звучит как план, — усмехнулся он и поцеловал её в висок.

Из прихожей послышалось покашливание Рустама: — Я подожду в машине, чтобы не мешать вашим… стратегическим переговорам.

— Иди, я догоню, — ответил Арсений и усмехнулся.

Когда дверь за Рустамом закрылась, Сеня ещё раз крепко обнял Веру, потом быстро поцеловал в губы, взял ключи от машины и вышел.

Рустам стоял в накинутом капюшоне, облокотившись о дверь своей серой «девятки», и что-то проверял в телефоне.

Арсений вышел из подъезда, оглянулся по сторонам и подошёл к нему: — И где твои люди?

Рустам едва заметно улыбнулся и, не поднимая головы, кивнул в сторону киоска у соседнего дома.

— Там, — сказал он негромко. — Один делает вид, что ждёт, пока откроют киоск. Второй — курит у машины.

Арсений перевёл взгляд. Действительно — ничего подозрительного: двое обычных мужчин, будто просто коротают утро.

— Всё под контролем, — тихо добавил Рустам. — Если что — реагируют мгновенно.

Арсений коротко кивнул, затем достал сигарету и прикурил.

— Я так понимаю о Сане никаких новостей… — сказал Сеня, сплёвывая в траву.

— Увы… — сказал Рус, поджав губы и помолчав продолжил: — Сень, я тут подумал… может, мне Ирину с собой в столицу взять? Она толковая и сможет пригодится.