Тёмный век

– Спасибо, нам надо ехать.

Ощущения триумфа не было. Была только бесконечная усталость. Давно он так не уставал. И перенервничал примерно как во время нападения «моджахедов» на караван. Гудели ноги, болела спина, начала ныть рука в месте укуса. Хотелось одного – добраться до Клаусталя и рухнуть в постель. Хорошо ещё – Рогач пообещал, что сам разберётся с тушами. Оказывается, тут ничего не пропадало, и в дело, то есть – на переработку– пойдут и мясо, и шкуры, и кости. Ещё Рогач сказал, что сам доложит Сандерсу о выполнении задания и отметит, что новенький справился нормально, не подкачал.

Вернулись к дрезине. Погрузили на неё собак. Неподалёку стояло небольшое строение без окон. Может быть, рабочие, обслуживающие железнодорожные пути, держали там свои инструменты и грелись во время обходов. Сашу привлёк непонятный звук из этой будки. Подошёл поближе… Звук повторился. Дверь была не заперта. Внутри – темно и холодно. В свете фонаря Саша разглядел в углу какие-то коробки и кучу тряпья. Звук шёл оттуда. Жалобное попискивание. Младший заглянул и охнул. «Только этого не хватало!».

Утром Александр с трудом поднялся. Во-первых – поспать удалось совсем немного; во-вторых – всё тело ныло. Особенно – спина и рука в месте укуса. Осмотрев рану, увидел, что кожа вокруг укуса покраснела. Вспомнил предупреждение старосты. Да он и сам знал, что укушенная рана хуже, чем резаная или огнестрельная. У него в рюкзаке была небольшая походная аптечка. Саша открыл её и задумался. Йодом мазать смысла нет, воспаление уже началось. В маленьком пузырьке оставалась на донышке травяная настойка, которой он полоскал горло при ангине. Решил, что это – лучше, чем ничего. Из перевязочных средств имелся рулончик мягкой хлопковой ткани, нарезанной на полоски. Оторвал край, сделал тампон, смочил его в настойке, приложил к укусу. Замотал, закрепил булавкой. Пойдёт. В качестве болеутоляющего выпил последний пакетик порошка, который положено было принимать при простуде и кашле.

В углу комнаты лежала его походная одежда, в которой он был вчера. Вид и у куртки, и у штанов был изрядно потрёпанный. Да уж, досталось им вчера. Может быть, удастся подштопать.

Отсидев занятия, Саша решил всё-таки зайти в медпункт. Спина теперь болела гораздо меньше, но вот рука…

Он почему-то не удивился, увидев сидящую за столом и что-то пишущую в своём планшете Эльзу в белом халате и шапочке, хотя тут имелись и квалифицированные врачи. Повезло, сегодня её дежурство. Он уже знал, что в Академии не приветствуется узкая специализация. Так, Эльза, кроме основной своей работы, ещё встречала и тестировала новоприбывших. Кроме того, прослушав курс по медицинской практике, она несколько часов в неделю выполняла функции фельдшера.

– Это не от зубов. Я поскользнулся. Ничего опасного.

Но, похоже, ей уже успели рассказать эту историю.

– Как же ты так?.. Какой ужас. Надо быть осторожнее.

Вроде бы она его распекала. Но в синих глазах Саше почудился интерес, почти восхищение. Это было приятно. Как-то в Питере он слышал разговор «бойцовых котов» о том, что насилие и агрессия притягивают этих странных существ (не собак) сильнее, чем порядочность и чуткость. Он, конечно, тогда не поверил.

– Раздевайся.

Что, опять? Зачем, если ранена только рука? Ах да, убедиться, что больше нет глубоких покусов.

Секунду поколебавшись, Саша повиновался. Потом он сидел на стуле, а фрау Лемке наклонилась, чтобы обработать его руку. Легкий дискомфорт пополам с удовольствием – когда женщина, которая тебе симпатична, мажет саднящую рану дегтярной мазью и накладывает новую повязку. Спину она растёрла какой-то жгучей жидкостью с резким запахом.

– Ты крутой, Александер. До тебя три неофита просто отказались.

Вместо того, чтобы подтвердить: «Да, я такой», Саша вдруг, помимо своей воли, принялся горячо возражать.

– Был бы крутой, не подпустил бы к себе. Такой позор! Чуть не загрызли обычные барбосы… Напали, как слаженный отряд. Ещё и отступили будто по команде, чтобы потом снова напасть. Повезло, что они побежали в ту сторону, где шёл этот ваш Рогатый. Но если бы он помедлил, его бы порвали.

– Этот бы не промахнулся. Он и бандитов точно так же укладывал. А ты, оказывается, скромный…

Гордиться вроде было нечем. В паре шагов от обитаемых земель чуть не стал добычей своры четвероногих. Да, вели они себя нетипично, но незачем искать объяснения в духе мистики там, где были просто злобные псы… которых климат или конкуренты вытолкнули из их экологической ниши.

«Мы многого не знаем о мире, в котором живем шестьдесят лет».

И как вишенка на торте – оказалось, что уколы от бешенства-таки необходимы. А они не будут приятными.

– Месяц назад они погрызли констебля… А вчера, когда вы уже выехали, я узнала, что лесник нашёл на шоссе сильно поглоданный труп. Его не удалось опознать. Я волновалась. Сандерс не должен был отправлять тебя на это дело. Это было очень рискованно.

– Да ерунда, обращайтесь. У нас такие тоже водятся. Даже крупнее. В бывших городах. А в лесах – волки. Эти ещё больше. И медведи встречаются. Вот это страшно, если зимой.

Мой дед одного когда-то убил, прямо во дворе многоэтажного дома.

Я пока не сталкивался.

– Жуть, – она присвистнула. – Медведей у нас мало. А вот эти твари водятся по всей стране. Полковник рассказывал, что у волков забавные отношения с ближайшими родственниками.

– О чём это ты? – не понял Младший.

– Когда численность волка достаточная, собак они воспринимают не как полового партнера, а только как добычу. Загоняют и разрывают. Но если надо размножаться, а волчиц нет… то и собака сгодится.– Не знал. Смышлёные зверюшки. И похожи на людей.

– В чём? Когда нет того, кто нужен, сгодится и первый встречный? – усмехнулась Эльза.

От этой аналогии и от её прямого взгляда в глаза Младший смутился. Так женщины с ним себя ещё не вели. Его смущенная улыбка, похоже, её не оттолкнула.

Он, как обычно, ощущал себя скованным. Надо не молчать, но и не молоть чушь. У него была своя охота.

– Жуткие твари, – сказал он, просто чтобы заполнить паузу. – Хотя волки всё же опаснее. В деревнях, где я проходил, они многих заели. Как в Красной Шапочке. Спасает только то, что медведи ручные в будках сидят.

Не сразу, но она поняла и посмеялась.

Гуру отношений писали когда-то в сетевых журналах, что объекту надо «присесть на уши» и не замолкать. Замолчал – добычу потерял. Он, конечно, в это не особенно верил. Ещё там же было про чувство юмора, что это важно, когда ты умеешь увидеть в любой ситуации что-то забавное. Саша понимал чужие шутки и сам мог пошутить под настроение, но очень уж редко у него бывало такое настроение. Сегодня он совсем не был расположен к веселью, хотя и старался. Получалось так себе. К тому же он подозревал, что сейчас сам является добычей, а не охотником.

– Я должна извиниться, – Эльза вздохнула. – Надо было посоветовать Полковнику найти кого-то другого для этой работы, ты – слишком умный.

– Ничего, забудь. Похоже, это карма: человеку, который хочет писать философские сочинения или рассуждать о событиях планетарного масштаба, приходится уничтожать крыс, мышей, псов. Неужели даже здесь умение вышибать мозги ценнее, чем умение думать мозгами?

– Конечно, нет,, это было первый и последний раз. Больше тебя на такое задание не пошлют, если только сам не захочешь.

Младший кивнул. Не захочет.

– Что за человек ваш Полковник? – спросил Александр, рассматривая её, когда она отвернулась и чуть наклонилась, чтобы достать что-то из нижнего ящика медицинского шкафчика. Буквально ощупал её глазами, произошло это настолько рефлекторно, что стало не по себе. Отвёл взгляд за секунду до того, как она вернулась на место.