Тёмный век

На лице женщины отразилось сильное удивление, смешанное с огорчением.

– Не может быть... Мумифицированный? В здании почты? Погиб вскоре после Войны? Хотя... Я знаю, о ком ты говоришь. Это наш почтальон. Потерялся несколько лет назад. Бедный герр Хаусман... Он герой, как и его коллеги-предшественники, которые обеспечивали связь между людьми даже в первую Зиму. Выполнял свой долг, хотя был уже не молод. Развозил письма. Летом на лошади, зимой на лыжах. Когда он пропал, почему-то все решили, что его накрыло лавиной. Поэтому и не искали почти. Ужасно, родственники мучились от неизвестности, а он всё это время был совсем недалеко. Наверное, ему стало плохо, а никого рядом не оказалось. Теперь семья, наконец-то, сможет его похоронить. Эту вещицу я им передам. Она приняла у Младшего зажигалку. Тот, конечно, собирался оставить её себе. Но выполненный «квест» принесёт больше пользы, чем железка.

– Сочувствую. И ещё там же, недалеко от здания почты, под горой валяется мертвый разбойник. С этим тоже надо бы что-то сделать.

– Хорошо. Тоже похороним. Он, прежде всего, человек.

«Ничего себе, – подумал Данилов. – Тут почтовая связь даже во время ядерной зимы существовала!»

Младший знал, что перед Войной бумажные письма писали редко, почтой отправляли в основном только посылки, почтовые ящики были забиты счетами за электричество и рекламой. Люди в основном использовали электронную почту или сообщения в мессенджерах. Письма отправляли только разные конторы или государственные органы. Но когда всё рухнуло, связь вернулась в Раннее Средневековье. То есть, организованные средства связи были только у вождей. Первые годы даже радио работало очень неустойчиво. И такие энтузиасты-письмоносцы выручали жителей небольших поселений. На его Родине они тоже были. Их работа была опасной. И неблагодарной. Но главная её цель была не сентиментальной, не поздравления с днём рождения, не переписка с родственниками, а практической – как ещё договориться о совместных действиях, сделках, взаимопомощи? А обстановка на дорогах тогда была гораздо хуже, чем сейчас.

– Если всё окажется, как вы говорите, это Вам зачтётся. Я лично замолвлю словечко.

Вот те раз. Встреча с покойником действительно может быть к удаче.

– Благодарю, – произнёс Младший. – Данке шён.

– А вы полиглот, – улыбнулась она. – Может, и латынь знаете?

– Только несколько фраз. Coito ergo sum.

Он потерял «g» в слове cogito случайно. Но смысл поменялся на сто восемьдесят градусов, а фраза приобрела крайне пошлое значение.

Она рассмеялась. А он покраснел, когда до него дошло, что сморозил. Да уж, оговорочка по Фрейду…– Так даже точнее звучит. Уж римляне знали в этом толк.

Саше удалось, наконец, тоже засмеяться.

– Что ещё нужно для поступления? – он попытался вернуть всё в деловое русло и перестать глупо улыбаться.

«Только не тесты. Тесты не сдам», – подумал Младший. Ни на английском, ни тем более, на немецком.

– Что ещё? – произнесла девушка, делая вид, что перебирает бумаги. – Выполнить квест. Принести десять крыльев летучей мыши, пять волчьих хвостов, победить дракона… Я шучу! – воскликнула она, видя, как у Младшего округляются глаза. – Нет, всё гораздо проще. Мы принимали бы всех кто приходит, но необходимо отсеивать желающих пожить на дармовом хлебе, ничего не делая. Нам не обязательно нужны гении, но человек должен уметь воспринимать информацию. Не быть педагогическим имбецилом. Да, они не виноваты, крестьянская жизнь не сахар, но некоторых обучить даже мы не сможем. Им лучше быть лесорубами или каменщиками... работяг нужно больше, чем умников. Мы принимаем всех, кто покажет, что стремится к знаниям и способен их впитывать. А ты производишь впечатление. Тестов нет. Всего одна формальность. Написать эссе. О том, какова твоя цель, каким ты видишь будущее, чего хочешь от жизни.

Младший упустил момент, когда именно её речь сменила регистр на менее формальный, поэтому на русский теперь переводилась как обращённая к «тебе», а не к «Вам». Возможно, уже давно. Чёртов английский, в немецком тоже не было бы этой двойственности: Du и Sie, а не сплошное you.

«Сочинение, – перевёл для себя Младший. – Окей, постараемся».

Через десять минут он протянул ей исписанный с двух сторон лист на инглише. Чужой язык немного сковывал вдохновение, да и за грамотность Александр не мог поручиться. Но в остальном он мог генерировать подобные тексты с такой же скоростью, с какой думал.

– Это сойдет?

Женщина достала очки из футляра, начала читать. По её лицу было видно, что увлечена. Что он где-то рассмешил, где-то заставил задуматься.

После прочтения несколько минут молчала.

– Wow. С ума сойти. Нет, в плане грамотности есть куда расти… Но я проверяла не языковые навыки, а умение соображать. А ты владеешь навыками публициста. Как тебя занесло к нам? Может, это и не Пулитцеровская премия, но я первый раз встречаю живого журналиста в пустошах.

– Да так, – Младший почувствовал, что опускает глаза в пол. – С детства строчу от нечего делать. Выдумывать не умею, «Игру престолов» не напишу, фантазии не хватит. Но комментарии к реальным событиям, размышления… просто не могу себя остановить. Я вырос в деревне, там ведь ничего значительного не происходило. Собрали хороший урожай кабачков, а вот картошка не уродилась… Корова отелилась мёртвым телёнком, зато кошка принесла шестерых котят… Но я всё равно писал, даже о таких обыденных вещах. А потом много путешествовал… встречал интересных людей, бывал в интересных местах…

– Ох, ты. Представляю, сколько впечатлений! Потом расскажешь при случае.

– Обязательно.

– Можешь считать, что ты принят, – она ещё побарабанила аккуратным пальчиком по дисплею планшета, что-то вводя. – Приходи завтра к десяти. И перенеси свои вещи из гостевого домика в наш хостел. Он бесплатный. Сейчас каникулы. Занятия начнутся через неделю. А работа – прямо завтра.

Конечно, она знала, где он остановился. Не настолько они безалаберно подходят к безопасности.

– И ещё, может быть, самое главное, – решил добавить Младший. – В пути со мной бывало всякое. Я зверски устал от крови и жестокости. Надеюсь, у вас подобного не будет.

– Ты пришёл по адресу, странник. У нас тут в основном тихо и спокойно. А про твои приключения обязательно расскажешь. Я пишу, хм.... монографию по современной истории.

– С радостью, – идея ему действительно понравилась. – Так всё-таки в ваши ряды как-то можно вступить? Допустим, я пришёл не только за лекциями.

– Давай не торопить события. Сначала поступление, остальное потом.

*****

Работа оказалась привычной для Александра. Тут и «подай-принеси», и «копай глубже, кидай дальше», и много всякого такого, что занимало только руки, но не голову. Ему было не тяжело и не напряжно. Кстати, в другом месте такой труд мог бы служить оплатой за тёплый кров, пищу и постель. А здесь предоставлялось ещё и обучение, какое вряд ли где-то найдешь. Младший привык учиться бессистемно. В Заринске на момент его ухода, после опустошения, учинённого захватчиками, людям было не до высшего образования. В Питере всё было частное и прагматичное. А в самой Орде если и открыли какое-то заведение, чтобы готовить кадры – ему там места не было.

Сюда он пришёл не только и не столько для того, чтобы получить академические знания. Он хотел найти работу по душе и призвание, или нечто большее.

С утра Саша посещал занятия, потом вкалывал, по вечерам выполнял домашние задания. Оказалось, что имеется ещё испытательный срок продолжительностью месяц. Эльза не сказала ему об этом при их первой встрече. Вряд ли забыла, скорее всего – она настолько была в нём уверена.