Страница 53 из 60
Я засовываю обе руки в карманы и не говорю сразу. Я предпочитаю взвешивать слова, оценивать ситуацию, сдерживать гнев. Когда я даю ему волю, я краснею, и тогда всё становится ужасно.
Хуже некуда.
— Если ты продолжишь всё это портить, однажды ты проснёшься и поймёшь, что она того, блядь, не стоила. И что ещё хуже, ты поймёшь, что она даже не была… на твоем чертовом уровне, — добавляет она.
Она подходит ближе, не отрывая от меня глаз. А я тем временем пытаюсь понять, кем эта сука себя возомнила.
— Тебя ждёт блестящее, блестящее будущее, но мне страшно за тебя, Дэйн. Потому что иногда мне кажется, что ты всё испортишь ради того, что кажется правильным сегодня, — строгий взгляд её глаз немного смягчается, когда она выдыхает. — Ты не первый, кто пожалел бы, что поставил мимолётные эмоции выше многообещающей карьеры. Я уже это видела и надеюсь, что до этого не дойдёт, но… меня не покидает ощущение, что тебе понадобится чертовски сильный звоночек, чтобы взять себя в руки.
Она отходит, и её взгляд не отрывается от меня. С самого первого дня она думала, что зацепила меня, что моя главная цель в жизни — сколотить какое-нибудь невообразимое состояние, но она упустила из виду, что это не совсем я. Да, я целеустремлённый и у меня есть цели, но не настолько, чтобы рисковать всем ради достижения цели. Мой отец пример тому. Это был тот самый человек, и его жадность разорвала нашу семью в клочья. Именно поэтому я давным-давно поклялся быть глубже этого, быть честнее.
— Роуз, я согласился взять тебя на борт, чтобы ты руководила моей карьерой. А не чтобы ты управляла всей моей чёртовой жизнью, — резко говорю я, теряя самообладание, хотя и пытаюсь взять себя в руки.
— Эти два понятия — одно и то же, — настаивает она, — и тот факт, что ты этого не осознаёшь, означает, что тебе ещё очень многому предстоит научиться.
— Или, может быть, это означает, что до сих пор ты работала только с кучкой придурков, чей главный план — работать не покладая рук, а в итоге остаться богатыми и одинокими.
Кажется, мои слова повергают её в шок, и она замолкает, впервые за всё время. Я пользуюсь этой победой и возможностью выговориться.
— Я хотел бы быть тем парнем, ценность которого не оценивают по сумме на банковском счёте. И я понимаю, что это означает, что мне придётся упускать возможности время от времени, чтобы быть рядом со своей семьёй, но я готов пойти на это.
— Чёрта с два, — усмехается она. — Как быстро ты забываешь всё, что я для тебя сделала, Дэйн. Как быстро ты забываешь, что без меня ты бы не добился и половины своего успеха. Ты, чёрт возьми, мой должник! Ты правда думаешь, что я просто позволю тебе испортить карьеру мне? Или Шоне? Нет. Ни за что.
Опустив голову, я борюсь с желанием снова взорваться, чувствуя прилив крови к ушам, ощущая дрожь в руках, когда я подавляю ярость. Меня удерживает от этого только осознание того, что Джосс и остальные ждут меня внутри. Роуз не переубедит меня сегодня вечером, да и вообще никогда. Поэтому я решаю действовать быстро.
— Спасибо, что так упростила мне эту задачу, — говорю я. — Считай, наша совместная работа закончена.
Она недоверчиво смеётся и смотрит на меня, совершенно сбитая с толку тем, что я только что сказал. Она так долго держала меня за яйца, что я не мог двинуться ни влево, ни вправо без её разрешения, но эти времена прошли. Я твёрдо намерен жить так, как хочу, и Джосс занимает в моей жизни огромное место.
— Запомни мои слова — ты пожалеешь об этом решении, — кричит она, когда я ухожу. — Скоро начнётся суд над твоим отцом. Тогда я буду нужна тебе как никогда. Без меня всё развалится.
У меня нет для неё слов, и я чувствую, как её отчаяние растёт по мере того, как расстояние между нами увеличивается.
— Не уходи от меня! Мы ещё не закончили!
Её быстрые шаги приближаются сзади, но я не оборачиваюсь.
— Поскольку я знаю, каким невероятно упрямым ты можешь быть, я даю тебе время до завтрашнего полудня, чтобы передумать. После этого даю слово, что я устрою ад на весь твой грёбаный мир, Дэйн Голден. У меня есть сила, которую ты и представить себе не можешь, сила, которая может сделать тебя никем или сломать тебя, мелкий засранец. Перейди мне дорогу, и ты увидишь, как холодно там, в одиночестве.
Я проскальзываю обратно в закусочную, а Роуз всё ещё кричит мне в спину, и, заперев за собой дверь, чувствую лишь облегчение. Наконец-то я вычеркнул эту мерзкую тварь из своей жизни.
Буквально.
Скатертью дорога, сучка.
* * *
@QweenPandora: Красавчик Ди и двойник Круэллы де Виль сегодня вечером устроили довольно жаркую беседу на парковке «У Дасти». Она — бренд-менеджер нашего мальчика и мать его скандально известной, брошенной спутницы — НеДжосс. Никто из свидетелей не осмелился подойти достаточно близко, чтобы услышать разговор, но, думаю, Дорогая Мамочка не слишком-то обрадовалась фотографии Красавчика Ди, ласкающего Девственную Лисицу. Хотя, может быть, Круэлле стоило бы лучше направить энергию на утешение НеДжосс?
Просто предложение, потому что, как мне кажется, девушке оно понадобится.
Извини, Мамочка, иногда такие вещи просто не срабатывают.
До скорого, народ!
Ваша П.
Глава 38.
Джосс
Улыбка расплывается на моих губах после того, как я прочитала пост Пандоры уже как минимум четыре раза. Я поняла, что правильно определила дух Круэллы в Роуз.
Дэйн звякает ключами, отпирая дверь в лофт, и я вхожу следом за ним. Он молчал после разговора с Роуз, и я гадаю, как прошёл разговор. Он почти ничего не сказал, что, как я предполагаю, означает, что много говорила она.
Он ждёт и предлагает руку, пока я выскальзываю из туфель. Затем мы идём сквозь темноту, не включая свет. Наши шаги, переплетённые пальцы, эхом разносятся по коридору, и я ожидаю, что он остановится у моей двери. Но он этого не делает. Вместо этого он ведёт меня в его комнату, и он не отпускает, пока я не оказываюсь у кровати, наблюдая за его силуэтом, пока он снимает пиджак и ослабляет галстук.
— Хочешь поговорить о том, что произошло?
Он задумывается на мгновение, затем качает головой, вызывая моё любопытство. Наклонившись ближе, он отвечает, и тепло его губ согревает мою шею.
— Нет. Единственное, чего я хочу… — это трахнуть тебя.
Грубость его голоса выдаёт его гнев.
Что, чёрт возьми, сказала ему Роуз?
Он спускает бретельки моего платья с обоих плеч. Резкое движение, рывком прижимая меня к себе, он стягивает ткань с моего тела к бёдрам. Платье падает к моим ногам, и я переступаю через него. Его руки сжимают мои рёбра, и я понимаю, что права насчёт того, что он сегодня в форме. Он необуздан, эмоционально раскрепощён и… я не ненавижу то, что это в нём пробуждает.
Его пальцы скользят мне под нижнее белье, затем внутрь меня, пробуждая прикосновением мой клитор. Он поглаживает его восхитительно мягкими круговыми движениями, и эта нежность контрастирует с напряжением его плеч, когда я сжимаю их.
Мои соски твердеют под кружевом бюстгальтера, прижимаясь к его груди. Его губы наконец-то дотягиваются до моих и пожирают меня глубоким поцелуем, полным страсти, разочарования и желания. Я чувствую его член у своего бедра, который с каждой секундой становится всё твёрже, натягивая ткань его брюк.
Он так сильно возбуждён, и я хочу ему помочь, хочу облегчить его страдания.
Я чувствую его взгляд сквозь темноту, когда отстраняюсь, опуская руки к молнии. Он не отрывает от меня взгляда, пока я спускаю брюки с его твёрдых, как камень, бёдер, а затем опускаю их на пол, прихватив с ними боксёрские трусы.