Своевременная замена

Глава 4. Примфы.

Дэ Шэн вздрогнул и сел на кровати. В груди стучало сердце, по телу бежали мурашки. Он был в своей комнате. Утро пробивалось сквозь шторы. Рядом на полу мирно лежал тот самый мягкий тапок.

Он глубоко вздохнул, пытаясь унять дрожь. И вдруг... осознание пришло как озарение.

Стена.

Он повернул голову к тому углу, откуда появилась Мэй Ли. Обычные обои, ни единой трещины. Как она могла выйти из стены? В яви такое невозможно. Значит...

— Это был сон, — прошептал он. — Весь этот хаос... это происходило во сне.

Но почему тогда воспоминания были такими яркими? Почему он чувствовал прикосновение Ле Бина, слышал стальные нотки в голосе Юн Лу, ощущал запах озона после ухода Мэй Ли?

Ответ пришел сам собой, тихий и неумолимый: потому что это не был обычный сон. Это было пространство, полностью контролируемое ими. Жрецами Обители Юн Мэн. Они могли делать в нём всё что угодно – менять законы физики, материализоваться из стен, сражаться неведомыми силами. И всё это – внутри его же собственного сознания.

Мысль была одновременно пугающей и унизительной. Его самый сокровенный внутренний мир, его личное пространство оказалось всего лишь игровым полем для могущественных незнакомцев.

Он потянулся к стакану воды на тумбочке, и его взгляд упал на собственную руку. Там, на внутренней стороне запястья, проступал едва заметный, словно татуировка, выполненная серебристой пыльцой, символ – переплетение иероглифов *永梦居.

***Обитель Вечных Снов***

Дэ Шэн медленно провел пальцем по знаку. Кожа в том месте была чуть теплее, пульсируя в такт его сердцебиению. Это не было сном. И не было явью в привычном понимании. Это было Приглашением в мир, где сновидения становились работой, а чужие прошлые ошибки – его настоящим.

И его наставником в этом мире был циничный, язвительный Ле Бин, чьи подопечные, по словам Мэй Ли, «гибли с пугающей регулярностью».

"Прекрасные перспективы", — мрачно усмехнулся он про себя.

Но даже сквозь горькую иронию в нем шевельнулось что-то еще – упрямое любопытство. Способность ходить по снам... Что это вообще значит? И почему они, эти всемогущие жрецы, так нуждаются в таких, как он?

Он сжал руку в кулак, чувствуя под пальцами теплый след символа.

Похоже, у него действительно не было выбора. Но, возможно, в этом новом, абсурдном мире ему наконец-то представится шанс найти ответы на вопросы, которые он задавал себе всю свою не примечательную жизнь.

И первый из этих вопросов был простым и ясным: как долго он продержится под началом жреца, который, судя по всему, ненавидел его уже за сам факт существования?

Дэ Шэн сидел на кровати, вглядываясь в таинственный символ на запястье, когда знакомое искажение пространства нарастало у его письменного стола. Но вместо Ле Бина из него появилась Мэй Ли. Ее темно-зеленые одежды казались почти черными в утреннем свете.

— Ле Бин отстранен от твоего обучения, — без предисловий заявила она, её взгляд был твердым и не терпящим возражений. — Его методы... оказались неподходящими.

Дэ Шэн почувствовал странный укол разочарования. Неужели он уже успел привыкнуть к своему циничному наставнику?

— Что случилось?

— Случилось то, что должно было случиться, — Мэй Ли скрестила руки на груди. — Совет узнал о твоём «инциденте» с флотилией. Ле Бин взял всю вину на себя, утверждая, что не обеспечил должной подготовки. Его отправили... на переосмысление.

Она произнесла последнее слово с легкой гримасой, давая понять, что «переосмысление» – дело неприятное.

— Сейчас, — продолжила она, подходя ближе, — у тебя есть выбор. Ты можешь отказаться. Символ будет стерт, воспоминания — заблокированы. Ты вернешься к обычной жизни.

— А второй вариант? — тихо спросил Дэ Шэн.

— Второй вариант... — Мэй Ли внимательно посмотрела на него, оценивая. — Ты продолжишь обучение под моим руководством. Будешь отправляться каждую ночь на планету примфов, проходить стажировку, а после экзамен. Но знай: я не Ле Бин. Я не буду тебя провоцировать и не стану ждать, пока ты совершишь ошибку. Я буду требовать. Жестко. И если я решу, что ты непригоден... последствия будут куда серьезнее, чем просто стереть память.

В ее глазах горел холодный огонь. Это была не угроза, а констатация факта.

— Почему? — не удержался Дэ Шэн. — Почему вы вообще предлагаете мне шанс? После того, что я не смог предотвратить то, что должен был?

Мэй Ли на мгновение замолчала, её взгляд смягчился на долю секунды.

— Потому что Ле Бин, несмотря на все свои недостатки, редко ошибается в людях. И перед тем, как его увели, он сказал мне одну вещь. — Она сделала паузу. «Он не сломался. Испугался – да. Но не сломался. А это дорогого стоит.»

Дэ Шэн завис на несколько секунд, а после в его глазах вспыхнули огоньки решимости и он твёрдо заявил — Я остаюсь. — Уголки губ Мэй Ли дрогнули в подобии улыбки.

— Хорошо. Тогда первое правило: забудь все, чему тебя пытался научить Ле Бин. Его подход — это грубая сила, вскрытие узлов напрямую. Мой метод... тоньше.

Она провела рукой по воздуху, и пространство перед ними заполнилось сложным узором из серебристых нитей, но на этот раз они были тоньше, призрачнее.

— Ле Бин видел в тебе молоток, способный разбивать проблемы. Я же вижу... скальпель. Или иглу. — Она указала на едва заметное дрожание одной из нитей. — Видишь? Это не разрыв. Это... намек. Возможность. Задача посыльного – не чинить сломанное, а направлять. Подсказывать. Делать так, чтобы нужное решение пришло само.

Дэ Шэн смотрел, завороженный. Подход Мэй Ли был подобен искусству вышивки по самой ткани реальности.

— Ты будешь не генералом на поле боя, — продолжала она, ее голос притих, становясь почти шепотом, полным силы. — Ты будешь шепотом в ухе советника. Случайным встречным, который вовремя подскажет дорогу. Сном, который наведет на верную мысль. Ты будешь не менять историю, а вдохновлять ее на правильный путь.

Она повернулась к нему, и в ее глазах горела странная смесь строгости и одобрения.

— Готов? Твое первое задание ждет. И помни — за тобой пристально наблюдают. Не только я.

Она не стала уточнять, кто еще. Но Дэ Шэн понял. Где-то там, в застенках Обители, остальные жрецы, возможно, тоже следили за ним. И от того, как он справится, зависело только его будущее.

Он кивнул, чувствуя, как на смену растерянности приходит новая, незнакомая решимость. Решимость не выживать, а учиться. И доказать – себе, Мэй Ли, и отстраненному Ле Бину – что их вера в него не была напрасной.

Мэй Ли провела рукой по воздуху, и серебристые нити реальности расступились, открывая вид на необычный мир.

— Это Примфа, — объявила она, и в ее голосе впервые прозвучали нотки чего-то отдаленно похожего на теплоту. — Наш учебный полигон. Здесь правила… гибкие.

Дэ Шэн смотрел, завороженный. Перед ним раскинулся город, вокруг него вода, дальше горы, горизонт, солнце стоящее в зените, плывущие облака, где-то в далеке замки, будто другая эпоха. По улицам города, мощенными сияющим камнем, ходили существа, в которых причудливо сочетались человеческие и звериные черты. Девушка с кошачьими ушами и хвостом торговалась за фрукты с бородатым торговцем, чьи клыки выдавали в нем волчью природу. В небе пролетело существо с крыльями ястреба и телом человека.

— Зверолюди? — не удержался Дэ Шэн.

— Примфы, — поправила Мэй Ли. — Они не совсем люди и не совсем звери. Они — идеальные тренировочные партнеры. Достаточно разумны и сильны, чтобы создавать сложные ситуации, и достаточно инстинктивны, чтобы их реакции были непредсказуемыми. Здесь ты научишься читать тех, кого не понимаешь. Это пригодится, когда будешь работать с людьми из далеких эпох, чьи мыслительные процессы тебе чужды.