Страница 61 из 68
Роби: Я отправлю патрульную машину на её поиски, но предупреждаю: людей в её состоянии трудно найти, если они сами этого не хотят. Но ты же знаешь, мы сделаем всё возможное.
Блю: Я дам вам знать, если увижу или услышу что-нибудь ещё.
— Чем бы ты хотела поделиться с классом? — поддразнивает меня дядюшка Дасти, когда ловит меня на том, что я тайком отправляю сообщение между клиентами.
Смутившись, я засовываю его обратно в карман и улыбаюсь.
— Нет, просто Джулс есть Джулс.
— Ни слова больше, — смеётся он. — Заказ на двенадцатый столик готов.
— Отлично. — Я хватаю бургер и картошку фри, которые он только что положил на тарелку, и направляюсь через закусочную.
Не успеваю я принести заказ клиенту, как над дверью раздаётся звонок, и мне приходится поприветствовать нового клиента.
— Доброе утро, сэр. Присаживайтесь, где вам удобно. Я сейчас подойду, — говорю я с улыбкой. Посетитель же, напротив, стоически приподнимает шляпу и занимает место в углу.
Я смотрю на него, когда иду, чтобы рассчитать другого клиента, а затем останавливаюсь рядом с новым посетителем, ожидая, когда он озвучит заказ.
Его одеколон крепкий, но не дешевый, а его туфли выглядят так, будто стоили ему руки, ноги, а может, даже и уха.
— Могу ли я предложить вам что-нибудь выпить? — спрашиваю я, чувствуя, как от этого парня исходит довольно сильная энергия, хотя он ещё не произнёс ни слова.
— Сегодня только кофе, — отвечает он, и от глубины его голоса у меня по спине пробегает холодок.
— Звучит хорошо. Хотите кусочек пирога или что-нибудь ещё к нему?
Он смотрит вверх, поля его шляпы всё ещё отбрасывают тень на его глаза, на его лице странная ухмылка.
— Нет, спасибо. Только кофе.
Чувствуя себя неловко, я улыбаюсь и возвращаюсь к стойке за кружкой. Я не спускаю с него глаз, пока наливаю. Так пристально, что чуть не проливаю и не обжигаю руку. Взяв поднос, я несу ему заказ.
— Спасибо, — говорит он своим неземным глубоким голосом, и я снова только киваю, прежде чем бежать обратно к другой стороне стойки.
— Всё в порядке теперь, когда Майк вернулся? — спрашивает Дасти, ненадолго отвлекая моё внимание от незнакомца, когда я бросаю взгляд в сторону кухни.
— Это… странно, но не так плохо, как я думала, — объясняю я.
— В последнее время я реже видел Скар, поэтому решил, что она проводила с ним большую часть времени после школы.
Я киваю, подтверждая предположение Дасти.
— Да, кто бы мог подумать, что он хоть раз сдержит слово?
Когда я снова смотрю на него, Дасти поднимает взгляд, всё ещё разделяя моё внимание между ним и незнакомцем.
— Нет никаких признаков того, что он снова начал пить?
Я качаю головой.
— Удивительно, но нет. Насколько я могу судить, он ходит на работу, а потом проводит остаток дня и вечера, присматривая за Скар. Он даже был на всех моих играх.
Выражение шока на лице Дасти говорит само за себя.
— Будь я проклят.
— Именно так я и думала, — отвечаю я со смехом, но тут замечаю в воздухе руку. Это странный парень, манящий меня к своему столику.
— Это моя реплика.
Я отталкиваюсь от стойки и по пути хватаю кофейник. Скорее всего, он просто хочет добавки.
— Еще кофе? — спрашиваю я, снова выдавливая из себя улыбку.
Мужчина встречается со мной взглядом, и в его взгляде читается такая жестокость, от которой мне хочется убежать в другую сторону.
— Вообще-то, я уже полностью готов к сегодняшнему дню, но я хотел дать тебе чаевые, прежде чем уйду, — отвечает он, но вместо того, чтобы сунуть мне в руку наличные, он крепко хватает меня за запястье и резко притягивает ближе к своему худому телу.
У меня вырывается вздох, но строгий взгляд заставляет меня замолчать.
— На твоём месте я бы этого не делал, — предупреждает он, словно замечая, что я поднесла к нему обжигающе горячий кофейник. Я готова вылить всё это этому придурку на колени, если он не отпустит.
— Чего вы хотите?
Мой голос дрожит, но я надеюсь, он не воспримет это как слабость. В конце концов, у меня есть ёмкость с горячей жидкостью, которая может изменить его жизнь самым худшим образом.
Он ухмыляется.
— Ты пугливая, не так ли? Вин, кажется, тебя уже раскусил.
При упоминании этого имени моё сердце замирает, а колени слабеют.
— Расслабься. Мне просто нужно задать тебе несколько вопросов.
Он останавливается и оглядывается по сторонам, проверяя, не привлекли ли мы лишнего внимания. Убедившись, что никто, похоже, не заметил, он продолжает.
— Вину любопытно, с кем ты общалась. Он прослышал, что какой-то агент расспрашивает о нём, сует нос не в своё дело. И, уверен, ты догадываешься, что такая деятельность не идёт на пользу бизнесу, — объясняет он, пристальнее разглядывая меня. — И тебе, наверное, тоже. Или Скарлетт.
— Не вмешивайте в это мою сестру, — предупреждаю я, чувствуя, как крепче сжимаю ручку кофейника.
— Просто скажи мне, с кем ты говорила и что ты сказала, и я пойду дальше своей дорогой. — Он одаривает меня лукавой улыбкой, которая ничуть не успокаивает меня, а его ногти ещё глубже впиваются в мою кожу.
— Я ни с кем не разговаривала. Что бы он ни слышал, это не имеет ко мне никакого отношения, — лгу я.
Эти его блестящие глаза-бусинки не отрываются от моих, сверля меня словно два сверла, а потом улыбка исчезает снова.
— Ладно, — говорит он слишком небрежно. — Как хочешь.
Я перестаю дышать, когда он лезет в карман, и чувствую лишь лёгкое облегчение, когда он вытаскивает оттуда только телефон. Я наблюдаю, как он листает страницы, пока не находит то, что искал. Когда он поворачивает телефон ко мне, я вижу фотографию Скар, идущей по школьному коридору. Одна, без малейшего понятия, что она вообще уязвима. Это зрелище потрясает меня.
— Даже там, где, как ты думаешь, что нас нет, мы есть, — поддразнивает он, его улыбка становится шире. — Что бы ты ни делала, мы всегда рядом, — добавляет он, издавая мрачный смешок, от которого меня тошнит.
Глядя на него и слыша эти слова, я забываю дышать.
— Есть одна маленькая вещь, о которой тебе следует помнить, — напевает он.
— Я сделала именно то, что просил Вин, — говорю я тихо, стараясь не кричать и не привлекать внимания. Очевидно, что последнее, что мне сейчас нужно, — это создавать себе ещё больше проблем.
— Он хотел, чтобы я разбила сердце его сыну, и я это сделала. Мы расстались уже неделю назад. Чего ещё он от меня хочет?
О, Боже. Не смей плакать.
Я сдерживаю эмоции и смотрю прямо в глаза этому мужчине, заставляя его думать, что я ничего не чувствую.
— Может быть и так, — отвечает он. — Но подразумевалось, что ты также будешь держать рот на замке.
— И я это сделала! Я хожу на занятия, работаю и сижу дома. Я никуда больше не хожу и ни с кем не разговариваю!
Несмотря на то, что мужчина увидел, что я взволнована, он небрежно пожимает плечами.
— Ну, это же не нам решать, верно? Так что на твоём месте я бы постарался держать нос по ветру. Потому что, как ты, конечно, знаешь, наш общий друг не из тех, кто даёт второй шанс.
Его взгляд становится глубже, и я вся дрожу, но он тут же отпускает меня и снова улыбается. Поднявшись, возвышаясь надо мной, он приподнимает шляпу и оставляет меня с прощальными словами.
— До скорой встречи.
Широкими шагами он добирается до двери. Я не спускаю с него глаз, пока он не скрывается, и наконец делаю вдох, когда он покидает парковку на невзрачной чёрной машине. Он уехал слишком быстро, чтобы разглядеть его номер, так что я даже не могу определить, кто это был. Всё, что я могу сделать, – это отправить Роби последнее сообщение.