Страница 62 из 68
Блю: Вин тебя вычислил.
Глава 43.
Уэст
Уэст: Ты сказала, что мы можем написать, если нам понадобится помощь, так что, полагаю, так и есть.
QweenPandora: Ну что ж, какой приятный сюрприз. Ты прав, я действительно это предлагала, так что чем я могу тебе помочь?
Я смотрю в телефон, разглядывая закусочную «У Дасти» на соседней улице. Уже десять минут я сижу на соседней парковке, обдумывая свой следующий шаг.
Как только мне позвонила Саутсайд и сообщила, что парень Вина зашёл к ней с угрозами, я прыгнул в машину и поехал сюда. Только она дала мне чёткое указание не появляться, по понятным причинам.
Но как, чёрт возьми, я могу держаться подальше, когда знаю, что она сейчас в ужасе? Когда знаю, что она нуждается во мне? И то, что всё это делает мой отец-придурок, ничуть не помогает.
Я делаю глубокий вдох и снова смотрю на сообщение, понимая, что пришло время действовать.
Уэст: Я знаю, что это противоречит твоей личности и твоим действиям, но… мне нужно, чтобы ты скрыла все фотографии меня и Блю, которые твои подписчики могут прислать, а также любые фотографии, которые выдают моё местоположение. Это, возможно, не очень логично, но ты можешь это сделать?
Я нажимаю «отправить» и жду, думая, что, наверное, совершаю ошибку, говоря так много, но полученный ответ меняет моё мнение.
QweenPandora: Почему ты думаешь, что я этого уже не делаю?
После этого вопроса мой на мой телефон обрушивается поток изображений — одно за другим, где я пробираюсь в раздевалку, чтобы увидеть Саутсайд; где я за рулём машины Рикки в ту ночь, когда я приезжал к ней домой; и даже то, где я, находящийся прямо сейчас на этой парковке и похожий на того самого преследователя, которым меня назвала Саутсайд.
Очевидно, Пандора прикрывает нас уже пару недель, а мы об этом не догадывались.
QweenPandora: Не знаю, почему вы двое притворяетесь, но я почти уверена, что это как-то связано с нашим общим врагом. Так что я с радостью подыгрываю, подпитывая людей той драмой, которая им так нравится, пусть даже это и полная ложь ;)
Я совершенно ошеломлён, не могу подобрать слов, поэтому говорю единственное, что приходит мне в голову. Самое простое.
Уэст: Спасибо. В последнее время у нас было не так много людей, кому можно доверять.
QweenPandora: Не за что. А если я могу сделать что-то ещё, не стесняйтесь. Чем быстрее мы избавимся от сами знаете кого, тем лучше для всех. Кстати, я недавно тоже стала своего рода фотографом-фрилансером. Дай мне пару часов. Я пришлю несколько фотографий, которые смогут вас заинтересовать.
Уэст: Принял к сведению. Буду на связи.
С этими словами я паркуюсь позади шиномонтажа, где я находился всё это время, а затем бросаюсь через дорогу к «Дасти», полагая, что любые компрометирующие фотографии, которые получит Пандора, никогда не станут достоянием общественности.
Влетев в закусочную, я оглядываю её от угла до угла, пока не замечаю Саутсайд. Она убирает со стола у дальней стены, и я пробегаю мимо трёх посетителей, заканчивающих трапезу.
— Уэст, что ты здесь делаешь? Тебя же кто-нибудь увидит! — пытается прошептать она.
Её глаза говорят совсем не то, что только что слетело с её губ. Они говорят, что она рада, что я здесь, несмотря на все чёртовы правила, которые мы сейчас нарушаем. Она бросает быстрый взгляд в сторону своего дядюшки, который возится с грилем, а затем она снова обращает своё внимание на меня.
— Что ты здесь делаешь? — повторяет она, но я игнорирую её вопрос и задаю свой собственный.
— Он тебя не тронул?
Она глубоко вздыхает и отвечает со вздохом:
— Только запястье.
Этот ответ заставляет меня осторожно взять её за руку, чтобы лучше рассмотреть. У неё синяк прямо там, где этот ублюдок её схватил. Я искал кого-нибудь, на ком можно было бы выместить всю свою накопившуюся ярость, и кем бы ни был этот придурок, он стал бы идеальным кандидатом.
Она высвобождает свою руку из моей, и я не упускаю из виду панику в её глазах.
— Уэст, тебе нельзя здесь находиться. Мы не можем рисковать…
— Я об этом позаботился.
Когда я перебиваю её, она замолкает, но всё ещё не уверена.
— Взгляни на это.
Я достаю телефон из кармана, открываю переписку с Пандорой и передаю ей. Саутсайд листает, и мне не нужно ничего говорить, потому что доказательства говорят сами за себя. Изображения, которые Пандора уже получила и утаила, означают, что она на нашей стороне.
— Она знает, — шепчет Саутсайд, воспринимая всё так же, как и я минуту назад.
— И она нас защищает, — добавляю я, кивая. — Она предложила нам написать ей личное сообщение, я воспользовался её предложением, и вот что она мне ответила.
Саутсайд лишается дара речи, но я понимаю, что времени в обрез.
— Твой дядя позволит тебе сделать перерыв?
Она снова бросает взгляд на Дасти, и неудивительно, что он уже за нами наблюдает. Уверен, моё имя здесь в чёрном списке, ведь последнее впечатление, которое я оставил о себе тут, было то, что я осквернил его племянницу секс-видео, которое потом стало вирусным. Так что могу только догадываться, о чём он сейчас думает.
— Это ненадолго. Он не будет возражать, — отвечает она.
Мы проскальзываем в кабинку, и вот уже несколько недель мы не появлялись вместе на публике. Я протягиваю ей руку через стол, и она встречается со мной взглядом.
— Ты в порядке?
Этот вопрос доводит её до слез, она готова расплакаться, также, как когда она позвонила мне чуть больше получаса назад.
— Я справлюсь.
Этот ответ совершенно неудовлетворителен. На самом деле, теперь я злюсь ещё больше, чем прежде. Всё потому, что он служит доказательством того, что Вин побеждает, и из-за этого мы в полной заднице.
— Мы не можем так продолжать. Знаю, у нас был план, но что-то должно измениться. Если этот придурок, пришедший сюда, нам о чём-то и говорит, так это о том, что наших действий недостаточно. Вин растопчет всё — и всех — что встанет между ним и его желаниями. Мы — лёгкая добыча, — заявляю я. — Он может делать всё, что ему вздумается, и пока что наш лучший выход — делать вид, будто мы маршируем под его чёртов барабан. Меня от этого, блядь, тошнит.
Она молчит, потому что знает, что я прав.
— Я не могу просто… ничего не делать, — заключаю я. — Мы сидим и ждём неопровержимого доказательства, в существовании которого даже не уверены. Тем временем он ужесточает свои действия, набирает силу, собирает союзников, которые поручатся за его коварную задницу, и скоро мы ничего не сможем с этим сделать.
Когда я заканчиваю говорить, я почти задыхаюсь, думая о том, насколько глубоко мы увязли. Рикки сделал предложение несколько недель назад, и в последнее время я часто об этом думаю. Это заставляет меня задуматься, не является ли единственный способ спасти жизни окружающих меня людей — положить конец жизни Вина. Он совсем съехал с катушек, и кажется, что мы ведём заведомо проигранную битву. И теперь нам нужно предпринять что-то радикальное.
— Ты уходишь? — спрашивает Саутсайд, поднимая взгляд, когда я встаю.
— Мне нужно кое-что сделать, но я позвоню, когда всё будет сделано.
На её лице читалось беспокойство.
— Уэст...
Я оборачиваюсь, когда она называет моё имя, и она уже встаёт, подходит ближе. Она берёт меня за руку, и мой взгляд перемещается туда, наши пальцы переплетаются.