Осмотрительный

20

– Командир, есть проблема, – не такого доклада Макс ожидал после завершения ремонтных работ. Они, судя по наблюдениям, прошли вполне штатно и без эксцессов, и тут такое.

– Игорь, какого рода проблема?

– С ремонтом не связанная, к счастью. Но я прогнал в компе парочку сценариев, и понял, что топлива нам хватит на неделю от силы.

– Так вот чем ты полдня за консолью занимался! Новости хреновые конечно, надо думать, где топляк взять. Кстати, а что конкретно кончается?

– И углерод, и антиматерия, в этом-то и дело. Если первого вроде было на пару заправок в пиратском бункере, то вторую хрен где найдешь, кроме космопортов.

– Значит грабим космопорт! Дима, ты слышал? У нас есть работенка!

Сказать было проще, чем сделать. Не потревоженных действиями “Осмотрительного” небогатых систем оставалось все меньше, и такого богатого ассортимента, как раньше, не было и в помине. После долгих споров лететь решили к Гизаб-4b – планете, на дальней орбите которой Макс искал двигатели и реактор в интернете. Судя по разведданным, космопорт там был всего один, и тот некрупный. Как и всякий нормальный космопорт на полупустой планете, этот располагался одновременно и близко к экватору, и недалеко от основных поселений. Поэтому он находился в степи на высоте в несколько сотен метров над уровнем моря. Место было тихим, спокойным, и, казалось, никому особо не нужным. Но в один жаркий полдень все изменилось.

Уже по традиции, “Осмотрительный” входил в атмосферу практически вертикально, максимально экономя время. На высоте полутора тысяч взревели гравитационники, снижая скорость, и уже через несколько минут в паре сотен метров над бетонными плитами посадочного поля завис хищный силуэт боевого корабля. По взломанной еще на орбите внутренней связи в аэропорту громовым голосом разнеслась фраза “Мы не желаем смертей. Нам нужны топливные ячейки и углеродная пыль, а не деньги или рабы. Мы заберем у вас часть и уйдем, не причинив вреда”. Казалось, такое обращение не должно было вызвать у местных сильной агрессии, но получилось иначе. Через пять минут бездействия Макс повторил фразу, и теперь на нее ответили.

– По нам ведут огонь, автоимпульсник на крыше!

– Охрененные переговоры! Что делать будем, уйдем?

– Как же меня это задолбало!

– Макс, не заводись!

– Буду! Мы к ним с миром, аккуратно, обходительно, а они в нас шмаляют при каждом удобном и не очень случае! А нам терпеть, хранить “честь Флота”?! Надоело! – и он застучал по клавишам.

– Ты чего удумал?

– Говорят, эти уроды понимают только силу? Хорошо, будет им сила! Приготовиться к залпу!

Свет немного померк, и весь корабль заполонил гул очередей из всех орудий левого борта. Панельное здание в три этажа не выдержало бы и первого залпа из главного и зенитного калибра. А его обрабатывали пятнадцать секунд. Стрелок на крыше, видимо, умер почти сразу, потому что примерно в него и попала одна из башен ГК^[1]. Когда дым рассеялся, вместо здания на экранах предстало лишь пепелище. Живых не было, да и их трупов, скорее всего, тоже.

– Идем к бункеру с топливом.

– Охренеть… Не ожидал от тебя такого.

– Я, если честно, тоже. Но в конце-то концов! Империя гегемон в трех галактиках или кто?!

– Эк тебя на политические речи потянуло. В политики после такой головокружительной геройской судьбы прямая дорога!

– Сплюнь, клоун! Не пойду я в политиканы. А нам пора к бункеру, зря мы что ли это затеяли?

Добыча оказалась неплохой: за пятнадцать минут успели заполнить шесть из восьми контейнеров с антиматерией и бункеры до 70%. Заправились бы и до ста, но на этот раз местные спохватились оперативнее.

– Командир, контакты! Северо-восток, сорок пять километров, высота четыре тысячи, скорость пятьсот пятьдесят^[2]!

– Количество определяется?

– Никак нет, у них работает РЭБ, а мы радар на полную развернуть не можем!

– Ладно, там разберемся! Народ, сматываем удочки и ходу отсюда!

Парни еще затаскивали гофрированный шланг для углерода в недра корабля, когда дежурный закричал “пуски”. В отличие от самолетов, ракеты не имели мощной системы РЭБ, поэтому их стало отчетливо видно уже через пару секунд. Четыре штуки – не так и много, но, в то же время, ни разу не мало. Под матюки Димы команда затаскивала оборудование в корабль, в то время как Макс ожесточенно колдовал над консолью. Выходило, что, такими темпами, ракеты застанут их на бреющем полете, и маневрировать они не смогут. Значит придется надеяться только на перехват ракет артиллерией, и щит, который уже можно будет включить в воздухе.

Затрещали импульсами турели зениток, им вторил громом главный калибр. Ракеты, несмотря на бедность планеты, были вполне себе хорошие, и их ИИ^[3] упорно не хотел подставляться под огонь. Результаты пошли только с пятнадцати километров, что было чертовски хреновым показателем. Когда до контакта оставалась всего треть минуты, корабль все-таки оторвался от поверхности, и, все ускоряясь, взмыл в воздух. Заработали радары, тонкой пленкой покрыл обводы корабля щит.

– Их четверо!

– Уже неплохо, не полтора десятка! Сдюжим!

Первую волну ракет все-таки одолеть получилось. Три были сбиты с безопасного расстояния, но последняя взорвалась в паре метров от щита, отчего корабль отнесло на полкорпуса в сторону. Под мат рулевого, “Осмотрительный” выправил положение, и Макс перевел огонь на приближающуюся четверку истребителей, но огонь не принес результатов.

– Да что у них там за гравикомпенсаторы? Эта рухлядь вообще может так маневрировать?

– Спроси чего попроще, Макс! Мне гораздо интереснее, что будет, когда эти безумцы подойдут к нам в упор!

– Выхода нет, готовь маршевые, полторы единицы! Если температура не скакнет в красное, поднимешь до двух!

Продолжая набирать высоту, корабль задирал нос вверх, пока не принял вертикальное положение. Разрешение на пуск маршевых двигателей Макс дал всего в сотне метров над бетонными плитами космодрома. Маленький огонек, вырывающийся из дюз, быстро перерос в огромную струю пламени, впечатавшуюся в поверхность планеты. В отличие от старта с полукилометра, где на плитах осталось бы только пятно копоти, сейчас углеродная пыль буквально стачивала десятисантиметровый железобетонный слой. “Осмотрительный”, ускоряясь, пошел ввысь. Уже в километре над поверхностью рулевой прибавил тягу, и корабль, казалось, должен был оторваться от преследователей.

– Командир, облучение лазером! На нас наводят ракеты по его лучу!

– Где они откопали такое старье?

– А хрен его знает, Макс! Лучше сбивай!

– Спасибо, капитан Очевидность! – Максим застучал по клавишам, беря ракеты в захват. Попадать по летящим “по струне” целям было несложно, комп тотчас же выдал упреждение, и мичман нажал на спуск. Но залпы турелей оказались безрезультатными.