Осмотрительный

10

7:00 по Гринвичу, дальняя орбита звезды Мургаб, станция “Хеймдалль”.

Анатолий откровенно скучал и клевал носом. Ему досталась утренняя вахта, уже подходившая к концу. Один из трех дежурных офицеров на огромной спящей станции, он не знал, куда себя деть. Местечко у них дальнее, работа не пыльная: следить за тем, как транспортники прыгают^[1] около маяка. Для этого совсем не обязательны ни титаническая станция, ни четыре пары тяжелых крейсеров с кораблями поменьше. Но – надо.

Гравидар зафиксировал четыре новых массы, образовавших правильный тетраэдр вокруг станции на расстоянии чуть больше трех астрономических^[2]. Прыгнули группой. И тотчас же поступил сигнал с гравипеленга^[3] – от всех групп было зафиксировано действие гравидаров. Очень мощных гравидаров. Военных гравидаров. Анатолий несколько секунд пялился в экран, а потом ударил по кнопке боевой тревоги. Но было уже поздно.

8:15 по Гринвичу, малый корабль “Осмотрительный”.

Сообщение пришло с одного из спутников над Газли-17a, а не с самой планеты. Это было странно: на базе была станция межзвездной связи, а данные были переданы радиосигналом с орбиты. И это не была депеша кого-то из гражданских, на сообщении стояло флотское шифрование.

В нем была видеозапись хренового качества. Макс сразу же узнал рубку “Фенека”. Говорил Антон, один из мичманов, почему-то с автоматом в руках:

“Парни, местные подняли восстание полчаса назад, перебили почти всех наших! На планету не идите, убьют нахрен! Мы сейчас грузимся на “Фенек”, будем прорываться к вам! Повторяю, не иди…” – и запись оборвалась. На мостике повисла тишина. Судя по всему, сообщение было отправлено не меньше получаса назад, и с планеты до сих пор никто не стартовал.

– Эй, на “Осмотрительном”, маневр выполнять будем?

– А, что? Повторите?

– Маневрировать начинайте, а то не отработаем ничего нормально!

– Парни, отбой учений. Тут такое дерьмо случилось…

– Что такое?

– Лучше вам самим всё увидеть.

Сблизились в абсолютной тишине. Стыковку провели автоматикой. По протянутой между кораблями гофре оба мичмана перешли на “Осмотрительный”. Через несколько минут четыре мичмана и два старших мичмана (весь командный состав маленького подразделения) втиснулся на мостик. Напряжение в воздухе можно было резать ножом. Макс еще раз включил запись. Слушали молча, потом также молча думали. Через несколько минут тишину оборвал Дима, витиевато выругавшись.

– Как же оно так…

– Вашу ж мать! Жили ж не тужили, а тут на тебе! Почему оно так всегда?!

– Питер, отставить! Не заводись, мы тут все и так на нервах! – прервал канонира Дима, – Лучше пялься в гравидар, раз уж мы на территории противника!

– Спасать парней надо, а не рассусоливать!

– Охолони, Лех. Некого спасать уже. В части пуштунов две сотни душ, а наших – меньше полусотни. Даже если они заведут Фенека, а с занятым основным ядром это сложно сделать, на планете есть и ВВС, и ПВО, и даже ближняя ПКО.

– И мы что, не попытаемся даже?!

– Да, не попытаемся! Леон тебе уже обрисовал картину, и соваться туда без подготовки – хуже самоубийства.

– Ну ты и гнида, Димас!

– Это ты дурак, Леха! Тебе два человека говорят, что бессмысленно, я третьим буду! Ты и сам убьешься, и команду погубишь! Сейчас мы можем сохранить жизни парней, а если пойдем штурмовать планету – все поляжем, и эти смерти уже на нашей совести будут! На твоей в том числе! Ты убийцей готов стать? Вот то-то же!

– Правы вы конечно, и ты, Макс, и ты, Дим, и ты, Леон. Но на душе так гадостно, кто б знал!

– А нам думаешь легко?!

– Что же нам делать? – тихо спросил Карл.

– А я знаю?! Думать надо, решать, а план уже утвердит Макс.

– Я?!

– А кто ещё? Ты старший по званию, тебе и решать!

– Охрененно ты придумал! Я тут без году неделя, личный состав по именам не знаю, в реалиях разбираюсь слабо. Любой из вас сможет лучше на моём месте, в особенности ты, Дим! У тебя одного тут боевой опыт, а мы все воробьи непуганые и нестреляные.

– Так, хватит! Ты знаешь эти корабли лучше, чем я свою комнату! У тебя налет в пустоте больше, чем у нас всех вместе взятых! И, в конце-то концов, тебя учили воевать, а нас нет! Так что командовать тебе, а не кому-то ещё, ясно?!

– Да ясно конечно, но так прыгать из грязи в князи…

– Значит на роду тебе так написано. Ну что, народ, предлагаем идеи!

– Штурмовать планету надо бы, – протянул Алексей. Парни настороженно посмотрели на него, и только Леон возразил:

– И как ты себе это представляешь? У нас два мелких корыта, на одном шестнадцать человек, на другом – тридцать два. Огневой мощи на пару чихов, живучести и того меньше. Контролировать целую планету, на которой полтораста миллионов человек живет, мы не сможем при всем желании. А главное зачем? Свалить отсюда подальше тоже не вариант, на “Ласке” прыжкового генератора нет, а на варп-генераторе кратность^[4] посредственная. Конечно, можно свалить “Осмотрительному”...

– Я тебе дам свалить! Либо вместе, либо никто!

– Вот, поэтому мы из системы уйти и не сможем. Есть конечно идеи, но…

– Парни, – оборвал Леона Макс, – а если пуштуны восстали, значит у них есть на это армия. Как-то же они должны были расковырять “Хеймдалля”, да и восемь тяжелых крейсеров – сила серьезная в таком захолустье.

– И индусов^[5] тоже должны как-то победить.

– Твою мать… – подвел итог Дима. Посидели.

– Надо же остальным сказать, – спохватился Олег, – Макс, объявишь?

– Конечно, куда я денусь с корабля в пустоте!

Настроив микрофон на оба кораблика, он, тяжело вздохнув, заговорил:

“Парни. Эмират восстал против Империи. Наша часть захвачена противником, а “Фенек”, вероятно, поврежден на земле или сбит. Данных о других кораблях нет. Сейчас мы будем обдумывать план дальнейших действий, и, если кто хочет предложить свои идеи, подходите к любому мичману. Я верю, мы выберемся из этого дерьма.”

Весь день прошёл в тягостных раздумьях. Кто-то предлагал пересесть на “Осмотрительный” и сваливать, кто-то – сражаться с силами планетарной обороны. Мостик превратился в курилку, и система рециркуляции воздуха уже не справлялась. Даже пришлось отключить на время систему пожаротушения, иначе всех там закатало бы в углекислотную пену. Уже под вечер у матроса с “Ласки” возникла хоть чуть-чуть интересная идея, в которую яростно вцепился Леон. На Газли-17a, как и на любой другой крупной аграрной планете, были свои латифундисты, получающие львиную долю доходов. У этих людей почти поголовно имелись прогулочные яхты, запасы пищи и воды, и запчасти. И матрос предложил устроить рейд по латифундиям, чтобы подыскать подходящую по тоннажу яхту и банально украсть с неё прыжковый генератор, который потом бы совместными усилиями поставили на “Ласку”. Заодно бы провиант пополнили, чтобы не есть пайки, которые теперь были на вес золота из-за своего срока годности.