Страница 33 из 34
Как только я завёл машину, пришло смс от Карины с адресом. Не фитнес-клуба, а частного дома. Я глянул на время — восьмой час, она, видимо, уже закончила работу. Дорога промелькнула в тумане. Я почти не помнил, как вёл машину. Мозг отказывался думать, воспроизводя лишь обжигающие сообщения от Светы. Сейчас, я ждал одного — умелых рук, которые снимут напряжение, её властных прикосновений, которые заставят забыть всё. Простой физической разрядки.
Карина открыла дверь. На ней были не соблазнительные легинсы как обычно, а простые облегающие шорты и спортивный топ. Волосы были убраны в небрежный, но практичный пучок.
— Заходи, — сказала она, окинув меня оценивающим взглядом. — Вижу, зажат по полной программе. Плечи каменные. Иди за мной.
Она развернулась и повела меня не в спальню, а в просторную комнату, заставленную тренажёрами. Стояли беговая дорожка, стойка с гантелями, турник. В воздухе пахло не привычными маслами, которые уже начали ассоциироваться с ней, а лёгким ароматом антисептика и пота.
Я замер в недоумении.
— Карина, я думал…
— Я знаю, что ты думал, — она обернулась, скрестив руки на груди. В её глазах читалась не насмешка, а профессиональная уверенность. — Твоё тело кричит о стрессе. Спазмированные мышцы, зажатые суставы. Сеанс массажа в таком состоянии — это косметика. Нужна глубокая проработка. Сначала функционалка. Разомнёмся.
Что за чёрт? — промелькнуло у меня в голове. Это было не то, на что я рассчитывал. Но её тон не допускал возражений. Она была как опытный системный администратор, предлагающий переустановить всю ОС, когда пользователь просит просто починить зависшую программу.
— Растяжка. Ложись на спину.
Я послушно рухнул. Карина села рядом, её движения были точными и эффективными. Она начала с глубокого массажа плеч, разминая затвердевшие узлы. Потом взяла мою ногу и начала плавно, но настойчиво растягивать мышцы бедра.
Было больно, но за болью шло освобождение. Всё это делалось в одежде, но каждое её прикосновение, каждый нажим имел странный, неявный сексуальный подтекст. Это было не грубо, но невероятно интимно — полное доверие моего тела её контролю.
— Дыши глубже, — её голос звучал прямо над ухом, пока она наклоняла моё тело в скрутке. — Выдыхай — расслабляйся.
Когда мы закончили, последующие сорок минут стали для меня испытанием на прочность. Карина заставила меня делать выпады с гантелями, приседания, отжимания. Она корректировала каждое движение, её руки ложились на мои бёдра, спину, плечи, выставляя тело в правильную позицию.
— Глубже! — командовала она, когда я приседал. — Чувствуй мышцы, а не боль!
Я пыхтел, пот заливал глаза, но странным образом моё сознание очищалось. Не оставалось места ни для мыслей о Свете, ни для чувства вины — только жжение в мышцах и её властный голос.
После силовой части она велела лечь на коврик.
Я лежал, раскинувшись, и просто переводил дух. Физическая усталость полностью вытеснила душевную. Я чувствовал не боль, а приятную тяжесть и глубокое, почти животное спокойствие. Мир сузился до размеров коврика.
И тут я почувствовал её взгляд. Открыл глаза. Карина сидела на корточках рядом, наблюдая за мной с хитрой, знающей улыбкой. Её рука легла мне на низ живота, ладонь тёплой тяжестью легла на пах, на мой уже начавший возбуждаться член.
— Что, не ожидал, программист? — тихо спросила она, и её пальцы начали медленно, почти невесомо водить по ткани брюк, ощупывая растущую под ними твердь. — Иногда лучший способ разблокировать систему — это не ломиться в неё напрямую, а обойти с другой стороны. Расслабить все смежные процессы. Чувствуешь, как напряжение ушло из головы... и скатилось сюда?
Я замер, полностью парализованный её прикосновением и этой странной метафорой. Это была не страсть Светы и не пьяная отчаянность Маши. Это был хладнокровный, выверенный расчёт. И в нём была своя, обескураживающая сила. Я почувствовал, будто в меня вставили новую, мощную батарейку — тело было уставшим, но пробуждённым и готовым к действию.
— Вставай, — скомандовала она, легко поднимаясь. — Программа «детокс» ещё не завершена.
Карина взяла меня за руку — твёрдо, но без грубости — и повела по короткому коридору. Я, всё ещё находясь под действием мышечной усталости и странного умиротворения, послушно шёл за ней. Мы остановились перед дверью в просторную ванную комнату. Внутри стояла большая душевая кабина со стеклянными дверцами и несколькими лейками.
— Программа «детокс» ещё не завершена, — повторила она, открывая дверцу. Её голос приобрёл новые, бархатистые нотки.
Она вошла первой, и прежде чем я успел что-то сообразить, её пальцы потянулись к застёжке своего топа. Ловким движением она сбросила его на пол. Затем, не сводя с меня спокойного, изучающего взгляда, наклонилась и стянула с себя шорты. Передо мной предстало её тело — не просто подтянутое, а выточенное, как идеальный инструмент. Каждая мышца была видна под гладкой кожей, и в этой демонстративной наготе была не столько пошлость, сколько сила и уверенность.
— Твоя очередь, — сказала она, и её руки потянулись ко мне.
Я застыл, наблюдая, как её пальцы оттягивают линию моих промокших от пота штанов. Ткань тяжело сползла на пол. Потом она взяла край моей футболки и потянула её вверх. Я машинально поднял руки, позволив ей снять и её. Теперь мы стояли друг напротив друга, раздетые, под холодным светом лампы. Я чувствовал себя уязвимым, но её уверенность была настолько заразительной, что стеснение отступило, сменившись острым, почти болезненным возбуждением.
Карина повернулась, её ладонь легла на смеситель. Раздался шипящий звук, и из нескольких леек хлынула вода. Через мгновение на нас обрушились тёплые, почти горячие струи. Она взяла с полки флакон с гелем для душа, выдавила немного на ладонь и, повернув меня спиной к себе, начала намыливать мои плечи и спину. Её руки, сильные и знающие, втирали гель в кожу, разминая остатки напряжения в мышцах. Это было не лаской, а продолжением тренировки — тотальным, властным контролем над моим телом.
Пока она работала, мой взгляд скользнул по её фигуре, освещённой сквозь матовое стекло кабины. Стройная, крепкая шея переходила в упругие, хорошо очерченные плечи. Линия спины была идеальной — с двумя ямочками у основания позвоночника, над которыми возвышались округлые, подтянутые ягодицы, упругие, как отшлифованный мрамор. Каждая мышца на её спине и ногах играла под влажной кожей при движении — это было тело не модели, а спортсменки, сильное и функциональное, и в этом была своя, особая эстетика.
Потом она развернула меня лицом к себе. Вода стекала с её волос по лицу, по шее, по груди. Теперь я видел её во всей полноте. Мокрые волосы, собранные у лица, подчеркивали высокие скулы и уверенный подбородок. Её губы, обычно поджатые в насмешливую улыбку, сейчас были мягко приоткрыты. Струйки воды скатывались с ключиц, огибали упругую, не слишком пышную, но идеальной формы грудь с набухшими от воды тёмными сосками, стекали по плоскому, рельефному животу с лёгким намёком на кубики. Её глаза в полумраке душевой казались тёмными и бездонными.
— Закрой глаза, — приказала она тихо, и в её голосе проскользнула хрипотца.
Я повиновался. И в следующее мгновение её губы прикоснулись к моим. Этот поцелуй был не таким, как у других женщин. Он был не жадным, как у Светы, и не неуверенным, как у Маши. Он был... исследующим. Требующим. Её язык скользнул внутрь, и её руки скользнули вниз, по моему мокрому животу, пока одна из них не нашла мой напряжённый, отчаянно пульсирующий член.
Её пальцы обхватили его у основания — твёрдо, но не сжимая. Большой палец провёл по головке, собирая капли воды и предсемени. Потом её ладонь начала двигаться — медленно, ритмично, с идеально выверенным нажимом. Никакой суеты, только точные, эффективные движения.