Страница 31 из 77
— Да уж, грудь могла быть и больше. У Роба денег бы на пластику одолжила, — не сдержался от едкого комментария Квентин и прежде, чем красавица успела произнести хоть слово, снова вставил свой огромный член ей в рот, уже не особо церемонясь с её горлом. Мужчине явно понравились навыки девушки, поэтому он не собирался её жалеть, получая удовольствие по полной программе. Он схватил Саманту за волосы, грубо натянув их на кулак и едва не вырвав клок, и вернулся к размеренному траху её прекрасного ротика, очерченного остатками помады на пухлых губках. Вместо брани из рта девушки раздались лишь наполнившее комнату гортанные звуки. Горло явно протестовало против подобного обращения, но Квентин не собирался задумываться о комфорте красотки.
Что же до его товарища, то Самуэль несколько удивился тому, что руки Саманты, получив свободу, не проявили агрессии. Девушка сложила ладошки себе на колени и теперь выглядела даже покорно, что не могло не понравится темнокожему великану. Он тут же принялся играться с грудью своей жертвы, в отличие от Квентина, явно не испытывая нелюбви к маленькому размеру округлостей брюнетки. Здоровяк с удивлением отметил, что сосочки девушки оказались напряжены и удовлетворенно хмыкнул. А затем сжал левый, присматриваясь к тому, как отреагирует на подобное Саманта. Вопреки ожиданиям Самуэля, девушка не убрала его руку, а помимо звуков, которые издавало сопротивляющееся вторжению в себя горло молодой ученой, до ушей мужчин вдруг донесся едва различимый стыдливый стон.
— Вот шлюха! – засмеялся Квентин. Он явно не надеялся на подобную удачу, и тот факт, что стоящая на коленях красотка начинает получать удовольствие, мерзавцу явно польстил. Он вдруг резко вышел из горла Саманты и грубым рывком поднял её лицо вверх, стараясь заглянуть в глаза. Но те были закрыты. Девушка, сообразив, что освободиться из рук насильников ей не удастся, старалась полностью отдаться своим фантазиям, и мысленно сосала член не амбала-мучителя, а своего любимого человека, представляя, что грубость Квентина на самом деле – грубость Роберта. Именно поэтому она возбудилась, и даже чувствовала, как внизу живота начинает приятно зудеть. Саманта даже испытала некое разочарование от того, что её платье оказалось таким обтягивающим, что любые попытки в такой позе приподнять его низ привели бы к тому, что ткань просто порвется по швам. А девушке очень хотелось сейчас прикоснуться к своей дырочке…
— Глаза открой! – звонкий и сильный удар по щеке заставил красавицу вскрикнуть и послушно распахнуть веки. Она встретилась взором с Квентином и будто вернулась с небес на землю, где все происходящее было куда менее сексуально, чем в её фантазиях. Девушка открыла рот, чтобы, наконец, охарактеризовать мучителя каким-нибудь донельзя обидным словом, однако едва её губки распахнулись, как здоровяк громко харкнул ей прямо в рот. Слюна мужчины, удивительно густой и крупный её сгусток, попала прямо в горло Саманты, и та задохнулась. Задохнулась от гнева, обиды и беспомощности.
— Еще раз закроешь глаза, шлюха, я не только твой рот оттрахаю, но и задницу распечатаю, поняла, шваль!?
Девушка испуганно закивала головой, будучи вне себя от страха. Она покорно смотрела на мужчину снизу-вверх, боясь отвести взгляд, а здоровяк явно упивался собственной властью. Его член возвышался над брюнеткой, и смесь выделений из его головки и слюны девушки тягучей линией падала на волосы, все еще зажатые в руке мерзавца. Вид у Саманты был жалкий. Весь вечерний макияж стал грязным месивом, а слюни и слезы превратили некогда красивое лицо в кашу. Тем не менее, Квентина вид опущенной девушки только возбуждал, и он снова вонзил свой член в её горло, наслаждаясь тем, как туго оно обхватает его огромный член.
— Эй, Квентин, — подал голос Самуэль. – Долго ты еще?
— Отъебись! – находясь в сильном возбуждении, выкрикнул парень. – Если не хочешь ждать, то используй любую из двух её оставшихся дырок.
Саманта протестующе замычала, попытавшись вырваться и даже ударив Квентина по ногам, но Самуэль снова заломал руки девушки назад. Держал он их одной рукой, второй при этом продолжая играться с сосками красавицы, которые, едва девушке пришлось принять всю реальность происходящего, перестали манить мужчину своей твердостью. Их жертва явно не испытывала удовольствия от того, что творят с ней мучители. Самуэль, на самом деле, был не таким мерзавцем, как Квентин, и изначально не планировал ничего плохого, но сейчас понимал, что отступать поздно. Они с другом уже перешли ту черту, после которой можно просто извиниться и сделать вид, что ничего не было, а потому темнокожий гигант решил не отставать от своего более агрессивного товарища и тоже получить свое.
Девушка почувствовала, что её рывком поставили на ноги. При этом Квентин продолжал насиловать её горло, которое уже начало привыкать к мучительному вторжению члена, и девушка оказалась прогнута в спине. Чтобы не упасть, ей пришлось ухватиться руками за бедра стоящего перед ней мерзавца, а затем красотка ощутила, как огромные ладони бесцеремонно лапают её ягодицы.
— Отличная задница, а? – раздался голос Квентина. С его ракурса открывался отличный вид на то, как Самуэль наслаждается, гладя и сжимая обтянутую тугой тканью платья попку и бедра девушки. В отличие от своего товарища, темнокожий верзила был не разговорчив. Вместо ответа он отвесил красотке сильный шлепок по левой ягодице, отчего натянутая ртом на член Квентина брюнетка издала возмущенный возглас, тут же сменившийся на звук отхаркивания из-за переполнившегося слюной и прекуумом горла. Самуэль постарался приподнять платье, чтобы обнажить ягодицы Саманты, однако оно оказалось таким тесным, что ему удалось поднять ткань всего на пару сантиметров.
— Да просто порви его и все, — посоветовал другу вечно разговорчивый Квентин. При этом он почувствовал, как девушка недовольно замычала, снова предприняв тщетную попытку вырваться из захвата мужчин. Она даже попыталась ударить держащего её темнокожего здоровяка ногой, однако не смогла нормально поднять её и оступилась, едва не упав.
— Прекрати брыкаться, кобылка! – Квентин явно был отъявленным мерзавцем, потому что совершенно не берег объект своего сексуального интереса, дергая её за волосы с такой силой, что пару раз в его ладонях оставались черные локоны, натягивая членом изнутри щеки девушки до того момента, пока красотка не начинала недовольно мычать и стараться вырваться. Каждый раз, когда Саманта считала, что вот-вот привыкнет к грубости своего насильника, тот причинял ей новую боль. Либо физическую, сильно сжимая её горло, выдирая волосы или растягивая бедный рот, рискуя порвать столь обожаемые им губки, либо моральную, заставляя отхаркивать его смазку, елозя волосатыми яйцами или своим огромным отростком по лицу девушки или просто обзывая девушка самыми отборными матерными словами. Пару раз Квентин даже плюнул ей в рот, при этом свое доминирование подтвердив сильной пощечиной.
Мучение продолжалось на протяжении пяти минут, в течение которых Самуэль так и не добрался до её задницы, но зато облапал её вдоль и поперек, отвесив пару звонков шлепков и иногда сжимая бедра красавицы с такой силой, что девушка почувствовала, как его руки оставляют на её коже синяки. Однако она была благодарна мужчине за то, что тот не поддался на провокации товарища и не лишил её единственного предмета одежды. Конечно, платье уже не прикрывало грудь девушки, и оголенные сосочки становились предметом интереса то Квентина, который грубо выкручивал их, явно стараясь доставить бедняжке еще больше боли, то Самуэля, который обращался с грудью Саманты нежнее, но не настолько хорошо, чтобы девушка снова могла представить на месте своих мучителей Роберта.