#2 Не его золотая девушка (ЛП)

— Я не спрашивал, понравится ли им, — возражает он. — Я спросил, как ты думаешь, понравится ли ей.

Я вздыхаю в раздражении и ворчу в ответ:

— Хрен его знает. Наверное.

Кажется, он хочет, чтобы её отец его возненавидел. Этот парень с самого первого дня искал повод, чтобы надрать Дэйну задницу. Думаю, это то, что его окончательно выведет из себя.

Ладно, может, я и говорю немного как Скрудж, но оба моих брата меня игнорируют, так что это неважно. В любом случае, мне, в общем-то, всё равно. Я просто хочу свалить отсюда к чертям.

— Вот, держи. Я чувствую запах печенья, — говорит Стерлинг, суя свои пакеты мне в одну руку, прежде чем Дэйн сует свои в другую.

Мне даже не дают возможности возразить, когда они направляются к кондитерской в ​​нескольких метрах от меня. А я остаюсь здесь, как та страшненькая девчонка в клубе, которая застряла, охраняя все эти сумочки.

Чертовски фантастично.

Я осматриваю торговый центр. Он кишит людьми. Большинство улыбаются, и все тратят деньги, которых у них, по сути, нет, чтобы произвести впечатление на толпу людей, которые этого даже не оценят.

Я слышу собственные мысли, поэтому знаю, что говорю, как чёртов Гринч. Но у меня есть причины ненавидеть это время года, и, конечно же, Вин всему виной. Он превращает праздник в день примирения, думая, что его привычка перебарщивать с подарками компенсирует недостаток остальных трёхсот шестидесяти четырёх дней в году. Вот почему я подумываю пропустить это Рождество. У дедушки Буна политика открытых дверей для внуков, и я подумываю этим воспользоваться.

По сути, мне просто нужен чёртов перерыв.

Сквозь привычные звуки торгового центра — болтовню и скрип влажных ботинок по плитке — я слышу громкие голоса, доносящиеся с другой стороны. Я оборачиваюсь и замечаю того, кого не ожидаю увидеть. Но вот она, её покрасневшее лицо обрамлено бледно-розовыми волосами.

Сначала я решаю, что она просто тусуется с друзьями, но через секунду понимаю, что это не так. Первая подсказка – когда один из маленьких панков даёт ей в лицо, а затем другой толкает её. Она чуть не теряет равновесие, едва не падая в фонтан, но я уже иду, продираясь сквозь толпу, расталкивая тех, кто двигается недостаточно быстро.

В ту секунду, как я подхожу, глаза этих маленьких засранцев широко распахиваются — это смесь парней и девушек.

— Полагаю, ты понял, что облажался, — говорю я, заставляя компанию негодяев отступить от Скар и того парня, с которым, как я помню, она была на ярмарке.

Я вычисляю главаря и бросаю взгляд в его сторону.

— Это ты затеял всё это дерьмо? — спрашиваю я, подходя ближе. — Тебе сколько, десять?

— Н-нет. Мне пятнадцать, — заикается парень.

— Идеально. Как раз достаточно взрослый, чтобы надрать тебе задницу и не чувствовать себя виноватым, — рычу я. — А что будет дальше, решать тебе, но, если ошибёшься, клянусь, я стану твоим худшим кошмаром.

Парень трясётся в ботинках и отступает на несколько шагов.

— Мы просто играли, — рассуждает он.

— Худший. Блядь. Кошмар, — повторяю я.

Он хлопает по плечу одного из своих маленьких друзей.

— Пошли, — объявляет он, побуждая остальных шествовать за ним, но я не упускаю их разговор, когда они уходят.

— Это разве не тот парень из порно с её сестрой?

Если бы я знал, кто из них это сказал, я бы подставил этому маленькому ублюдку подножку, но они уже довольно далеко.

Я поворачиваюсь к Скарлетт.

— Ты в порядке?

Она всё ещё немного потрясена, но кивает.

— Я в порядке.

Я поднимаю бровь, глядя на её друга, мне трудно понять его мысли.

— А ты?

— Я бы с этим разобрался, — резко говорит он, и мне требуется секунда, чтобы понять, почему он на меня злится, но потом я понимаю. Он влюблен в Скарлетт, а я только что наступил ему на ногу.

Виноват, малыш.

— Да, я видел, — лгу я. — Я просто пришёл в качестве подкрепления. Уверен, они бы в любом случае отступили.

Он поправляет куртку, и его лицо становится ярко-красным. Поскольку он, похоже, не одобряет мою работу, я оставляю его в покое и разговариваю только со Скарлетт.

— Такое часто случается? — спрашиваю я, вспоминая ситуацию на прошлой неделе, когда Саутсайд пришлось спешить ей на помощь.

Она приглаживает волосы и делает глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Только с тех пор, как… ну, ты знаешь.

Черт, я знаю.

Она имеет в виду «из-за порно с её сестрой», как выразился этот маленький засранец.

Сейчас я чувствую себя полным придурком, зная, что это моя вина, поэтому я опускаю взгляд на сумки в своих руках.

— Вот, возьми, — говорю я, протягивая Скарлетт игровую систему, которая была куплена Джосс.

Затем я киваю другому парню.

— Какой размер обуви ты носишь?

— Одиннадцатый, — ворчит он.

Я смотрю на обувь Стерлинга тринадцатого размера в сумке.

— Вот, дорастёшь.

Я раздаю подарки и понимаю, что сейчас я своего рода ходячее противоречие: использую подарки, чтобы искупить свои ошибки. Как и Вин.

Скарлетт лучезарно улыбается, когда понимает, что я ей только что подарил, и её друг тоже слегка улыбается.

— Чёрт возьми! Спасибо! — взвизгивает Скарлетт, быстро бросаясь обниматься. Я обнимаю её легонько, чтобы не помять оставшиеся у меня несколько сумок.

— Не за что.

После этого я оглядываю территорию, стараясь быть как можно более невозмутимым, но кого я, чёрт возьми, обманываю?

— Твоя сестра здесь с тобой?

Я определённо забил на всю эту тему с «дай ей личное пространство», даже просто спросив, но чёрт возьми. Я уже нарушил все правила игры и принципы. Она мне нравится, я хочу быть рядом с ней, но не могу даже признаться в этом, боясь её спугнуть.

— Нет, мы здесь с тётей Шейна, Карлой, — отвечает Скарлетт. — Блю навещает нашего брата.

Это было последнее, что я ожидал от неё услышать, но, полагаю, она сама ищет ответы.

— Передать ей привет? — спрашивает Скарлетт, тут же одаривая меня смущённой улыбкой. В общем, она, как и я, знает, что я без ума от её сестры.

— Конечно. И если эти детишки снова тебя тронут, у Блю есть мой номер. Позвони мне, и я брошу всё и вернусь, Шейн.

Кажется, он оценил, что я не оставил его в стороне.

— Замётано, — вставляет Скарлетт. — Счастливого Рождества.

В следующую секунду она уходит, ухмыляясь, когда заглядывает в пакет, где лежит ее новая игровая приставка.

Я слышу шаги с обеих сторон, но не оборачиваюсь к братьям. Пока их подарки ещё видны, они направляются к фуд-корту.

— Это была сестра Саутсайд? — спрашивает Дэйн, отправляя в рот печенье. Я киваю.

— Ага.

— Что произошло?

— На самом деле ничего, — вот и все, что я говорю.

Он пожимает плечами, и они оба опускают взгляд на сумки в моих руках. Достаточно лишь секунды, чтобы заметить, что теперь я несу гораздо меньше вещей, чем до того, как они ушли.

— Какого хрена? Ты отдал этому пацану наше дерьмо? — спрашивает Стерлинг.

Я вздыхаю и единственное, что я могу сделать в ответ, – это залезть в карман и вытащить банковскую карту.

— Я должен тебе кроссовки, — говорю я ему. — И… нам, возможно, придётся вернуться в магазин электроники.

— Что за…

— Просто иди и купи себе побольше барахла, и мы свалим отсюда, — говорю я, обрывая Дэйна прежде, чем он успеет задать слишком много вопросов. Прежде, чем он успеет узнать, что я питаю симпатию к сестре Саутсайд.

Я знаю, что мой сегодняшний поступок даже близко не компенсирует то, что ей пришлось пережить из-за меня, но это лучше, чем ничего.