Страница 21 из 63
Всего три, что, мягко говоря, немного нервирует.
— Наверное, просто сбежала с парнем или ещё с кем-нибудь. Она объявится через неделю-другую, когда у них закончатся еда и презервативы, — отвечает Джулс с ухмылкой.
— Да. Может быть.
— Ну, вернёмся к ситуации с Уэстом. Он просто ходит за тобой? Никогда ничего не говорит?
Я откладываю телефон и киваю.
— Ага, мы просто идём, и это чертовски странно, — отвечаю я. — И ужасно раздражает.
— А может быть это… немного мило? Не находишь? — смущённо добавляет Джулс.
Когда я бросаю на неё убийственный взгляд, её лицо становится пустым.
— Я тебя умоляю.
— Нет, я знаю, что то, что он сделал, было самым подлым поступком, но, может быть, он искренне раскаивается? Или, может быть, в этой истории есть что-то большее, чем кажется на первый взгляд? Но ты этого не узнаешь, пока не выслушаешь его.
Я растягиваюсь на кровати рядом с ней, глядя на мерцающие лампочки наверху. В последнее время она советовала мне дать Уэсту высказаться. Ну, знаете, вместо того, чтобы перебивать его прежде, чем он успеет что-либо сказать, – это был мой единственный способ вести с ним разговор.
— Ты так говоришь только потому, что не пережила того, что пережила я, — объясняю я со вздохом. — Уэст — тёмный, манипулятор, способный на всё. Он заставил меня потерять бдительность, а потом заставил меня за это заплатить.
Она отворачивается на бок и подпирает голову кулаком. Её взгляд останавливается на мне, прежде чем заговорить.
— Давай-ка ещё раз, — говорит она. — Ты заявилась к нему в комнату, а эта стерва Паркер была у него в постели голая, да?
Её преувеличение вызывает у меня тихий смех.
— Она не была голой, но могла бы быть, если бы я появилась там на несколько секунд позже, — поправляю я её.
— Подробности, подробности. Что случилось потом?
Я вспоминаю это и закрываю глаза.
— Она разозлилась, схватила свои вещи и убежала.
— Она что-нибудь сказала, выходя?
Я хмурюсь.
— Не помню.
По правде говоря, многое из той ночи теперь для меня размыто. Возможно, потому, что я пытаюсь всё это забыть.
— То есть, кроме вас двоих, в комнате была только она?
Я пожимаю плечами, когда Джулс спрашивает:
— Если только там не был кто-то ещё до или после, но да, она была единственным человеком, которого я видела в комнате.
— Это значит, что, возможно, она совершила тёмные делишки. Не Уэст.
Я вздыхаю, не желая об этом думать.
— Насколько мне известно, Джулс, они вместе меня подставили.
— Я бы с тобой согласилась, если бы ты не рассказала, как он выставил её из номера. Это не похоже на отношения. Это похоже на озлобленную девушку, которая отчаянно пытается вернуться в жизнь бывшего.
Я всё ещё не отрываю взгляда от потолка и вижу, что пытается сделать Джулс. Она хочет, чтобы я взвесила все варианты, чтобы я сдалась и выслушала Уэста, но в этом нет необходимости.
— В твоей теории полно дыр, — говорю я. — Если бы это сделала Паркер, Уэст бы её сдал без вопросов, потому что обвинили-то его. И не забывай, как он меня выставил из его номера, когда всё закончилось.
Этот разговор не льстит моему самолюбию, но Джулс, пожалуй, единственный человек в мире, с которым я бы поговорила об этом так откровенно.
— Может быть, это была случайность, — её последнее оправдание. — Может быть, он снимал вас двоих, но скорее для своей личной коллекции. Ну, знаешь, для своего «дрочильного банка» или чего-то в этом роде. И каким-то образом запись просочилась и разошлась по сети.
Я не могу не смеяться над фразой «дрочильный банк».
— Опять же, я почти уверена, что он бы меня не выгнал, если бы та ночь что-то для него значила. Хоть что-то.
Я чувствую, что она всё ещё смотрит на меня, даже прежде, чем она снова заговаривает.
— Но для тебя это что-то значило, — замечает она. — Разве не так?
Я не отвечаю, потому что мы обе и так знаем ответ. Я не сплю с парнями, если они для меня ничего не значат. С Уэстом во мне сплелось множество эмоций, но, когда я наконец сдалась, именно в тот момент я поняла, что для меня это нечто большее, чем просто физическое влечение.
— Это неважно, — отвечаю я, поворачиваясь к ней спиной, потому что мои глаза снова слезятся.
Что касается катастроф, то Уэст изрядно поиздевался надо мной, над моим сердцем, и никакие преследования не заставят меня думать, что он хороший парень. Всё по-прежнему так же ужасно, как и прежде, и у нас далеко не всё в порядке.
Далеко, далеко не нормально.
— Ты справишься в эти выходные? — тихо спрашивает Джулс. Я только киваю, не желая, чтобы она знала, что я снова в слезах.
— Если бы я могла пойти с тобой, я бы пошла, но я знаю, что я нужна тебе здесь, чтобы присматривать за Скар.
— Со мной всё будет в хорошо. Это всего на пару ночей. — Надеюсь, я только что прозвучал храбро, потому что чувствую себя совсем иначе. Не хочу находиться рядом с Уэстом, другими игроками или группой поддержки. Будучи объектом нескольких их грязных шуток на прошлой неделе, могу только представить, как они будут вести себя, если сорвутся с поводка.
— Ну, игра совсем не далеко отсюда. Если понадоблюсь, я мигом приеду. Ты же это знаешь, да?
Улыбаясь, я киваю. В основном потому, что она просто преуменьшила, насколько далеко я буду. Два, может быть, три часа — это больше, чем просто «не далеко».
— Я планирую просто отсидеться в комнате всю ночь. Может, посмотрю что-нибудь, чтобы отвлечься, — говорю я.
— Ну, в любом случае, мысленно я буду рядом, — обещает она.
Я тянусь к её руке и держу её, нуждаясь почувствовать связь с кем-то. Пусть даже ненадолго.
Даже зная это, что бы ни случилось в эти выходные, мне в конечном итоге придётся столкнуться с этим в одиночку.
* * *
@QweenPandora: Выходные уже близко! Если наши ребята одержат ещё одну победу в субботу, это будет означать, что мы станем на шаг ближе к моменту истины — чемпионству.
Если никто не будет слишком усердно тусоваться перед игрой, то, полагаю, у нас уже всё в кармане. Рассчитывайте на лучшие моменты матча, но было бы упущением с моей стороны не предупредить вас, детишки. Если решите с кем-нибудь переспать в эти выходные, проверьте номер на наличие записывающих устройств. Вы же не хотите, чтобы я заполучила ещё более пикантные кадры, правда?
До скорого, народ!
Ваша П.
Глава 12.
Уэст
Под капюшоном толстовки из наушников лились мрачные тексты, соответствующие моему настроению, заглушая непрерывную болтовню. Прошло уже два из трёх часов поездки на автобусе от школы Сайпресс Преп до кампуса Университета Кристофа Мерсера. Вечером мы отдохнём, а завтрашний день приблизит нас на шаг к Дню Д.
Игра, на которую я возлагаю большие надежды в этом сезоне.
Моё внимание сосредоточено не на том, на чём следовало бы. Оно приковано к переднему сиденью автобуса, где светлые волосы, собранные в хвост, колышутся в такт каждому движению по ухабистой дороге.
Она пришла. Несмотря на то, как всё прошло в прошлый раз, она снова в этом автобусе со всеми этими придурками, которые в последнее время превратили её жизнь в ад. Включая меня. Но я слежу за ней не только по своим обычным причинам. В этот раз я ещё и слежу, чтобы никто её не трогал. Любой придурок, который попытается это сделать, умрёт.
Она поворачивается, встречаясь со мной взглядом, словно слышит мои мысли, и моё дыхание учащается. В тот момент, когда она понимает, что я её поймал, её голова снова резко дергается вперёд. Меня убивает изнутри осознание того, как близко мы были к тому, чтобы всё было нормально, но я говорил об этом с самого начала. Нормальность никогда не была для нас нормой. Она сломлена, я чертовски уверен, что и я не в порядке, но ведь не только это должно быть между нами, верно?