Страница 11 из 63
— Кто за тобой гнался? — наконец спрашивает он.
Я смотрю на Скар, гадая, расскажет ли она ему то, чего не сказала бы мне.
— Их было… слишком много, — отвечает она. — Я не видела лиц.
Чушь собачья. Когда она смотрит в мою сторону, значит, знает, что я в это не верю.
— Хм, — стонет директор Плотник. — Ну, раз уж вы каким-то чудом не смогли увидеть, кто на вас напал, может быть, вы знаете, почему они на вас напали?
Она снова смотрит на меня, но тут же опускает голову.
— Это было из-за видео. И… «Розового списка», — добавляет она, и у меня замирает сердце. — Они говорили всякое дерьмо о…»
— Не выражайся, Скарлетт, — предупреждает Карпентер.
— Извините, — она вздыхает и начинает снова. — Они говорили гадости про Блю, и мне это не понравилось, так что… я немного не сдержалась.
Не сдержалась. Я знаю свою сестру. Она первой нанесла удар. Не то чтобы я её винила. Хотя она поступила умно, рассказав Карпентеру эту версию вместо правды.
Он замолчал на мгновение, изучая Скарлетт.
— Я не могу отстранить от уроков учеников без имён, так что мои руки связаны до тех пор, пока ты не заговоришь.
— Это важно, Скар. У тебя нет причин защищать этих людей. Скажи ему, кто виноват.
Мне удаётся вымолвить эти слова, но я задыхаюсь от чувства вины, зная, что она прошла через всё это из-за меня. Я видела оскорбления в интернете, но понятия не имела, что они перерастут во что-то физическое. Однако это натолкнуло меня на мысль, и я подняла взгляд на директора Карпентера.
— Там были дети, которые издевались над ней в социальных сетях после… после того… инцидента, — тихо говорю я, ненавидя саму необходимость этого разговора.
— Всё в порядке, — вмешивается Шрам. — Это была не та же группа.
В глубине души я знаю, что это ложь. Может быть, она защищает их, потому что боится, что это только ухудшит ситуацию. Честно говоря, она, вероятно, права.
Клянусь. Жизнь — полный отстой.
Карпентер достает лист из ящика и что-то записывает.
— Мне нужно услышать мнение твоих родителей по этому поводу, — заключает он.
— Но мне уже есть восемнадцать. Разве мало того, что я сюда пришла?
Он смотрит на меня, качая головой.
— Нет, если только ты не законный опекун.
Я замолкаю, и он с подозрением смотрит на меня.
— Будет ли проблемой связаться с вашими родителями? Возможно, мне следует послать кого-нибудь к вам домой, чтобы проверить, всё ли у вас в порядке, девочки?
Он так мастерски притворяется, что ему не всё равно. На самом деле он имеет в виду, что пришлёт к нам на дом полицейскую службу, чтобы они разлучили нас с сестрой.
— Нет, сэр, — поспешно отвечаю я. — В этом нет необходимости. Я попрошу маму позвонить завтра утром.
Перевод: Я позвоню утром.
Он пристально смотрит на меня, затем пишет что-то ещё на листке бумаги, прежде чем запечатать его в конверт и передать мне.
— Я освобожу Скарлетт от оставшихся занятий сегодня, но она должна вернуться утром. Кроме того, это должен подписать кто-то из ваших родителей, в дополнение к тому звонку, который я жду завтра утром, мисс Райли.
Я киваю.
— Конечно. Я дам маме знать.
В следующую секунду я хватаю Скар за руку, побуждая её встать с места, прежде чем Карпентер успеет сказать что-то ещё. Мы ненадолго останавливаемся у её шкафчика, чтобы взять её пальто, и это напоминает мне, что, торопясь, я забыла своё в школе.
Мы спешно выходим и бредём через парковку к моей машине. Я не замедляю шага, пока мы не добираемся до места, но именно в этот момент реальность обрушивается на меня. Как и во многом другом, я не могу не считать это своей виной. Попадание на уловки Уэста не только превратило мою жизнь в ад, но и повлияло на мою сестру.
Стоя рядом с машиной на морозе, я даже не могу заставить себя открыть дверь. Вместо этого я прислоняюсь к ней, сгибаюсь пополам, пытаясь отдышаться. Чувствую себя избитой изнутри, сломанной в тех местах, о существовании которых даже не подозревала.
Рядом со мной Скарлетт стоит неподвижно и молчит, но потом её рука ложится мне на спину, и это единственное, что может меня утешить. Малышка утешает меня, хотя у неё был неудачный день. С другой стороны, когда я думаю о том, что меня назвали номером один в Розовом списке, и о том, как я разбираюсь с дерьмом Уэста, думаю, на этот раз мы разделим это звание.
— Это не твоя вина, Блю, — наконец говорит она. — Эти придурки вели себя глупо. Мне следовало быть умнее, прежде чем позволить им до меня докопаться.
— Ты не сделала ничего плохого, Скар.
— Может, и нет. Но и ты тоже, — говорит она. — Связь с парнем не делает девушку шлюхой. Особенно с тем парнем, который ей небезразличен.
У меня закрываются глаза, когда я слышу эти слова, когда слышу, что она знает правду, за которую я себя ненавижу. Мне небезразличен Уэст. Или, по крайней мере, был небезразличен.
— Нам нужно быть осторожными, — спешу я сказать, когда мне в голову приходит одна мысль. — То, что сказал Карпентер… может, он и не блефует. Отныне нам обоим нужно действовать аккуратно. Последнее, что нам нужно, — это чтобы к нам постучалась служба защиты детей.
Мне трудно принять собственные слова. Про осторожность. Сейчас это непростая задача, учитывая огонь, горящий во мне. Будь моя воля, многие бы почувствовали мой гнев за случившееся, но я должна стараться сдерживать его.
Слишком многое поставлено на карту.
Больше, чем обычно.
Я не говорю Скар, что у меня есть реальный, ощутимый страх, что её директор пришлёт кого-нибудь к нам домой. Это было больше, чем просто блеф. Если это случится, они увидят, как мы живём, увидят, в каком состоянии находится наш отец, и поймут, что наша мать уже несколько месяцев как пропала без вести.
— Я знаю, — торжественно отвечает Скар.
Когда она больше ничего не добавляет и не задаёт лишних вопросов, можно с уверенностью сказать, что мне удалось до неё достучаться.
— Давай отвезём тебя домой.
Я выпрямляюсь и наклоняюсь к ней, чтобы обнять. Она не отпускает меня сразу, значит, ей это нужно так же сильно, как и мне.
— Мне нужно выпить, — дразнит она.
Я немного посмеиваюсь и отталкиваю её.
— Заткнись и садись в машину.
Она подходит к пассажирскому сиденью и садится в машину, я присоединяюсь к ней и завожу двигатель.
— Мы заедем в закусочную дяди Дасти и уговорим его угостить нас горячим какао и любым пирогом, который у него найдётся. Потом мы принесём всё это домой, запрёмся у меня в комнате до конца дня и сделаем вид, что все наши проблемы остались позади. Звучит заманчиво? — спрашиваю я. Она поднимает взгляд, с разбитой губой, и улыбается.
— Ты заманила меня горячим какао.
Глава 6.
Уэст
Если в субботу я сыграю так же, как только что тренировался, мы можем попрощаться с победой в полуфинале.
На самом деле, каждый раз, когда мимо меня, выходя из раздевалки, проходят товарищи по команде, они бросают на меня взгляд, говорящий о том, что они все думают об одном и том же.
Я был совершенно ужасен сегодня.
Все из-за той, кто занимает место в моей голове, когда я должен думать о том, что происходит на поле.
Я не могу перестать думать о том, как я всё испортил. До такой степени, что теперь она на меня почти не смотрит. Что бы между нами ни было раньше, этому официально конец. Но даже видя в её глазах, что она меня люто ненавидит, я не могу поверить, что всё так и закончится.