Страница 18 из 62
глава 31
Чи-У вышел из комнаты и вернулся в ресторан. Просьба Эшнунны была простой. Она хотела, чтобы он собрал всех новобранцев в одном месте, потому что, как ей казалось, у неё есть кое-что, что может им помочь. Чи-У уже некоторое время не присутствовал на собрании, но ситуация ничуть не улучшилась; разговор героев зашёл в тупик, и они всё ещё спорили на те же темы: как долго они собираются ждать, ничего не делая, и стоит ли хотя бы подготовить какие-то контрмеры.
Чи-Ву прервал встречу и повел героев к небольшому зданию рядом с особняком, следуя указаниям Эшнунны.
«Почему она вдруг велит нам идти туда?»
«Давайте на этот раз пойдём по этому пути. Мне также интересно, почему нам сказали не заходить туда без разрешения».
Здание, куда они направлялись, было тем местом, куда Эшнунна предупредила их не входить безрассудно. Открыв дверь, они увидели женщину, одиноко стоящую в центре просторной комнаты.
«Добро пожаловать», — Эшнунна поклонилась, открывая взгляду большую статую, висевшую на стене позади неё. Это была статуя прекрасной богини, освещённая серебристым лунным светом и обвитая стеблями; на каждом стебле распускался красновато-чёрный цветок, который, казалось, вот-вот начнёт истекать кровью.
«Это место поклонения?» — спросил Зелит, оглядываясь по сторонам.
«Для храма это не так уж и много, но он предназначен для служения владычице всех богов, Элефталии», — ответила Эшнунна.
«Элефталия?» — Зелит нахмурился. «Я слышал, что Либер достиг своего нынешнего состояния из-за того, что богиня Элефталия сошла с ума и наложила проклятие на этот мир. Зачем вам поклоняться безумной богине?»
«Полагаю, такова точка зрения клана Шахназ. Конечно, есть и те, кто так думает. Однако моё мнение несколько иное».
«Эй, так зачем ты нас пригласил?» — прямо спросил нетерпеливый Гигантский Кулак. Поскольку он пришёл сразу после бурного спора на совещании, настроение у него было неважное.
«Я слышала, что вы все собрались на совещание, чтобы подготовиться к будущему», — спокойно продолжила Эшнунна, не меняя тона. «Поэтому я собрала вас всех здесь, несмотря на поздний час, в надежде хоть чем-то помочь».
« Ты , помогаешь нам? Как?» — фыркнул Гигантский Кулак. Он явно смотрел на неё свысока, но Эшнунна лучезарно улыбнулась и повернулась к Зелит. «Думаю, все обитатели Либера несут наказание».
«Наказание? Вы говорите о божественном наказании?»
«Да. Мы все — существа, созданные богами. Другими словами, наши отношения с богами — это отношения ребёнка и родителя», — продолжила Эшнунна. «Если вы слышали об истории нашей планеты, вы должны знать, какое огромное горе мы причинили сердцу нашей богини. И вы все должны знать, что родитель также обязан поправлять своего ребёнка, если он идёт по неверному пути».
История Либер была полна войн. Последняя из них была особенно жестокой и перешла все границы, и владычица богов не могла больше смотреть на это. И она наслала на свой народ божью кару.
Зелит склонил голову и сказал: «Я понимаю, что этот мир находится под сильным влиянием бога. Но разве это наказание не слишком суровое?» Зелит был прав. «Называйте это проклятием или божественным наказанием, но это не меняет того факта, что по всей планете бродят монстры, а границы этого мира настолько разрушены, что сюда вторгаются инопланетяне». Вместо наказания, казалось, точнее было бы сказать, что богиня пыталась уничтожить всех людей на Либере. Это, конечно, выходило за рамки родительской ругани ребёнка за его проступки. В этой аналогии родитель пытался убить своего ребёнка, бросив его в опасности.
«Потому что именно настолько неправильными были наши действия», — спокойно ответила Эшнунна. «Конечно, я понимаю, что, возможно, слишком идеалистична. Возможно, дело не только в этом».
«Что вы подразумеваете под словом «больше»?»
«Я рассматривала возможность того, что богиня пытается сменить владельцев Либера после того, как её так сильно разочаровали люди». Другими словами, родитель мог устать от безрассудных поступков первого ребёнка и решить отказаться от него, чтобы отдать планету более послушному ребёнку.
«Нам остаётся только одно. Мы должны признать свои ошибки и попросить прощения, чтобы иметь возможность попросить ещё один шанс».
«Хм…»
«Ну, всегда говорят, что ни один родитель не сможет в конце концов переубедить своего ребёнка. Я всё ещё верю, что наша богиня не совсем нас покинула».
«Интересная интерпретация, — сказал Зелит. — И каковы ваши доводы в пользу такого убеждения?»
Эшнунна подошла к статуе, словно ждала этого момента. С нежностью, которую проявляют к чему-то драгоценному, она погладила цветы по разным частям стеблей.
«Цветы». Все выглядели ошеломлёнными. «Эти цветы — последнее испытание и возможность, подаренные нам нашей богиней Элефталией».
«Они просто выглядят как цветы», — раздраженно сказал Гигантский Кулак, и Эшнунна покачала головой.
«Эти цветы растут только на этой статуе, а не где-либо ещё на Либере. Благодаря им эта главная база находится в относительно более безопасном состоянии, чем другие лагеря».
«Сравнимо?» Зелит прищурилась. «Хочу знать, насколько далеко простирается его действие. Гарантирована ли наша безопасность навсегда, пока цветут цветы?»
«Нет. Его воздействие не абсолютно. Тогда в испытании не будет смысла». Конечно, никто не ожидал, что фундаментальная проблема решится всего лишь несколькими цветами. Если бы это было так, вся территория давно бы превратилась в цветник. Собравшись с мыслями, Зелит сказал: «У меня есть несколько вопросов».
«Пожалуйста, выскажите свое мнение». Эшнунна кивнула, словно ожидала этого.
«Прежде всего, каким образом вы собираетесь нам помочь?»
«Я подарю этот цветок тем из вас, кто уходит».
Вы сказали, что эффект не абсолютный. Сколько вы планируете нам дать, и насколько сильным может быть их воздействие?
«Пока ты будешь держаться за один из цветов, ты сможешь избежать божественного наказания, и наказанные не смогут так легко к тебе приблизиться».
«Что вы имеете в виду?»
«Всё это относительно. Цветы просто помогут вам избежать их. Будет бесполезно, если вы намеренно устроите переполох и попытаетесь напасть на них».
Было ясно, что «наказанные», «проклятые» и «сломленные существа, которые были съедены» были синонимами друг друга.
«Кроме того, цветок начинает увядать, как только его срывают со статуи. У каждого цветка по четыре лепестка без исключения, и каждый час лепесток опадает».
«Поэтому мы будем в безопасности по крайней мере четыре часа, пока у нас есть этот цветок».
«Не «безопасно», — ответила Эшнунна, — «а «безопаснее » .»
«Поскольку они начинают увядать сразу после того, как их сорвёшь, количество цветов, которые мы несем, не имеет большого значения. Тем не менее, важно знать, сколько их. Это все цветы, которые у вас есть?»
«Да. Мы перепробовали все способы, чтобы увеличить их количество или поддержать его, но ничего не помогло».
Гигантский Кулак собирался крикнуть: «Почему ты такой скупой и даёшь каждому из нас только по одному!?», но решил промолчать, услышав это.
«Они следуют строгому набору правил, и всё остальное бесполезно. Это поистине божественное растение».
«Да, я так и думаю. В конце концов, цветы распускаются только благодаря искренней молитве, а их число никогда не меняется». Услышав это, все поняли, почему Эшнунна сказала, что цветы — это последняя милость и испытание разгневанной богини.