Страница 228 из 265
Друзья скептически отнеслись к моему виду: галстук не повязал, полное нарушение школьной дисциплины. Я даже кеды надел сразу, всё равно все так бегают, не меняя обувь.
На пороге школы меня остановили суровые девочки с красными крестами на белых повязках.
- Ты куда, мальчик?
- В школу, на занятия.
- Почему не по форме?
- У нас физкультура!
- Первым уроком?
- Да! – соврал я, а друзья подтвердили, но они учатся в другом классе, поэтому в форме.
Первым уроком была геометрия, на этом предмете я плавал, так что Евгения Львовна вызвала меня сразу к доске, чтобы исправить вчерашнюю тройку.
- Саша, а для тебя школьные правила пустой звук? Мне отправить тебя переодеваться и поставить прогул?
- Евгения Львовна, мне негде переодеваться, - пожаловался я, а в классе недовольно загудели, обвиняя меня в бессовестной лжи. Они предоставляют мне пустую раздевалку, а я…
- Мне так удобнее, Евгения Львовна! А теорему подобия треугольников я выучил.
- Ладно! – махнула рукой классный руководитель. – Спишем пока на твою болезнь, но, чтобы это было в последний раз! – я хмыкнул:
- Евгения Львовна, вы же прекрасно понимаете, что я могу оказаться от физкультуры и ходить в пионерской форме! Можете у школьного врача узнать, о моём ранении.
- Сделай милость! А то остальные мои ученики, глядя на тебя, начнут в школу в одних трусах приходить!
- Я не в одних трусах, на двое! – доложил я, отчего в классе расхохотались.
- Сергей, я тебе сейчас поставлю «двойку», и отправлю трусы менять на штаны! – рассердилась учительница. Я хотел было спросить, в чём разница, но решил не накалять обстановку, а то маму вызовут, за вызывающее поведение, ношение запрещённых украшений и физкультурной формы на уроках.
Я уже было согласился с прогулом, подумывал сгонять к Сашеньке, но вместо этого быстро отбарабанил теорему о подобии треугольников, по углу и стороне, даже по одному углу, и решил задачу по данному вопросу.
Оказывается, я могу вычислить высоту Останкинской башни, просто воткнув рядом с нею веточку в землю!
Конечно, при условии солнечной погоды.
Короче, все науки хороши, если начинаешь в них слегка разбираться. Некоторые географию ненавидят, хотя, казалось бы, за что? Неужели в детстве никто не зачитывался Жюль Верном, Луи Буссенаром и Майн Ридом?!
А если не зачитывался, то и детства у таких людей не было, а вырастали из них желчные конторские чиновники, со счетами в глазах.
Или физика. Да, с механикой у меня вначале были нелады, со всякими сложениями-разложениями сил, но потом заставила жизнь разобраться, что куда тянет, наподобие Лебедя, Рака и Щуки. (разложение сил по векторам)
А сейчас мы начинаем изучать электричество, как его использовать, и с чем его едят. Не зря мы сначала изучали законы гидравлики, законы электричества немного напоминают гидравлические, тот же закон Кирхгофа, где вместо пяти труб проложены проводники. В две трубы втекает, через три вытекает… Или не так? Ладно, не суть важно! Пусть по одной трубе втекает! Но из третьей течёт гораздо хуже, чем из двух первых, вместе взятых…
Я, раздумывая над математической физикой, достал линейку, треугольник и карандаши, принялся чертить в тетради фигуры, появляющиеся из-под руки учителя.
Евгения Львовна объясняла новую тему. Славка сидел рядом, молча смотрел на меня. Из-за проблем с формой я не смог с ним поговорить, если сейчас открою рот не по делу, сразу вышвырнут за дверь, обоих.
Я совсем разложил дисциплину в классе. Наверняка учителя сдерживает неопределённость с моим статусом.
Девочке можно дать некоторое послабление. Мальчика только угол исправит. Тупой, 90*, в классе, хоть он и прямой…
- Дымченко! – окликнула меня Евгения Львовна. Я вскочил. – О чём я только что говорила?
- О геометрии, Евгения Львовна! – отчеканил я.
- Садись и не умничай. Ещё раз увижу, что не слушаешь, отправлю домой, и не отделаешься справкой о своём ранении! Тем более, у тебя правая рабочая рука, а не левая!
Я стал усердно записывать теорему и доказательство её.
- Теорема, не требующая доказательств, Дымченко! Быстро!
- Аксиома! – не вставая, крикнул я. А за окном погодка начала мне шептать, что неплохо бы съездить на карьер, и там…
Я округлил глаза. Потому что шорты начали топорщиться, сел на стуле в позу лотоса и предался медитации. Блин! Надо быть не осторожным, а очень осторожным, с мечтами!
- Саша, что с тобой? – подошла и потрогала мне лоб ладошкой учительница.
- Переволновался, Евгения Львовна, - пожаловался я, загоняя в животик свои принадлежности.
- Тебе так удобно? – удивилась она.
- Вполне! Всё втекает ко мне в голову вот в это ухо! – показал я на левое ушко.
- Хорошо, на следующем уроке проверю, как ты усвоил новую тему! – пообещала добрейшая Евгения Львовна.
У географа, который полюбил меня за мою любовь к географии, никаких вопросов не возникло, у физика, Льва Абрамовича, тоже, а вот вредная старушка, хоть и благодарила меня в прошлый раз за интересные вопросы, потащила меня в учительскую, показать завучу, в чём я хожу в школу.
Валентина Яковлевна мстила мне, наверное, за то, что не пошёл в её «Г» класс.
В учительской в это время находилась Ольга Филимоновна, в синей тренировочной форме, типа «Олимпийка». Она удивилась, зачем меня притащили в учительскую.
— Это же Саша! – сказала она, и все удовлетворились её ответом, только Валентина Яковлевна начала рассказывать, как в 30-е годы в её классе хотели выгнать из пионеров одного хорошего мальчика только за то, что он не погладил галстук! А ваш Саша вообще его дома оставил!
- Саша, тебе сложно переодеваться? – спросила Ольга Филимоновна. Честно говоря, без помощи я уже обходился, но с помощью всё-таки лучше было.
- Если кто-то помогает, легко, - ответил я, сунув левую руку в перевязь. – На следующей неделе снимут скобки, можете посмотреть, что у меня там. Если, конечно, кто-то не верит, что у меня болит рука, - сказал я.
- Никто в этом не сомневается! – сердито сказала завуч. – Идите на урок! Саша! Пообещай мне, что, когда выздоровеешь, не будешь нарушать Правила нашей школы!
- Обещаю! – твёрдо сказал я. – Если это не будет мне мешать учиться!
- Хватит! Всё, иди! – властным движением руки выпроводила она меня.
Когда шёл в класс, удивлялся сам себе. Откуда у меня это? В прошлом году, когда вызывали в учительскую, только плакал, размазывая сопли, а сейчас нагрубил завучу! «Если не будет мешать учиться»! Этот намёк Зинаида Васильевна поняла, нисколько не сомневаюсь, как желание оставить за собой право носить «глазки». Вслед за мной начала носить Света, потом остальные девочки возмутятся, и конец дисциплине! Все будут одеваться, кто во что горазд, перестанут учить уроки…
На анатомии Валентина Яковлевна всё внимание уделила мне, спрашивая по моей теме: какие бывают у человека мышцы, круглые, гладкие или поперечно - полосатые?
Я рассказал, конечно. Слегка пугаясь вопроса о сосудах, не хотел, чтобы спросили. Как по ним течёт кровь, и почему не прекращается, когда их режут и сшивают как попало, я не знал. Допустим, отрежут человеку ногу, сосуды ведь никто не разворачивает, в обратную сторону, а круговорот не прекращается!
Или в моей руке, опять же, всё восстановилось само собой. Для меня это осталось загадкой.