Случайный шаг

Дождавшись, когда эта парочка ударит по рукам, Беломир взвесил на ладони полученный кошель с деньгами и молча достал из-за пазухи тряпицу с остальными цепочками. Увидев количество товара, купец картинно хлопнул себя по лбу и, рассмеявшись, махнул рукой. Судя по всему, он моментально сообразил, что теперь, когда цена на единицу товара установлена, торговаться можно будет только о количестве.

– Старый стал, глупый, – посмеиваясь, произнес он, осторожно разбирая цепочки. – Не подумал, что такой воин не станет терять время ради такой мелочи. Сколько ты за все это хочешь? – прямо спросил он, глядя парню в глаза.

– Всего их было три десятка. Одну ты купил. Остальные я отдам тебе по тридцать девять монет, – подумав, спокойно ответил Беломир.

– Тридцать пять, и ты получишь деньги прямо сейчас.

– Тридцать семь, и только из уважения к тебе, почтенный. Я не большой любитель торговаться. Мне проще встать и уйти, – твердо ответил парень, машинально передвигая упершуюся в бок саблю.

– Пусть будет так, – прикрыв глаза, непонятно чему улыбнулся купец.

– Тогда я попрошу тебя, вместо серебра, дать пару золотых монет, – тут же выдвинул еще одно условие парень. – Их носить проще, а нам еще долго по торгу ходить, – пояснил он свою просьбу.

– Конечно, – степенно кивнул купец. – Но ради такого случая я хочу сделать тебе подарок, воин. Салман!

На окрик появился все тот же мальчишка. Выслушав короткую тираду на арабском, он поклонился и куда-то исчез, чтобы вернуться спустя несколько минут с парой мешков в руках. Один побольше, но весил явно меньше, а второй, наоборот, поменьше, но явно тяжелее.

– Здесь кофе и чай, которые тебе так понравились. Надеюсь, в следующий раз ты принесешь свои украшения мне, – улыбнулся Расул.

– Пусть хранит тебя Всевышний на твоем пути. Не сомневайся, почтенный, все, что я сделаю, первым, увидишь ты, – пообещал Беломир, сообразив, о чем именно купец хочет договориться.

– Я ж говорил, что будут брать, да еще и впрок попросят, – радостно гудел Векша, шагая по торгу рядом парнем.

– Ты еще на колокольню влезь и оттуда кричать начни, – шикнул на него Беломир. – Мало нам приключений, не хватало, чтобы еще прямо тут нас ограбить решили.

– Да кто решит-то? – искренне удивился кузнец. – Это ж торг. Тут татьбы не бывает.

– Вот до станицы когда доберемся, тогда и гуди сколько хочешь, а пока молчи.

– Странный ты, Беломир. Вой, каких поискать, а татей опасаешься, – удивился Векша.

– Я, друже, лишней крови не люблю, а случись чего, без нее не обойдется, – вздохнул парень, не понимая, как объяснить товарищу, что звенеть о своей удаче раньше времени неправильно.

Суеверным он особо никогда не был, но, получив в руки тысячу сто тринадцать монет, невольно вспомнил про чертову дюжину. Благо основную сумму он взял золотом, так что мешок с серебром оказался не таким тяжелым. Вешать его на пояс Беломир не стал, попросту сунув увесистый кисет за пазуху, под кольчугу. Неудобно, зато в толпе точно не срежут. Или не вскроют сам мешок. Помня, что торг – это место, где можно купить много всего нужного, парень отсыпал часть серебра для покупок. Выделить долю Векше за помощь он планировал уже дома.

Приятели почти добрались до коновязей, где оставили своих коней, когда неподалеку раздался чей-то вскрик и гортанный голос, явно произносящий ругательства. Остановившись так, словно на стену наткнулся, Беломир, не раздумывая, свернул в нужную сторону, даже не подумав окликнуть кузнеца. Все созданные собой проблемы он предпочитал решать самостоятельно. Но уже спустя несколько секунд громадный мужик спокойно топал рядом, словно так все и должно было быть.

К удивлению парня, Векша даже не подумал спрашивать, куда он направляется и зачем это надо. Он просто шел рядом, словно полностью отдал ему право руководить. Раздвинув плечом толпу, Беломир протолкался на небольшой пятачок перед парой повозок и, окинув собравшихся быстрым взглядом, зло сжал зубы. Юный степняк, помахивая камчой, стоял над девочкой, явно славянкой. Разглядев на шее девочки кожаный ошейник, Кречет презрительно усмехнулся и, складывая руки на груди, громко произнес:

– И это степной воин? Немного чести девчонку-рабыню избить. Теперь понятно, почему они на веси нападают, только когда оттуда все мужики уходят.

Заговорив по-русски, он даже не сомневался, что его поймут. На торгу это был один из языков общения. Ведь основными покупателями были именно русские.

– Ты смерть ищешь? – зашипел в ответ сопляк.

– Это ты, что ли, меня убивать станешь? – фыркнул Беломир, не скрывая презрения. – Сопли сначала утри, щенок.

– Думаешь, ты великий воин? – послышался вопрос, и из-за повозки вышел явный хозяин всей этой стаи.

Невысокий, кривоногий крепыш в кожаном доспехе с нашитыми на него металлическими пластинами. На поясе у мужика висела сабля в богато украшенных ножнах. Судя по одежде и оружию, воин этот был не из последних. Во всяком случае, и широкий пояс, и ножны сабли, и даже нарукавники из толстой кожи были украшены серебром. Такое себе мог позволить только серьезный боец.

– Хочешь это проверить? – презрительно усмехнулся Беломир.

– Хочу, – зло оскалился степняк.

– Прямо здесь, сейчас. Я с голыми руками против тебя с любым оружием, – громко объявил парень, вызвав дружный вздох собравшихся.

От удивления степняк даже скалиться перестал, уставившись на парня неверящим взглядом.

– А чтобы интереснее было, заклад – серебряная монета против этой девчонки, – указал Беломир на меленькую рабыню.

Отрок, увидев старшего, отступил в сторону, и девочка, приподнявшись, села, утирая слезы грязными ладошками. Только теперь Беломир разглядел, что ей не больше десяти-двенадцати лет. Да и тут за точность он бы не поручился. Уж больно худенькой и чумазой она была. Сколько точно могла стоить такая рабыня, он и понятия не имел, но судя по алчно блеснувшим глазам степняка, гораздо меньше серебрухи.

– Будет так, – помолчав, коротко кивнул воин и жестом раздвинул толпу.

Чуть усмехнувшись, Беломир не торопясь снял с себя саблю и ножны с кинжалом. После чего, достав кисет с серебром, передал все это замершему рядом Векше.

– Зря ты это, – не удержавшись, тихо вздохнул кузнец. – С первого взгляда видно, что воин это не из последних. Уж саблей он точно орудует как своей рукой.

– Меня тоже не в дровах нашли, – фыркнул Беломир, ощущая какую-то лихую бесшабашность.

Избавившись от оружия, он шагнул на освобожденную площадку, на ходу разминая шею и руки. В том, что степняк владеет саблей отлично, он даже не сомневался, но на его стороне были знания и умения другого времени. То, о чем тут пока только начинают думать и собирать в одну кучу. Настороженно глядя на него, степняк выхватил саблю и, ловко переступив кривыми ногами, лихо провернул оружие в руке. Но по его стойке Беломиру сразу стало понятно, что пеший бой не его конек.

Да, саблей он действительно владел отлично, но привычен был к седлу и в пешем бою не так уверен в себе. Пригнувшись, воин двинулся по кругу, то и дело совершая короткие выпады концом сабли, пытаясь напугать противника. Едва заметно усмехнувшись, Беломир на кончиках пальцев ног качнулся из стороны в сторону, даже не пытаясь отклониться от этих выпадов. Парень отлично понимал, что наносить уколы степняк не станет. Ему привычна рубка, а значит, он постарается нанести один, но красивый, решающий все удар.

Чтобы спровоцировать противника на более активные действия, Беломир качнулся вперед и тут же скользнул в сторону, уходя от возможного удара. Степняк небрежно, словно ленясь, отмахнулся и стремительно нанес удар. Ожидавший чего-то подобного Беломир шагнул вперед, одновременно нырком уходя из-под удара и сокращая дистанцию. Вот тут степняк слегка растерялся, не понимая, как действовать дальше. Ведь противник не отходил, а, наоборот, сходился с ним.