Страница 64 из 74
Таких, как они, нельзя назвать в полной мере наемниками, что действуют в странах техно. Но и к откровенным бандитам они не относились. Так, балансировали на грани, ища способы заработать на жизнь с пропитанием.
— У нас целый кузов «рационов». Принести? — осведомился боец, перед тем как отойти.
Шрам кивком одобрил инициативу. Пять стареньких Humvee, купленных на распродаже армейского оборудования несколько лет назад, и затем перегнанных на Окраину, скрывались под плотным пологом маскировочной сетки.
Чуть дальше стоял еще более старый фургон из семейства Volkswagen, неведомыми путями попавшего на восток из немецких земель. Его хорошо укрепили стальными пластинами, закрыли решетками окна, перебрали движок, серьезно усилили шасси, но он все равно продолжал оставаться гражданской машиной, вызывая у людей, побывавших под огнем, инстинктивное опасение.
Когда шло обсуждения порядка движения, многие бойцы отказались ехать в «гробу», предпочтя знакомые и надежные Humvee. А вот со стороны клановцев никаких протестов против гражданской модели фургона не последовало.
Им наверное вообще на это плевать. Есть четыре колеса, мотор и руль, — и ладно, — подумалось вдруг Шраму.
Жизнь — Смерть, Свет — Тьма… да против таких аргументов трудно выступить. Если начнется стрельба, больше всех шансов выжить будет именно у сладкой парочки, а не у обычных стрелков, под какой бы броней они не пряталась.
Это выглядело несправедливо (а для многих техно и полным издевательством), но такова реальность, с которой приходилось мириться.
Вернулся боец, принес два герметично упакованных пакета скучно серо-черного цвета.
— Держи, атаман.
Второй он протянул Полукровке.
Поблагодарив коротким кивком, Шрам одним движением вскрыл упаковку. Ничего особенного, стандартный паек, по ободку шла маркировка, сообщая о количестве калорий внутри.
Ему повезло, главных блюда: похлебка с говядиной и бобы со свининой, оказались весьма недурственными на вкус. Могло оказаться куда хуже.
При подходе срока годности интенданты устраивали распродажи с военных складов, обычная практика в странах техно.
Как правило все скупали посредники, перепродававшие потом рационы третьим лицам. Иногда везло и сроки годности едва подходили к так называемому «оранжевому пределу» (военные оставляли даты с запасом, на случай непредвиденных обстоятельств), иногда везло не очень и тогда приходилось жрать то, что давно уже перешло за красную черту.
Еда еще не становилась полностью испорченной, но была уже близко к этому состоянию, со всеми вытекающими последствиями.
Самое обидное, что военные кладовщики, перед тем, как отправить просроченную партию на продажу, срывали наклейки с коробок. На одиночных пайках даты почему-то не ставились и бесило больше всего. То ли ленились производители, то ли армия делала это специально. В любом случае, для конечных потребителей это всегда составляло проблему.
Хотя надо отдать интендантам должное: они никогда не продавали «рационы» с черными полосами, уже негодными в употребление. Наверное, на этот счет имелся какой-то закон. Вонючее, но еще не гниющее, продавай сколько угодно, но как только время на окончательный выброс — будь добр следовать должностным инструкциям.
— Гадость, — Полукровка поморщился, хлебнув из одноразовой пластиковой фляжки.
— Что там? — Шрам с интересом посмотрела на буро коричневую жидкость.
— Компот из сушенных фруктов. Или по крайней мере то, что должно быть, — маг с отвращением швырнул наполовину пустую жидкость в траву.
В последние годы в армейские пайки кроме обеззараживающих таблеток стали класть вот такие тюбики-пенальчики с различными напитками. Объем смешной — триста миллилитров, а места занимает много. На взгляд Шрама полная глупость. Проще обходиться таблетками и грязной водой.
С другой стороны, это у них здесь почти нигде нет проблем найти воду, летом много водоемов, осень-весна дожди (привет лужам), зимой растопить лед не составит проблем. Но техно среди прочего воевали в жарких странах, где вода являлась дефицитом и найти даже одну кружку могло вызвать серьезные затруднения.
— Ничего, скоро закончим и первым делом отметим это, — Шрам ткнул Полукровке кулаком в плечо.
Он знал, что помощник и друг раздражен вовсе не из-за дурацкого напитка, а из-за неопределенности, повисшей над всем отрядом.
Клановцы так и не сказали для чего они здесь. И зачем взяли с собой в качестве эскорта не своих красивых гвардейцев, а кучку полукриминальных субъектов, кому едва ли можно полностью доверять.
— Им зачем-то нужен Улей, — Полукровка помедлил. — Только непонятно зачем. Этого добра сейчас везде хватает.
— Здесь охраны почти нет, все плексы свалили на защиту соседних убежищ, — вспомнил атаман. — Может в этом все дело. Хотят захватить? Принц сказал, что каждый Улей связан между собой. Возможно это какая-то тактика в войне. Бросят в подпространственный туннель несколько бомб, они разлетятся по другим Ульям и там подорвутся. Раз — и одним ударом уничтожено половина военных баз противника.
— Военных баз? — Полукровка иронично приподнял брови.
Шрам пожал плечами.
— А что такое Ульи, как не военные базы? В крайнем случае — опорные пункты для удержания захваченных территорий.
Маг подумал и кивнул.
— Может ты и прав, и все это банальная военная операция, — он остро взглянул на командира. — Только почему тогда здесь мы, а не клановые воины, или на худой конец — не вояки техно? Зачем брать нас, платить дикую плату, и самое главное — посылать сюда принца, чистокровного аристо с поколениями предков, уходящими на сотни лет в историю становления колдовских кланов, — он покачал головой. — Не знаю, как ты атаман, а для меня все это выглядит подозрительно.
Шрам и сам знал это, и ничего не мог сказать против. У него оставался только один аргумент против немедленного ухода:
— Два кристалла.
Слова прозвучали и упали тяжелыми глыбами, Полукровка съежился, сразу став меньше. Настоящие кристаллы, богатство несравнимое ни с какими деньгами.
Ради этого и впрямь стоило рискнуть, подставив голову.
Впрочем, а чем они до этого занимались? Собирали огурцы на грядках, работая на овощных плантациях? Есть риск, есть и прибыль. По другому никак…