Страница 7 из 39
Путь в столицу начался для меня из Бьюльге - городка на северо-востоке излебского Краснолесия (часть Краснолесия, находящая на территории Излеба, прим. автора), где стоял лагерем мой бывший Корпус, а вернее - его остатки, выведенные из Чащи по условиям мирного договора. Предварительно я навел справки о брате. По прибытию в Вышеград он обзавелся домом в Торговом Квартале и активно занялся антикварным делом.
Франц с детства любил искусство, мог часами разглядывать живопись и любоваться роскошными доспехами деда, воображая себя жителем героических времён. Меня всегда поражало, как можно помнить имена и даты, разбираться в интригах, существовавших задолго до твоего рождения, и получать удовольствие от такого затворнического досуга. Для Франца подобного вопроса не стояло. Кнутт Смелый и Торги Вой Штормов, Роланд Объединитель и Рёгур Льдина - славные властелины прошлого пленили мечтательного сына лесничего не на поле брани, но на страницах книг, а прекрасная принцесса Изольда, чей танец во свете меруканских звёзд вдохновил художника Августина на создание "Сияющей девы Анку́рэ", вдохнула в него любовь к прекрасному, подобно тому, как по легенде она вдохнула жизнь в грудь умирающего Генриха Вольцхаггена. Дрожащими руками Франц перебирал барахло дороландовых эпох, будь то гнутая ложка или дырявый шлем, ощущая себя причастным к деяниям героев ушедших веков. Редкости, попавшие к нему после взятия Исхиге и Йолиаля, положили начало его коллекции. Также они помогли наладить отношения с такими же фантазерами, покупавшими безделицы за баснословные деньги. Дела его шли в гору.
Мы женились в одно время, побывали на свадьбах друг у друга, но дальше формальных визитов вежливости наше общение не заходило. Моя супруга, госпожа Агнеза Ландарг, скончалась при родах, оставив после себя горечь утраты и новорожденного младенца. Девочку нарекли Мартой. Супруга Франца, госпожа Леонора Тюрель, дочь влиятельного сальмонтского книгопечатника, принесла ему двоих детей - Бруно и Лауру. Мне преступно мало известно о жизни Франца после рождения Бруно. Его успехи на антикварном поприще были значительны, состояние росло. Он покровительствовал искусствам, посещал ярмарки и театральные представления, по наущению тестя занялся старинными книгами. Они хотели создать библиотеку, ценностью превосходящую Меруканскую. Дети его росли в добром здравии. На радость отцу Бруно проявлял склонность к живописи, и Франц во всем способствовал раскрытию его таланта. Их отношения с госпожой Леонорой были гладкими, однако, пять лет назад она ни с того ни с сего оставила детей мужу, отбыв к отцу в Сальмонт. Не знаю, какая кошка пробежала между ними. Думать худшее у меня нет оснований, ибо столь низкие мысли противны Господу. Остается возвращаться в прошлое и вспоминать матушкины глаза, в коих брат мог разглядеть нечто, поселившее недоверие к супружеской жизни.
Бруно тогда было десять, а Лауре - восемь. Я посетил их дом в Старых Дворах, сразу, как узнал об отъезде Леоноры. То было действительно великолепное жилье, обставленное мебелью из краснолистной березы, украшенное повесскими коврами и диковинными гравюрами. Там жила душа Франца, которого я так хорошо и так плохо знал. Наблюдая за детьми, я не приметил в их поведении ничего необычного. Расставание с матерью они принимали, как нечто давно решенное. Леонора болела не первый месяц, и лекари в один голос твердили о смене климата на более мягкий. Сырость и холод убивали ее. Во всем остальном брат был со мной радушен, как подобает доброму хозяину, но держался на расстоянии, не допуская откровенности - так ведут себя с чужаком.
Вскоре я сумел добиться у Его Величества пересмотра существующих в Академии порядков, снял с себя часть обязанностей и построил для дочери этот дом. Мне хотелось увезти Марту подальше от сплетен, интриг и злых языков, заполонивших Вышеград. На мои ежегодные приглашения навестить нас, Франц отвечал вежливым отказом. Я находил объяснения и в этом случае. Вид леса, толковал я себе, со времён войны опротивел ему. Нежелание вскрывать зарубцевавшиеся раны, что может быть естественнее? Воистину, блажен, кто верует! По случайности мне стало известно, что брат занят поисками усадьбы, способной вдохновить Бруно красотами окружающих пейзажей. Он всерьез хотел уехать из столицы, но не мог разыскать подходящего места. Большинство пустующих после войны владений представляли собой гниющие остовы, их хозяева были убиты или бежали, а ремонт занял бы слишком много времени. В свете открывшихся обстоятельств его настойчивое нежелание посетить наш летний замок не оставляло сомнений в том, что всякая связь между нами утрачена. Последние попытки наладить общение разбились о непробиваемую стену молчания, и я вынужден был принять непростое решение оставить все как есть, смирившись с его волей. Более мы не виделись.
Известно, что прошлой осенью Францу удалось найти усадьбу с широким наделом в земле Эскальд Гоффмаркского графства. Сам граф Гоффмарк, сообщивший мне эту новость, был несказанно рад встретить достопочтенного человека, изъявившего желание приобрести чудом сохранившееся владение, которое со слов графа, в отсутствии законных наследников доставляло немало хлопот по части расходов на содержание. Ремонт продолжался недолго. В преддверии весны Франц, Бруно и Лаура со значительной частью прислуги перебрались на новое место. Спустя два месяца, то есть четыре недели назад, я получил срочное послание от графа: брат мой жестоко убит, пятнадцатилетний племянник-отцеубийца заключён в подвалы Аббатства Вистенхоф, а тринадцатилетняя племянница найдена в беспамятстве на обочине сельской дороги вся в грязи, голая и израненная. Вот это страшное письмо, Следопыт. Прошу, прочти его.
Калленберг протянул Рандольфу конверт.
В комнате воцарилось молчание. Только солнечные лучи, преломленные оконными стеклами, с радостью освещали страницы исписанного убористым почерком письма.
"...ведь они так любят подглядывать за чужим горем и лишать надежд…", - подумалось Следопыту, убаюканному теплом.
Он вздрогнул, приходя в себя. Это мимолетное ощущение - таковы ли мысли солнца?
"Здесь не хватает только тиканья часов. К чему бы время замерло? Ты же чуешь, лучи оплели тебя…"
Внутренний голос потерял всякую власть, и уже не мог быть услышан. Решение остаться Следопыт принял где-то на середине рассказа.
"Господин Калленберг!
К прискорбию своему, имею тяжкое бремя сообщить Вам об ужасной трагедии, свершившейся в доме Вашего брата, героя двух войн и Кавалера Свободы, господина Франца Калленберга. Два дня тому, двадцать второго апреля сего года, разъезжим отрядом Гоффмарского Порядка в лице капитана Бьёрна Зибберта и двух его подчинённых рядового звания в стены моего замка была доставлена дочь господина Франца, юная Лаура Калленберг. Ранее ее обнаружили лежащей без сознания на дороге меж двумя деревнями на западной границе земли Эскальд. Вид девочки говорил о страшных испытаниях, выпавших на ее долю: нагая; заляпанная грязью; кровь под ногтями; ссадины; синяки; порезы по всему телу; волосы спутаны; промеж них - листья. Имела место ива. Несчастная пребывала в горячечном бреду; кричала, размахивала руками, точно отбиваясь от кого-то невидимого. Сквозь слезы всего чаще повторялось восклицание: "Убийца". Все мы были поражены увиденным, да смилостивится над нами Господь. Лучшим в графстве лекарям удалось привести Лауру в чувства. Девушка поведала, что брат ее, ваш родной племянник - молодой Бруно Калленберг, во время ссоры с господином Францем в один миг лишился рассудка. В припадке ярости, сопровождаемой богохульствами, проклятиями и кощунственной бранью, сын жестоко убил собственного отца, пытавшегося помешать ему бежать из дома, после чего погнался за самой Лаурой - свидетельницей чудовищной сцены, спустившейся на крики из опочивальни. Безумец помышлял лишить ее жизни тем же кровавым способом, каким только что разделался с отцом. В руках он сжимал нож. Лауре удалось вырваться из дома, скрывшись от преследователя в лесу. Всю ночь она пробиралась сквозь тьму, не ведая дороги. Ей пришлось избавиться от ночного туалета, мешавшего движению. Ветви исцарапали ее тело, корни изранили ноги. Волею Господа под утро Лаура вышла к дороге, где, окончательно обессилев, лишилась чувств.